— Как?
— Я полагаю, ваш мистер Лори намеревается погостить у лорда Брентворта на следующей неделе?
— Да, намеревается.
— Я планировал послать Хантера на задание в Корнуолл, но, подумав, решил, что он будет полезнее у Брентворта.
Леди Терстон кивнула с пониманием:
— Я позабочусь о том, чтобы Кейт приехала.
— Ну, тогда, — самодовольная улыбка вернулась налицо Уильяма, — пусть победит лучший.
2
Кейт закрыла дверь в свою комнату со вздохом облегчения. Прокравшись наверх по черной лестнице и украдкой заглянув в одну или две пустые комнаты, она прошла через Хэлдон-холл незамеченной. Она радовалась тому, что ей удалось избежать встречи с кем-либо из ближайших друзей и родственников, которые, вероятно, поняли бы, что она обеспокоена не только жалким состоянием своего платья, прически и почти неузнаваемой пары ботинок в руке.
— Я не обеспокоена, — пробормотала она себе под нос. — Я раздражена.
Она действительно была озабочена тем, что испачкала свое платье. Это можно было исправить, но потребовало бы больших усилий со стороны ее камеристки Лиззи. Кейт могла бы сама заняться этой рутинной работой, поскольку была виновата, но хорошо знала, что Лиззи не послушает ее.
Чувствуя свою вину, она решила, что понадобится меньше всего усилий, если она переоденется сама, не отвлекая Лиззи от того, чем она была занята в данный момент. В течение нескольких долгих минут ей пришлось принимать разные неудобные позы, но наконец она все же выскользнула из своего платья. С облегчением отметив, что сорочка осталась чистой и сухой, она осторожно свернула мокрое и грязное платье и поискала глазами место в комнате, куда могла бы положить его на время, не испортив что-нибудь еще, пока будет снимать мокрые чулки.
Широкий подоконник показался ей подходящим вариантом, хотя ей и пришлось сдвинуть небольшую стопку романов. Она положила платье одной рукой, а другой взяла книгу, которую читала в последнее время. По сути это была сказка, приключения прекрасной девушки и отважного принца. История была слишком нереалистичной, бесспорно, мелодраматичной и ни в коей мере не поучительной. Но она считала ее восхитительной.
Уже принц на скаку подхватил свою любимую с понесшей лошади, спас ее от банды разбойников и дрался на дуэли, защищая ее честь. А ведь Кейт не дочитала книгу и до середины.
Кейт потрогала переплет. Она задумалась. Хотела ли она встретить принца, который будет ее спасать? Это было не совсем так. Безусловно, она жаждала приключений и любви, но она не чувствовала непреодолимого желания быть спасенной. Она фыркнула при мысли, что кому-либо из ее исполненных благих намерений ухажеров когда-нибудь может представиться возможность побыть в роли странствующего рыцаря. Как единственная дочь и самый младший член семьи Коул, она была, мягко говоря, исключительно хорошо опекаема. Особенно ее братом Уитом.
«Это далеко не самое плохое, что может быть, — когда за тобой присматривают», — напомнила она себе и перевернула книгу в руке. Возможно, то, чего она жаждала, читалось между строк, — уверенности, что ее ухажер будет любить ее с такой страстью, что захочет ее спасти.
И если этот ухажер похож на красивого светловолосого принца из книги, ну…
— Это был несчастный случай, леди Кейт?
Кейт подняла глаза на голос Лиззи, которая стояла в проеме двери, соединяющей их комнаты:
— Что ты сказала?
Лиззи указала на нее:
— Вы стоите в нижнем белье.
—Я… — Она посмотрела на себя, потом подняла голову и робко улыбнулась Лиззи. — Мне очень жаль. Я упала в пруд.
— С пристани?
— В этот раз нет. — Она тяжело вздохнула. — Я гуляла вдоль берега.
Лиззи сморщила нос и высунула язык:
— На берегу грязнее.
— Я знаю, — ответила Кейт, смеясь над комическим выражением лица Лиззи. — Мне жаль. Я вычищу платье, если…
— Вы не будете этого делать. — Лиззи пересекла комнату и подошла к шкафу Кейт. — Я упомянула грязь только потому, что уж очень неприятно упасть в нее.
— Так и было.
Пока Кейт снимала чулки, Лиззи подыскивала чистое платье. Это была молодая женщина среднего роста и комплекции, с золотистыми волосами, прелестными карими глазами и круглым лицом. Нос, немного длинноватый, рот, всего лишь чуть широковатый, и подбородок, который был заметно заострен, явно не прибавляли Лиззи красоты. Но необычное сочетание этих обычных черт сделали ее любимицей среди прислуги и членов семьи в Хэлдон-холле. Кейт никогда не встречала женщины с такой богатой мимикой.
— Я не могу понять, почему ваша мать не смогла отговорить вас носить это зеленое платье, — прокомментировала Лиззи откуда-то из шкафа. — В нем вы выглядите так, как будто сбежали с похорон.
Кейт закатила глаза. Лиззи обладала изрядным запасом дерзости — не то качество, которое большинство леди терпели бы у своих камеристок, но Кейт вполне мирилась с этим.
Лиззи отошла от шкафа:
— Это должно подойти, я думаю.
Кейт посмотрела на персиковое платье, которое Лиззи протягивала ей, и снова вздохнула:
— Жаль, что темные цвета не модны для молодых леди. Тогда бы было намного легче выбрать.
— Но не было бы предлога пойти за покупками, — отозвалась Лиззи с ухмылкой, взяв чулки из руки Кейт и сунув их в карман своего передника.
— Это правда.
Она взяла платье и надела его через голову.
Лиззи начала застегивать пуговицы на спине.
— Кто-нибудь был поблизости? — спросила Лиззи минуту спустя.
— У пруда, ты имеешь в виду? Да, к несчастью. — Кейт поморщилась. — Я натолкнулась на мистера Хантера, когда возвращалась.
— Мистер Хантер… — произнесла Лиззи задумчиво. — Мне очень хочется узнать, почему он кажется таким знакомым.
— Мне тоже, но, вполне вероятно, он просто напоминает кого-то, кого мы обе случайно встретили, — владельца магазина в Лондоне, возможно.
—Возможно. Я подозреваю, вы догадаетесь первой. — Лиззи застегнула последнюю пуговицу, обошла Кейт и дерзко улыбнулась ей. — Вы поглядываете на него чаще, чем я.
— Я не делаю ничего…
— И он смотрит на вас очень часто.
— Да, с этим не поспоришь.
— Вы не можете не признать, что вы заинтересованы, — прокомментировала Лиззи и добавила, пожимая плечами: — Здесь нет ничего дурного.
Кейт машинально подняла руку к своей щеке. Она могла поклясться, что еще чувствовала тепло там, где пальцы мистера Хантера прикоснулись к ее коже. Возможно, она таки была немного заинтересована в нем. И Лиззи права — что в этом дурного? Опять же, если ей не изменяет память, в шесть лет ей было интересно, чем закончится ее попытка приручить кузнечика.
