— Ага, — пробормотал он.
Он подумал, не помахать ли ей, но решил, что это уже слишком. Вместо этого он просто смотрел, как она отвернулась и вошла в дом, после чего пошел прочь.
Вопреки тому, что предположила Кейт — или в чем обвинила, в зависимости от того, как воспринимать ее тон, — он приехал в поместье Терстонов не для того, чтобы просто поприсутствовать на балу. Он также вышел из дома не в надежде встретить Кейт, которая шла от пруда вся в грязи, хотя это был действительно для него сюрприз. Он приехал по делу и, располагая временем до назначенного часа, решил прогуляться по поместью Хэлдон после разговора в гостиной.
Ему очень нравился Хэлдон-холл — огромный дом с беспорядочными пристройками, обширный парк, неохватные, поля и густые леса. Но привлекал его не только размер поместья — хотя это, по его мнению, было большим достоинством, — а также то, что собой представляло это место. Не для одного поколения Коулов Хэлдон-холл был родным домом, каждый из них был доволен своим местом в мире. Даже когда Терстоны совсем обеднели, они оставались неуязвимыми в толстом коконе своего положения. Ни один из членов семьи Коул никогда не знал, что значит быть действительно неимущим, и никто таковым и не был.
Они были очаровательными людьми — особенно теперешнее поколение. Не только нынешний граф Уиттэкер Коул позаботился о том, чтобы сундуки Терстонов были доверху набиты, все семейство было сплоченным кланом. Хантер никогда не встречал людей настолько верных друг другу и настолько уверенных в том, что любовь все преодолеет.
«Возможно, так оно и есть, — думал он, — для людей, подобных Коулам».
Из собственного опыта он знал: ничто не вечно.
— Он не… идеален. — Мать Кейт, ныне вдовствующая леди Терстон, стояла у окна библиотеки и смотрела, как мистер Хантер исчез за углом дома. — А ведет он себя в крайней степени бесцеремонно.
Стоявший рядом с ней Уильям Флетчер, глава Военного министерства Англии, задумчиво почесал свой курносый нос. Это была привычка, о существовании которой он вряд ли догадывался:
— Хантер — хороший человек. Я думал, он вам нравится.
— Да, очень.
Из-за его дружбы с Уитом и преданности Коулам в тяжелые времена мистер Хантер стал в ее глазах почетным членом семьи. Вроде племянника, считала она. Она не знала его достаточно хорошо, чтобы считать сыном. Но она знала достаточно хорошо свою дочь, чтобы скептически относиться к стремлению Уильяма сделать мистера Хантера ее зятем.
— И я не восхищаюсь хорошо поданной бесцеремонностью привлекательных джентльменов. Однако…
— Он получил пулю вместо Уита, знаете ли, — как бы между прочим заметил Уильям, продолжая смотреть в окно.
Она прерывисто вздохнула:
— Кто-то стрелял в моего сына?
— Ваш сын был солдатом некоторое время, — напомнил ей Уильям. — Я думаю, многие стреляли в него.
Она прищурилась. Месяцы, проведенные Уитом на континенте, были не теми воспоминаниями, которые она хотела бы сохранить.
— И каковы обстоятельства этого происшествия?
— Грязный бизнес в Лондоне несколько лет назад. Некая миссис Джорджиана Клименс пыталась уговорить Уита и Хантера не арестовывать ее мужа-предателя.
— Женщина?
Уильям кивнул и проследил за белкой, скачущей по лужайке:
— Это проблема новых агентов благородного происхождения. Они никогда не подозревают женщин.
— Мистер Хантер не благородного происхождения.
— В самом деле. Он увидел пистолет, оттолкнул Уита и получил пулю в бок. Ну, почти в бок, — уточнил он. — Он настаивает, что это была всего лишь царапина.
— Понятно, — пробормотала она и безжалостно отогнала эту картину: ее сын и направленное на него оружие.
Не годится размышлять о таких вещах. Также нежелательно делать что-либо из благодарности, в порыве чувств, к примеру, отыскать мистера Хантера и предложить ему все, что пожелает его сердце, включая руку ее единственной дочери.
Уильям отвернулся от окна с немного самодовольным видом:
— Нет смысла отрицать, что он произвел впечатление на Кейт.
—Кажется, Кейт отрицает это с легкостью, — отметила она, главным образом потому что полагала: не годится мужчине быть слишком самоуверенным.
— Фи! — отмахнулся Уильям, его самоуверенность явно не пострадала. — Она пытается игнорировать это, избегая его.
Леди Терстон думала об этом, пересекая комнату, чтобы сесть на канапе:
— Кейт никогда раньше не избегала романтических отношений. Наоборот, она довольно настойчиво искала их.
— Кажется, на этот раз их придется ей предоставить.
Она расправила складки бронзового платья и представила свою нежную, романтичную дочь рядом с коварным и честолюбивым мистером Хантером:
— Нет.
— Нет? Что, черт возьми, вы имеете в виду, говоря «нет»?
— Следите за своей речью, Уильям. И я имею в виду «нет». Несмотря на испытываемую мной благодарность и привязанность к мистеру Хантеру, я не считаю его лучшей партией для Кейт.
— Он лучшая партия.
— Нет.
— Он… — Уильям распрямил плечи. — Миссис Саммерс согласна со мной.
— Миссис Саммерс неизбежно приходится выбирать между мной, ее другом, и мужчиной, к которому она привязана. Естественно, она согласится с вами.
Он пробежал пальцами по своим редким волосам:
— Это не…
— И Мирабель согласна со мной.
Уильям сел напротив нее, тяжело вздохнув:
— Ваша невестка почти всегда согласна с вами. Благодаря вашему влиянию молодые женщины открыто высказывают свое мнение.
Она улыбнулась, так как сочла это комплиментом:
— Да, это так.
— Двое за мистера Хантера и двое — против. Мы в тупике.
— Я мать Кейт, — заявила она, фыркнув. — Мой выбор предпочтителен.
Он сказал вкрадчивым тоном:
— Я человек, который дал обещание покойному герцогу Рокфоргу на смертном одре.
— Брак пятерых детей, — задумчиво произнесла она и кивнула.
— Брак пятерых детей по любви, — поправил ее Уильям насмешливо, своим тоном давая понять, каково его мнение по этому вопросу. — Значит, это должен быть мистер Хантер.
— Мистер Лори более подходящий кандидат. Он очаровательный, но серьезный молодой человек, и его романтичная натура будет импонировать Кейт. Их также объединяет интерес к музыке.
— Так значит, вы хотите, чтобы это был мистер Лори? — Уильям помолчал минуту и постучал пальцем по подлокотнику кресла. — Я предлагаю компромисс, — наконец заговорил он. — Мы попробуем их обоих. Посмотрим, который из двух подойдет.
Леди Терстон подумала, что этот план больше подходит при выборе шляпок, а не джентльменов, но она не могла не согласиться с его практичностью:
