– Я тоже рада тебя видеть, – ответила Нэнси отцу, которому она едва доставала до плеча.
– Какая ты красавица… – Джеймс Миллер взял Нэнси за плечи, слегка отстранил и окинул ее взглядом. – Просто поразительно.
– А что, в детстве я не подавала признаков грядущей красоты? – пробормотала Нэнси, однако отец не обратил внимания на этот укол.
– Как же я рад снова тебя увидеть, – сказал Джеймс и опять прижал дочь к сердцу.
– Ужин подан, мистер Миллер, – доложила служанка.
– Да, конечно, идемте же! – сказал Джеймс и увлек Нэнси в столовую.
Там он усадил ее по правую руку от себя, Ариэль расположилась по левую, рядом с ней сел Брайан, а возле Нэнси очутился Генри.
Какая теплая семейная атмосфера, с усмешкой подумала Нэнси. Какой узкий семейный круг. Такой узкий, что даже тесно.
Нэнси по-прежнему не могла заставить себя проглотить хоть кусочек. Теперь уже не столько из боязни сделать какую-нибудь непростительную ошибку, сколько потому, что чувствовала себя скованной в присутствии отца, который то и дело обращался к ней с глупыми вопросами: как ей нравится суп, почему она так мало положила себе салата, не хочет ли она еще паштета.
В этом доме я скину несколько килограммов, думала Нэнси. Хоть что-то полезное в моем пребывании здесь.
Брайан так часто посматривал на Нэнси, что она даже украдкой оглядела себя: все ли в порядке у нее с одеждой. Брайан же размышлял совсем о другом. Нэнси показалась ему очаровательной женщиной. Он совсем не замечал, что она не приучена к светской жизни, и лишь интуитивно чувствовал, что этот семейный ужин ей в тягость. Надо же, почему Ариэль никогда не говорила ему, что у нее есть сестра? Конечно, у сестер лишь общий отец, но они в любом случае родные. И почему Нэнси только сейчас появилась в этом доме?
Наконец Нэнси немного пришла в себя и потихоньку начала прислушиваться к разговорам за столом. Она отметила, что ее отец и Генри Стронг даже за ужином не перестают разговаривать о делах, что Брайан тоже иногда подает реплики по теме, а Ариэль в свойственном ей язвительном тоне бросает короткие фразы, иногда невпопад.
– Брайан, я слышал сегодня, что в адвокатских кругах тебе прочат хорошую карьеру уже в ближайшем будущем.
– Хотелось бы на это надеяться, – отозвался Брайан. – По крайней мере, я делаю все, чтобы добиться успеха.
– Я рад, что не ошибся в тебе, – с улыбкой сказал Джеймс. – Моей дочери нужен именно такой муж: знающий, чего он хочет, умеющий добиваться своего и… зарабатывающий много денег, – закончил он, смеясь.
Муж? Для дочери? Что он имеет в виду? – мелькнуло в голове у Нэнси. Для меня? Ох, о чем это я?! Ведь, верно, речь об Ариэль. Значит, Брайан ее жених.
Это открытие почему-то огорчило Нэнси. Веселый, открытый Брайан – и ее холодная сестрица. Эти два образа совершенно не вязались в голове у Нэнси. Фраза Джеймса о том, что Брайан подходит для его дочери, на мгновение заставила сердце Нэнси сжаться в каком-то сладостном предчувствии, которое, впрочем, тотчас исчезло, когда до нее дошло, что речь идет о ее сводной сестре.
– Мы бы хотели назначить свадьбу на конец лета, – подала голос Ариэль.
Брови Джеймса сошлись на переносице. Он выглядел крайне недовольным.
– Но, Ариэль, во-первых, остается слишком мало времени для подготовки, а во-вторых, Брайан еще недостаточно твердо стоит на ногах.
Ариэль сморщила носик.
– Тоже мне незадача, – сказала она. – Брайан, неужели ты считаешь, что следует отложить нашу свадьбу на неопределенный срок?
– Думаю, что твой отец прав, – сказал Брайан с невозмутимым видом. – Нам незачем торопиться.
Ариэль недовольно поджала губы, но не проронила больше ни слова, однако взгляд, которым она одарила Брайана, обещал ему длительный и не очень приятный разговор после ужина.
Джеймс положил вилку и взглянул на Нэнси. Та уже давно закончила ужин.
– Нэнси, давай пройдем в библиотеку. Думаю, что нам есть о чем поговорить.
Джеймс привел Нэнси в огромный зал, сплошь заставленный шкафами с книгами. Даже библиотека колледжа, в котором училась Нэнси, была меньше.
В этой семье так любят читать? Что ж, замечательная новость. Мне будет чем заняться, подумала Нэнси. Она очень любила книги и свое свободное время, которого, впрочем, у нее было не так уж и много, старалась занимать чтением. Теперь у нее появилась надежда, что, если уж ей совсем уж нечего будет делать, она станет проводить дни здесь.
Джеймс указал ей на одно из кресел, стоявших в самом дальнем углу библиотеки, и Нэнси присела на указанное место. Она словно утонула в мягком удобном кресле. Атмосфера библиотеки располагала к тому, чтобы тут же взять в руки какую-нибудь интересную книгу и углубиться в чтение.
Джеймс сел в кресло лицом к Нэнси и достал сигары.
– Ты не против, если я закурю? – спросил он.
Нэнси сделала неопределенный жест, который означал, что ей нет никакого дела до того, будет он курить или нет.
Джеймс не торопился начинать разговор. Он неторопливо отрезал кончик сигары специальным приспособлением, напоминающим гильотинку, зажег спичку и неторопливо затянулся. Только после нескольких затяжек, когда дым окутал его с головы до ног и Нэнси начало казаться, что отец стал каким-то нереальным духом, Джеймс заговорил:
– Как дела у Ионы?
– Думаю, неплохо. Не могу сказать, что она по тебе скучает.
– Она так и не вышла замуж. Но у нее хотя бы есть друг?
– Извини, я не собираюсь распространяться о личной жизни моей матери. Если ты так интересуешься ею, то почему бы тебе не спросить у нее самой?
Джеймс пожал плечами.
– Да, конечно, – пробормотал он.
Нэнси вовсе не собиралась говорить ему о том, что после развода Иона так и не нашла себе спутника жизни. Она целиком посвятила себя дочери и ранчо, которое досталось ей в наследство от родителей. Если Иона и скучала по своей прежней жизни, то никогда не показывала этого.
«У нее хотя бы есть друг?»
Неужели Джеймс думает, что он единственный мужчина на свете и что Ионе никто, кроме него, не был нужен? Впрочем… ведь так оно и было на самом деле. Однако Нэнси ни за что в этом не признается отцу.
– Расскажи о вашей жизни на ранчо.
Губы Нэнси скривила саркастическая улыбка.
– Встаем рано, ложимся поздно, доим коров, пасем лошадей, разводим всякую живность. Что тебя интересует конкретно?
Джеймс с интересом взглянул на дочь.
– Генри говорил мне, что внешне ты похожа на меня, а характером пошла в мать. Вижу, что он не ошибся.
– Что ты имеешь в виду? – ощетинилась Нэнси.
– Иона всегда умела за себя постоять… – Джеймс помолчал. – Ты действительно очень красивая. Наверное, когда ты станешь старше, то будешь еще красивее.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
