– Э-э-э, мэм, – осторожно начал Чарли. – Мне кажется, что к вам на кухню забежала ящерка.
И он втянул голову в плечи, приготовившись услышать пронзительный визг.
– Вот как? – спокойно откликнулась мисс Адриенна Хьюлетт.
Она с явной неохотой оторвала взгляд от раны на обнаженной груди Чарли и посмотрела туда, куда указывал ее пациент. Там, в углу, действительно сидела – только не ящерица, а рогатая жаба. Ну и стоило ли отвлекаться на это безобидное создание?
И тут мисс Адриенна Хьюлетт в очередной раз удивила Чарли. Она не завизжала, не затопала ногами, а просто подошла к жабе и вз?па ее голыми руками.
– Это наши первые помощницы в саду, – улыбнулась Одри и понесла жабу к входной двери. – Они поедают любых жучков. Но вот в доме им делать нечего.
Одри на секунду скрылась в ночи, притаившейся прямо за дверью кухни, но тут же вернулась – уже с пустыми руками. Чарли, изумленный тем, как эта леди управляется с рогатыми жабами, позабыл обо всем на свете, и продолжал сидеть в расстегнутой рубашке, не сводя с Одри восхищенных глаз.
– Мистер Уайлд, – строго окликнула его Одри. – Если вы не снимете рубашку, я не смогу обработать вашу рану.
– Что? Ах, да. – Чарли моментально скинул рубашку, и теперь уже восхищение промелькнуло в глазах Одри.
– Вот это мускулы! – протянула она. – Чем это вы занимаетесь, раз у вас такие мускулы? Может быть, вы ковбой?
Ковбой! Самая обычная профессия в Нью-Мехико. Чарли готов был уже утвердительно кивнуть, как что-то вдруг подсказало ему, что в данном случае лучше будет сказать правду.
– На самом деле я музыкант, мэм. Мы направлялись в Альбукерке, и тут как раз начались эти неприятности.
Теперь, разглядев Одри при ярком свете, Чарли мог сказать, что внешне она была самой обыкновенной девушкой – с большим ртом и вздернутым, усыпанным веснушками носиком. Острый подбородок выдавал в ней человека дерзкого и упрямого.
Что в ней было по-настоящему прекрасным, так это глаза. Огромные сами по себе, они от последних слов Чарли раскрылись еще шире и казались совсем темными.
На самом деле глаза у Одри были серыми, и это Чарли увидел только теперь. Раньше, на улице, они показались ему черными. Блестящие, словно мокрый сланец, глаза Одри были обрамлены ресницами – такими густыми и темными, каких Чарли в жизни своей не видел. И все это великолепие еще больше оттенялось матовой кожей, покрытой на щеках нежным розовым румянцем.
Чарли тут же пожалел о сказанном, но было уже поздно.
– Так вы музыкант? Боже, как интересно!
Она сказала это так, словно музыканты – самые редкостные и интересные люди на свете. Она даже прекратила намыливать губку и уставилась на Чарли. Ему снова захотелось одернуть ее.
– Играть на трубе не такое уж интересное занятие, мэм, – сказал Чарли, но тут же подумал о том, что говорить таким тоном, пожалуй, невежливо, особенно с женщиной, которая так искренне стремится помочь ему. Он откашлялся и начал заново: – Я хотел сказать, что у нас просто обыкновенный духовой оркестрик. А родом мы все из одного города – Америка-Сити, в Джорджии.
– Святые небеса! – ахнула Одри. – Так вы и в самом деле из Джорджии. И я тоже родом из Джорджии. Здорово, да?
И она одарила Чарли еще одной ослепительной улыбкой.
Чарли на это ничего не ответил. Он изо всех сил старался не застонать, когда Одри принялась обрабатывать его рану мокрой губкой.
– Довольно неприятная царапина, мистер Уайлд, – донесся до него голос Одри, – но чистая. Уверена, что при должном уходе воспаления не будет.
– Будем на это надеяться, – сквозь зубы процедил Чарли, стараясь не извиваться от боли.
– А на чем вы играете, мистер Уайлд?
– На корнете, мэм. Это такая труба. Нужно заметить – ведущая в ансамбле. Так что в оркестре я вроде как самый главный.
“Самый главный, – мрачно подумал он. – Да уж, если бы не я, ребята давно уже умерли бы с голоду”.
– Корнет! Это потрясающе, мистер Уайлд. Он издает просто волшебные звуки!
– Ну, не знаю, мэм. По мне, так не настолько уж корнет и отличается от звука других труб.
Одри яростно тряхнула головой, так, словно Чарли не свое мнение о корнете высказал, а, по крайней мере, предложил Одри переспать с ним.
“И это не такая уж плохая идея”, – усмехнулся про себя Чарли, но поспешил отбросить эту мысль как явно бесперспективную.
– Нет-нет, мистер Уайлд, – горячо запротестовала Одри – у корнета совершенно необыкновенный звук.
Как-то раз я слышала парня, который играл на корнете “Диксиленд”, так можете поверить, я плакала навзрыд.
Это сообщение не слишком-то удивило Чарли. За недолгое время знакомства с Одри он уже понял, что имеет дело с существом романтичным и восторженным. Да и много ли она видела в своей жизни, эта девчонка?
Послышался стук в дверь, и Чарли был несказанно рад поскорее сменить тему разговора.
– Я полагаю, это Лестер, мэм, – облегченно выдохнул он. – Лестер Фрогг.
– Входите! – крикнула, не оборачиваясь к двери, мисс Хьюлетт.
Чарли едва не свалился со стула. Он даже не мог предположить, что такое хрупкое на вид и нежное создание может издавать подобные звуки.
Одри заметила, как вздрогнул Чарли, и виновато посмотрела на него.
– Прошу прощения, мистер Уайлд, – пропела она своим прежним нежным голоском. – Просто я привыкла общаться только с тетушкой Айви, а она глуха как тетерев.
– Все в порядке, мэм, – соврал Чарли, хотя в ушах у него все еще звенело от крика Одри. – Но боюсь, что Лестер перепугался и забился теперь куда-нибудь в кусты.
– Я приведу его, – хихикнула Одри, поднимаясь с места.
Чарли проводил ее задумчивым взглядом.
Несмотря ни на что, мисс Адриенна Хьюлетт очаровала его. Чем и как? – этого Чарли понять не мог. Девушка, которая поначалу показалась ему восторженной дурочкой, оказалась прелестной нежной феей. К тому же весьма неглупой. Впрочем, разве можно выжить в этом проклятом Нью-Мехико, не имея мозгов в голове!
“Кстати, о мозгах, – подумал Чарли. – Интересно, не могла ли та пуля, продырявив руку, шарахнуть меня еще и по голове?”
Мистер Уайлд не ошибся в своих предположениях. Когда Одри удалось наконец разыскать Лестера, он сидел на веранде, забившись в самый дальний ее уголок.
– Пойдемте со мной, мистер Фрогг, – сказала Одри. – Я провожу вас на кухню. Я обрабатываю руку вашего товарища. Он рассказал мне, что вы тоже музыкант. Это так интересно!
– Н-ну, я-а-а…
Лестер все еще мучился над первой фразой, когда Одри просто взяла его за рукав и повела за собою к дому.
– Ну вот, – сказала она, входя вместе с Лестером на кухню и усаживаясь на свое прежнее место. – Продолжайте, мистер Уайлд, прошу вас. Итак, вы говорили об оркестре. Моя тетушка рассказывала, что в ее родном городе тоже был оркестр, причем один из лучших во всей Джорджии. Оркестр из Пичтри. Знаете этот городок?
