явные противоречия в свидетельствах очевидцев и истеричные журналистские охи-ахи из серии «Мы все умрем!», ясности было не так много. Да, многие наблюдали на морском берегу гигантскую белую фигуру, которую одни потом уверенно называли центаврусом, но иные – гарцующим на коне всадником. И да, сразу после этого чудного явления случилась в городе и окрестностях вспышка магической дистрофии – недуга почти неизлечимого, но, вообще-то, незаразного, им обычно поодиночке болеют, а не массово. Но если верить ростовскому губернатору – князю Юрию Вяземскому – ситуация в регионе уже под полным контролем у властей, никаких оснований для паники нет. Но так ведь неинтересно! Вот писаки и нагнетают: типа, неделю назад, когда Белый Центраврус появился в Бремене, местные одаренные, все поголовно, начисто лишились способностей к магии. А еще за неделю до того пострадал английский Йорк, причем среди жертв Мора оказался сам принц Уэльсский Ричард, боярин по мане, но силой отныне не тянущий и на мещанина-мастерового. Про принца, впрочем, тут же, ниже, шло официальное опровержение британского Форин-офиса: Ричард-де находится в Лондоне и не покидал столицы с декабря месяца.
Кто и где врет – пойди, разберись, короче…
Но, как ни крути, что-то в подлунном мире явно происходило нехорошее. Пока, правда, не очень было понятно, что.
– Гляди-ка: к нам тут III Отделение пожаловало! – снова отвлек меня от чтения газеты Светкин голос – теперь, кажется, малость встревоженный.
– Что? – я посмотрел на Каратову, а затем, проследив за ее взглядом – в окно: у нашего особняка остановился крытый черный экипаж, из которого как раз выбирался человек в синем жандармском мундире с серебряными эполетами на плечах. Словно почувствовав на себе мой напряженный взор, гость поднял голову, и я узнал ротмистра Петрова-Боширова.
– Какого духа ему от нас нужно? – нахмурился я.
По счастью, начальника губернской экспедиции, сохранившего свой пост и при Романове, и при Цесаревиче Дмитрии, и занимавшего его до сих пор, нельзя было отнести к числу моих недругов, но III Отделение есть III Отделение: просто так, на чай, жандармы к обывателям редко заглядывают…
– Вдруг какие-то новости о Школе? – в своем ключе предположила Светка.
– Сообщили бы телефонограммой, – с сомнением покачал я головой. – В крайнем случае, нарочного бы прислали. Много чести – лично домой заезжать…
– Тогда, может, это снова Юля балуется? – пришло тут в голову девушке.
Я внимательнее присмотрелся к гостю внизу: тот уже молодцевато поднимался на крыльцо. Вылитый ротмистр. Хотя, нельзя не признать, у мелкой получаются очень достоверные фантомы! Которые она, и правда, лепит почем зря – без устали, пока маны хватает. Говорит, что прокачивает ключевой навык. Нет, тренировки – дело хорошее, кто бы спорил, но не раз и не два уже мы со Светкой реально обманывались – к немалому сестренкиному веселью. Так-то ничего страшного, конечно – но просто обидно, когда тебя оставляет в дураках мелкая, даром что княжна!
Аккурат в этот момент к нам в гостиную из кабинета, служившего ей персональной спальней, вышла Юлька. Вставать по распорядку она не любила и наши совместные завтраки почти всегда игнорировала, предпочитая кусочничать у Феклы.
– Твоя работа? – строго спросил сестру я, кивнув на двор.
Внятным ответом меня мелкая не удостоила. Лишь состроила возмущенную гримаску – обижаешь, мол, начальник! – проследовала ко второму окну комнаты и выглянула за стекло.
– Юля, пироги с чаем будешь? – в свою очередь предложила девочке Каратова.
Не оборачиваясь, моя сестренка резко мотнула головой, а я вдруг поймал себя на мысли, что, несмотря на дежурные детские ужимки, выглядит она непривычно взросло. Когда только успела? Или это из-за строгого длинного платья, что сейчас на ней, такой эффект? Кстати, новое какое-то, и похоже, не из дешевых – Светка ей, что ли, купила, у самой мелкой таких денег не водится…
– Ну и ладно, нам больше достанется, – бросила между тем Юльке Каратова.
На это мелкая недовольно передернула плечиками – не приставайте, типа, со своей чепухой, Ключа ради!
Тем временем, гость уже бы в доме, и через полминуты на пороге гостиной возник наш дворецкий Афанасий.
– Ротмистр Петров-Боширов из III Отделения Собственной Его Императорского Величества канцелярии – явился и просит принять, – степенно доложил слуга.
– Пригласите, – кивнул я, откладывая в сторону газету.
Уже в следующий миг жандарм сменил в дверях мастерового. Я предупредительно поднялся из кресла навстречу гостю. Светка осталась сидеть – лишь отставила недопитую чашку. Мелкая соблаговолила неторопливо развернуться спиной к подоконнику и личиком к обществу.
– Молодой князь, – с приветливой улыбкой протянул мне руку ротмистр. – Сударыня, – коротко поклонился он затем Каратовой. – Княжна… – последовал еще один кивок – но почему-то вовсе не в сторону окна, где стояла моя сестренка, а в направлении пустого кабинета.
Точно пустого?
В ту же секунду фигура Юльки растаяла в воздухе.
– Как вы догадались?! – в комнату проворно выскочила мелкая – уже настоящая. – Я очень хорошо сработала, даже Володя со Светой ничего не заподозрили! В чем была ошибка? – требовательно подступила она к жандарму. – Скажите, мне важно знать!
– Иллюзия была исполнена безукоризненно, княжна, – усмехнулся гость. – Я даже шорох подола платья услышал – если, конечно, сам его не домыслил. Но вы не удержались и представили себя несколько старше своих реальных лет – сие вас и выдало!
«Ну да, так и есть, – сообразил наконец я. – А я – балбес!»
– Вот же засада! – огорченно скривилась между тем девочка. Кстати, платье на ней было привычное, домашнее – то, что носил фантом, мелкая, похоже, из головы выдумала. Или подсмотрела где. То-то оно не показалось мне знакомым!
– Ладно, пойду к зеркалу, упражняться! – втянув голову в плечи, разочарованно буркнула Юлька.
– Удачи, княжна! – с совершенно серьезным видом напутствовал ее Петров-Боширов.
– Благодарю, господин ротмистр! – одарив гостя напоследок благосклонной полуулыбкой, сестренка снова скрылась за дверью кабинета, плотно прикрыв ту за собой.
Глава 2
в которой я знакомлюсь с Четвертым,
а Светка получает ангажемент
– Прошу простить за это дурацкое представление, – счел я за благо извиниться перед жандармом. – Княжна еще ребенок…
– И весьма талантливый ребенок, – благодушно заметил на это гость. – Фантом у нее и впрямь вышел великолепно – я
