Мужчины, которым из-за взбрыкиваний лошади пришлось отпустить всадницу, хватали ее за юбки, а лошадь швыряла ее из стороны в сторону. Линнет висела на одной руке, когда Джейми наконец пробился к ней. Ударом меча он отшвырнул двоих мужчин, а другой рукой схватил Линнет за талию и поднял на свою лошадь.
Слава Богу, он успел вовремя! Теперь остается только увезти ее с этого чертова моста, пока не начали летать стрелы.
— Моя лошадь! — закричала она, оборачиваясь, чтобы посмотреть через плечо.
Без предупреждения она наклонилась над седлом его коня, обе руки были вытянуты вперед. Она что, совсем с ума сошла? Джейми крепче схватил ее, когда она кончиками пальцев поймала свободно свисающий повод своей лошади.
Потом она выпрямилась и победоносно улыбнулась ему, держа повод в руке. Боже милостивый, да она ни капли не изменилась. Кругом нее ад кромешный, а ей все нипочем. Он бы ничуть не удивился, что это она, а не Глостер — причина этих беспорядков.
— Слишком рано радуешься, — процедил он сквозь стиснутые зубы. — Нас еще могут убить.
Глаза ее метнулись в сторону, и она треснула рукоятью хлыста по руке, тянувшейся к поводьям ее лошади. Джейми развернул своего коня и закричал в толпу:
— Уходите с моста! Уходите с моста!
Обезумевшая людская масса накатывала на них, как морские волны накатывают на корабль. Линнет не обращала внимания на его повторявшийся приказ «отпустить эту чертову лошадь и держаться». Он сжимал ее так крепко, что наверняка на ребрах останутся синяки, а она хлестала по рукам, пытающимся схватить поводья ее лошади.
Она казалась такой тоненькой и легкой. Просто удивительно, что тем мужланам не удалось стащить ее с лошади и она так долго продержалась. Но любой, кто прикоснется к ней теперь, будет покойником. Джейми — закаленный в боях рыцарь. Теперь, когда она с ним, он не сомневался, что сможет защитить ее от черни.
Однако летающие стрелы — другое дело.
Каким-то чудом ему удалось добраться до конца моста за секунду до того, как люди епископа преградили путь. Он ехал на восток, вдоль реки, подальше от моста и толпы, пока сердце снова не стало биться ровно.
Они были в четверти мили вниз по течению, когда он заговорил:
— Черт бы тебя побрал, скажи на милость, что ты делала на этом мосту? Любой дурак мог видеть, что это не то место, где сегодня следует быть.
Линнет обернулась, чтобы посмотреть на него. В этот раз, когда опасность миновала, сердце его подпрыгнуло в груди. О Боже! Зачем она так красива? Это проклятие всей его жизни.
— Я тоже рада тебя видеть, Джейми Рейберн. — Линнет склонила голову набок и вскинула бровь. — Хотя после стольких лет я ожидала более теплого приветствия.
Он устремил взгляд прямо перед собой и тяжело вздохнул. Господь всемогущий, как она может быть такой спокойной после того, что мгновения назад случилось на мосту?
Когда она слегка прислонилась к нему, приятное покалывание растеклось по его груди. От похоти и желания тело сотряслось как от лихорадки. Уже можно пересадить ее на другую лошадь. Ему хотелось думать, что она слишком взволнована, чтобы ехать одной, хотя это, разумеется, смешно. Но он позволит себе единственную маленькую слабость, которая ничего не значит.
— Я слышала, ты был с Бедфордом во Франции, — сказала она.
— Гм…
— Когда ты прибыл в Лондон?
— Вчера.
После долгой паузы она поинтересовалась:
— Ты собираешься рассказать мне, что делаешь в Англии?
— Нет.
— Или спросить меня, почему я здесь?
— Нет.
Он почувствовал ее вздох и против воли вспомнил другие вздохи, другое время…
Он должен избавиться от нее.
— Надеюсь, твой слуга найдет дорогу назад. Куда тебя отвезти?
— Во дворец епископа. Там я найду кого-нибудь, кто проводит меня домой.
Прекрасно. Лучше не знать, где она живет. Не то чтобы он собирался искать ее, но мудрый мужчина не поддастся соблазну там, где дело касается Линнет.
Выбрав кружной путь, чтобы избежать толпы, он направился в сторону епископского дворца. Даже среди городской и речной вони он ощущал острый цитрусовый запах, исходивший от ее волос. Воспоминание, как он зарывался в них лицом, ударило его, как кулак в живот.
Благополучно доставив Линнет во дворец, Джейми тут же покинул ее. Он сразу отправился к епископу, который принял его предложение помочь урегулировать разногласия с Глостером. Остаток дня Джейми был слишком занят, чтобы размышлять о своей встрече с Линнет. Он и другие эмиссары восемь раз ездили туда-сюда через реку, пытаясь добиться компромисса. Была уже поздняя ночь, когда два враждующих члена королевской семьи согласились на предложенные условия.
Джейми рухнул на постель и тут же провалился в сон. Днем, когда страна была на грани гражданской войны, ему удавалось не думать о Линнет. Но перед рассветом она ему приснилась. Это был не тот раздражающий, сентиментальный сон, который ему часто снился сразу после того, как он уехал из Парижа. Нет, это был откровенный, чувственный сон о том, как она извивается под ним, выкрикивая его имя. Он проснулся весь в поту и часто дыша.
Ему нужна женщина, это совершенно ясно.
Но вначале дело. Герцог Бедфорд отправил его домой из Франции с двумя заданиями. Прошлой ночью он выполнил первое, отправив Бедфорду доклад о конфликте между Глостером и епископом.
Сегодня утром он должен позаботиться об исполнении второго задания: обеспечить безопасность молодой вдовствующей королевы во время всех этих раздоров. Это его долг не только перед Бедфордом, но и перед покойным королем. Но возможно, ему удастся сочетать долг с удовольствием. Если судить по его прошлому опыту, одна из придворных дам будет счастлива разделить с ним постель.
Он отправился в шестимильную поездку в Элтемский дворец сразу после завтрака. Вскоре по приезде его провели в личную гостиную королевы. Когда он вошел, королева Екатерина, хрупкая на вид женщина, поднялась, чтобы приветствовать его.
— Ваше величество, — проговорил он, опускаясь на одно колено.
Подняв взгляд, Джейми уловил печальный блеск в ее глазах и понял, что напомнил ей о том ужасном дне в Венсене, близ Парижа. Он был одним из рыцарей, которые принесли умирающего короля в замок, где королева ждала его.
— Я так рада, что вы приехали, сэр Джеймс, — сказала она, протягивая руку для поцелуя. Потом посмотрела мимо него и улыбнулась. — Как, полагаю, и моя подруга, да?
Он повернулся, чтобы проследить за взглядом королевы.
Линнет прошла мимо него и встала рядом с Екатериной. Со своим гордо вздернутым подбородком она выглядела царственнее самой королевы. А он — пожалуйте вам! — на коленях, снова ползает у ее ног.
