Несколько раз вдалеке проплывала Ариэль, но Нэнси не имела никакого желания с ней разговаривать. Обед прошел по-прежнему в отсутствие отца, и к тому же исчез Генри Стронг.
– Где Генри? – спросила Нэнси, сидя за длинным столом напротив своей сводной сестры.
Та пожала равнодушно плечами.
– Не думаешь же ты, что его назначили тебе в няньки? – сказала Ариэль. – Он работает вместе с моим отцом. У них много дел.
– С нашим отцом, – немного резко поправила ее Нэнси.
Ариэль снова пожала плечами, давая понять, что не видит особой разницы и вообще не в восторге от такого родства.
Нэнси кусок не лез в горло. Она пыталась себя пересилить, но не могла. Ей постоянно казалось, что Ариэль исподтишка наблюдает за ней и посмеивается над ее манерами.
Какой-то кошмар, думала Нэнси. Я взрослая двадцатитрехлетняя женщина, а веду себя как несформировавшийся подросток. Обращаю внимание на какую-то грубиянку, которая сама весьма отдаленно представляет себе, что такое приличия.
И тем не менее Нэнси поспешила покинуть столовую, несмотря на то что осталась полуголодной. Она снова вышла в сад и с досады так пнула попавший ей под ногу камень, что тот отлетел на несколько метров.
– Так можно и ногу сломать, – услышала Нэнси чей-то голос. – А если бы вы решили пнуть не камень, а, например, бордюр? Злость туманит наш разум, не стоит подчиняться ей.
Нэнси подняла глаза и увидела перед собой мужчину, примерно ее ровесника. Он улыбался.
– Как вас зовут? – спросил он.
– Нэнси, – ответила та и протянула ему руку.
Незнакомец не ответил на ее рукопожатие, как ожидала Нэнси. Он дотронулся губами до ее руки.
Как в восемнадцатом веке, мелькнуло в голове у смущенной Нэнси.
– А меня зовут Брайан Маккрей, – представился тот как ни в чем не бывало. – Вы гостья в этом доме? Родственница мистера Миллера?
– Что-то вроде того, – пробормотала Нэнси, которая никогда не терялась, а тут вдруг почувствовала странную робость.
Брайан Маккрей смотрел на нее своими серыми, чуть насмешливыми глазами, и от его взгляда Нэнси теряла дар речи. Впрочем, она довольно быстро его обрела. Нэнси уже поняла, что в этом доме поговорить, кроме Генри Стронга, не с кем, и потому уцепилась за подвернувшуюся возможность завести новые знакомства.
– А вы? – спросила его Нэнси. – Вы, надеюсь, не родственник?
– Нет, – рассмеялся Брайан. – Я позволю себе смелость назваться другом семьи.
– А-а-а, – протянула Нэнси. – Ясно.
– Прогуляемся по саду? – предложил Брайан, который в совершенстве владел искусством вести беседу.
– С удовольствием, – откликнулась обрадованная Нэнси. – А то я тут совсем зачахла. Скучища жуткая!
Она тут же прикусила себе язык, поймав слегка удивленный взгляд Брайана.
Ох, ну неужели же мне придется здесь следить за каждым своим словом?! – вздохнула Нэнси. Тогда я точно умру со скуки ближе к концу недели.
Брайан не стал ждать, когда Нэнси решится приступить к нему с расспросами, и сам стал рассказывать о себе:
– Я адвокат, окончил университет два года назад, но у меня уже есть практика. Не буду хвастаться, однако надеюсь стать востребованным адвокатом. Я приглашен мистером Миллером сегодня на ужин, но пришел несколько раньше. Думал, что если не застану дома самого хозяина, то поболтаю с Ариэль.
С ней можно болтать? Неужели?
– А вы откуда, Нэнси?
– Издалека, – отделалась Нэнси неопределенной фразой, но тут же улыбнулась. – Ариэль дома, так что можете не тратить на меня свое время.
– Мне вовсе не в тягость беседовать с такой очаровательной девушкой, как вы, – сказал Брайан.
Нэнси искоса взглянула на него. Говорит правду или издевается? Нэнси обратила внимание на то, как одет ее новый знакомый. Тот же строгий костюм, что и на Генри Стронге, только менее официальный.
Неужели они всегда так ходят? А на уик-эндах? А когда спят, они его хоть снимают? – вертелись в голове у Нэнси язвительные мысли.
Брайану костюм шел, этого нельзя было не признать. Как нельзя было не заметить и того, что этот мужчина очень красив. Загорелый, со светлыми волосами, которые составляли контраст его смуглой коже, мускулистый – это было заметно, несмотря на свободный покрой пиджака. На его лице светились каким-то загадочным светом серые глаза. Нэнси его взгляд просто парализовал.
Сама же она была одета в легкую летнюю юбку зеленого цвета ниже колен и в тон ей блузку. С огорчением Нэнси констатировала тот факт, что Ариэль выглядела гораздо элегантнее, чем она.
Эта мысль заставила Нэнси еще выше вскинуть голову, чтобы придать своему виду ту самоуверенность гордой провинциалки, которой ей сейчас так недоставало.
– Так кем вы приходитесь мистеру Миллеру? – спросил Брайан. – Простите, конечно, меня за назойливость.
– Я его дочь, – заявила Нэнси.
– О, – Брайан выглядел крайне удивленным, – я и не знал, что у Ариэль есть сестра. Хотя я слышал, что мистер Миллер женат во второй раз.
– Да, знаете ли, я тоже знать не знала о своей сестренке, – призналась Нэнси. – А тут – нате вам. Целая огромная семья объявилась.
– Здорово! – с воодушевлением воскликнул Брайан. – В этом доме всегда чего-то не хватало. Теперь Ариэль не будет скучно. Родственники – это замечательно!
– Да? – Нэнси скептически взглянула на него. – Вы действительно так думаете.
– Я знаю об этом лучше, чем кто-либо другой, – с нотками грусти в голосе сказал Брайан. – Меня воспитывала бабушка. Родители погибли, когда я был совсем маленьким. И мне всегда не хватало родственной поддержки. Так что, думаю, Ариэль просто в восторге, что у нее появилась сестра!
– Я бы так не сказала.
– Вы просто еще слишком мало общались, – возразил Брайан.
– Да, наверное, – проронила Нэнси, которая мечтала прекратить наконец этот разговор об Ариэль.
– О, смотрите, вот и мистер Миллер, – сказал Брайан.
Нэнси оглянулась и увидела на террасе высокого мужчину средних лет.
Неужели это и есть мой отец? – подумала Нэнси с волнением. Как все это странно. Я его почти не помню.
– Пойдемте же, – Брайан взял Нэнси за руку и потащил за собой, – вы же наверняка еще не виделись сегодня.
Мы не виделись четырнадцать лет, мелькнуло в голове у Нэнси.
Она взошла вслед за Брайаном на террасу, где уже собралась вся ее внезапно обретенная семья. Отец, Ариэль, Генри Стронг.
– Привет… папа, – выдавила из себя Нэнси.
Мужчина повернулся к ней. В его глазах были восхищение и такая непередаваемая нежность, что Нэнси растерялась.
– Дочка, дорогая, как же я по тебе скучал! – воскликнул Джеймс Миллер и заключил Нэнси в свои крепкие объятия.
– Я тоже рада тебя видеть, – ответила Нэнси отцу, которому она едва доставала до плеча.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
