бутылки. Он чувствовал на себе напряженные взгляды посетителей, но еще не знал, есть ли Слэттери среди них.
В воздухе повисло почти физически ощутимое облако недоброжелательности. Здесь было не место для чужаков.
Он наконец посмотрел в зеркало за стойкой бара. Все, кто находился в пабе, включая Дугала Слэттери и двоих его молодых приятелей, смотрели на него.
Жесткие парни, подумал Джентри.
Его внимание привлекла табличка над зеркалом: «Никакого пения».
Суровая тут компания.
Проклятье.
Бармен, окинувший его долгим взглядом, медленно отложил газету и приподнял рыжие брови.
– Пинту «Гиннесса», – сказал Корт.
* * *
Слэттери потягивал пиво и слушал, как двое молодых парней в его углу жалуются на плохое судейство во время вчерашнего регбийного матча между «Клонтарфом» и «Томондом». Дугал был болельщиком «Уондерерс», поэтому ему было глубоко наплевать на рефери, засудившего несчастный «Клонтарф», но ему было приятно находиться в обществе молодых завсегдатаев. Он поднял голову, когда открылась входная дверь; для случайных посетителей было уже поздновато, но чего только не бывает. Он проводил взглядом незнакомца, направлявшегося к бару, моментально забыв о своих собутыльниках.
Тревожный звонок зазвучал в голове Дугала Слэттери так же громко, как главный колокол собора Церкви Христовой в одной миле к западу отсюда. Само присутствие незнакомого человека в пабе «Падрик Пирс» было необычным, а этот парень еще и был среди слушателей в «Оливере» сегодня вечером. Более того, он выглядел довольно молодым, подтянутым и, пожалуй, слишком беззаботным.
Явно не местный. Да, он одевался как любой ирландец, но чутье Слэттери говорило, что он – чужак. Когда мужчина уселся на табурет, ирландец внимательно присмотрелся, выискивая признаки оружия в наплечной кобуре, оттопыривавшей грудь, или в поясной кобуре, изменявшей осанку при переходе в сидячее положение. Он ничего не заметил, но правая сторона тела незнакомца оставалась закрытой от него.
«Пинту «Гиннесса», – сказал тот человек. Ничего странного, никакого чужеземного акцента. Даже смахивает на ирландца, но говорит слишком тихо и вкрадчиво.
Он из полиции? Может, из Интерпола? Дугал знал, что копы в полудюжине стран хотели бы заковать его в наручники и уволочь с благословенного острова. Нет. Этот человек не был похож на полицейского; он выглядел слишком расслабленным для такой работы.
Он знал, как нужно заказывать пиво, а это уже кое-что. Невежественные иностранцы тянулись за бокалом сразу же после того, как он оказывался на стойке перед ними, что было вопиющей ошибкой. Стаут наливают в два приема; бармен дает пене осесть, что занимает минуту-другую, пока пиво находится в обманчивой близости от посетителя, предлагая ему выказать свое невежество.
Но у этого незнакомца были хорошие манеры.
Слэттери поймал его взгляд в зеркале, бесстрастный и мимолетный. Все остальные завсегдатаи паба тоже смотрели на незнакомца. Он посмотрел на них в ответ, прежде чем переключить внимание на бармена. Джордж был не более рад видеть этого чужака, чем Слэттери, но он налил пиво, взял деньги и вернулся к своей газете.
Дугал наклонился к парням, сидевшим за его столиком, и тихо обратился к ним. Его тон был небрежным, но в словах не было и намека на улыбку.
– Послушайте, ребятки. Не хотите немного развлечься перед тем, как мамочка уложит вас в постель?
* * *
Корт выдал себя и понимал это. Он сидел у стойки бара и глядел на свое пиво, изображая физическую расслабленность, но его ум напряженно работал, составлял схему активного сопротивления десятку человек в помещении, немногим просторнее школьного автобуса. Джентри не сомневался, что у многих есть ножи. Скорее всего, и кастеты. Возможно, даже обрез, спрятанный за стойкой бара. Корт носил пистолет в поясной кобуре, но это было не самое эффективное оружие для защиты от толпы. Обычный русский «Макаров». С надетым глушителем мог быть полезным орудием для убийцы, но пули калибра.38 и магазин с восемью патронами бессильны против массы человеческой плоти, окружавшей его со всех сторон, а спусковой механизм неудачно расположен, что ухудшает боеспособность. Конечно, Корт мог понаделать кровавых дырок в нападавших, если дело дойдет до этого, но если они бросятся на него одновременно и целеустремленно, то ему крышка.
Он отпил глоток «Гиннесса». Пинта пива еще никогда не выглядела такой огромной. Ему показалось, что он никогда не осушит кружку до дна, чтобы получить предлог для выхода на темную улицу. За спиной он слышал, как Слэттери перешептывается с собутыльниками. Корт не стал смотреть в зеркало. Было ясно, что Слэттери засек его раньше в баре «Оливер Сент-Джон Гогарти». Теперь он вводил своих дружков в курс дела. Если повезет, то Слэттери выкинет фортель и устроит засаду на улице. Уйдет со своими приятелями и оставит их прятаться в темноте. Если не повезет, то все случится здесь и сейчас. Дугал встанет и объявит на всю комнату, что человек, который выбьет дух из чужака за стойкой, получит «годовой запас «Гиннесса» за мой счет».
Вот сукин сын, подумал Джентри. Когда он выздоравливал во Франции, то мечтал поскорее вернуться в форму, но теперь все происходило слишком быстро.
Корт начал вставать. Его кружка была наполовину полна, но он решил, что если сможет уйти отсюда по своей воле, это должно произойти сейчас, прежде чем Слэттери завершит свои планы. Но бармен проворно опустил свою газету.
– Пиво не понравилось, да?
Должно быть, шестидесятилетний рыжий здоровяк с бочкообразной грудью, уловил флюиды недоброжелательности между Слэттери и незнакомцем.
Корт не был расположен к беседе, поэтому сделал вид, будто хотел передвинуться на табурете, и отсалютовал кружкой.
– Славная брага, – сказал он, надеясь, что фраза прозвучит по-ирландски, хотя и не был уверен.
Слева от него двое парней, сидевших рядом с объектом, направились к выходу. Еще двое за его спиной встали; Корт следил за ними по мере их приближения. Они угрожающе расселись по обе стороны от него.
Мужчина слева заговорил первым. От него несло виски и табаком.
– Ты откуда, паря?
Корт глядел прямо перед собой. Он отказался от попыток имитировать ирландский выговор.
– Работаю на контейнеровозе «Маерск». Пришвартовались сегодня днем, выходим утром.
– Ты откуда взялся? – второй мужчина повторил вопрос первого.
– Я же сказал.
– Ты что, родился на борту? Родом-то откуда сам будешь?
– Парни, оставьте человека в покое, – эти слова исходили от Дуга Слэттери. Он встал, похромал к стойке и установил визуальный контакт через зеркало. – Всегда приятно видеть новое лицо, включая проезжих. Не обращай на них внимания, друг.
Почему сегодня все называют его «другом»?
Глава 3
Через пять минут Джентри вышел из бара «Падрик Пирс». Слэттери ушел
