какой-то причине заставил меня нервно заёрзать в кресле и отвести взгляд.
— Нет, сэр.
— Славно.
Погрузившись в сосредоточенное молчание, мы вырулили на взлётную полосу.
— Light-Air 3-2-0, к взлёту готов. — передал Тайлер. Получив схему вылета и разрешение, он кивнул мне, чтобы я начинала взлёт. Если на какой-то миг показалось, что оба пилота решились довериться новичку, то, к моему огорчению, это было далеко не так. Краем глаза я заметила, как привстал мистер Дэвидсон, и как Тайлер Рид, на вид спокойный, осторожно положил руку на сайдстик. И так, под чутким, но давящим надзором двух мужчин мы начали взлетать.
Это было настолько волнительно, что только очутившись на заданной высоте я смогла выдохнуть и осознать, что это действительно правда. Небо приняло нас в свои распростёртые объятия, открывая прекрасный вид на стелящиеся вокруг облака, похожие на белоснежную, невесомую вату. Это было больше похоже на какой-то волшебный мир из сказки, к которому человек ещё не успел прикоснуться и вот мы тут, как первооткрыватели, бороздим просторы недосягаемой высоты, рассекая крыльями пространство.
Всё же все тренировки и даже полёт на «Цессне» не сравнится с ощущением, которое дарит эта огромная железная ласточка, заставляющая сердце заходиться от невесомого счастья.
Включив автопилот, командир расслабленно откинулся на кресле, но даже так, ощущала, как меня слева прожигают взглядом.
— Вы что-то хотите, сэр? — не выдержав, повернулась к нему и тут же уловила непонятную хитрую эмоцию, мимолётно проявившуюся на его лице. Чем дольше мы смотрели друг на друга, тем невыносимей мне становилось продолжать эту немую битву взглядов. Хотелось отвернуться и раствориться в синеве за окном, а не в той, что напротив.
Очередное кряхтение мистера Дэвидсона вновь спасло меня, вырывая из транса и заставляя отвернуться и уставиться на панель. Всегда ли этот замечательный мужчина будет выручать меня, когда придётся остаться один на один с этим дьяволом?
«О чём ты, Эллисон. Это всего лишь первый и последний раз, когда вы летаете вместе. Не может же Гарсия вечно торчать в туалете, в самом деле.»
— Да, хочу, — наконец послышался тягучий, словно лучший бельгийский шоколад, голос.
— И чего же? — было ощущение, будто по горлу кто-то прошёлся наждачной бумагой, истерзав и иссушив его. Иначе я не могу найти объяснения, что с ним ещё произошло, ведь обычно я так не звучу.
И в очередной раз я попалась в ловушку, лишь взглянув на него, и в очередной раз пожалела об этом. Губы Тайлера растянулись в соблазнительной улыбке, возможно, от осознания того, как странно и пугающе он влияет на меня.
— Чтоб мы не грохнулись вниз с такой высоты. — Вся игривость в нём испарилась, уступая место серьёзности и надменности, которые были просто вторым «я», прекрасно сочетаясь в этом мужчине. — Я же могу вас двоих оставить на пять минут? — обратился он больше к мистеру Дэвидсону, чем ко мне.
— Да. — процедил тот в ответ. Нелюбовь инструктора к пилоту была на каком-то ином уровне, недоступном для понимания простым смертным. Какая кошка между ними пробежала, ещё предстоит выяснить. Но то, что эта кошка была соткана из недовольства и высокомерия, однозначно.
Но даже после того, как Тайлер вышел из кабины, забирая вместе с собой свою необычную энергетику, в кабине всё ещё царила заряженная атмосфера. Глаза мистера Дэвидсона метали град и молнии, а я… Я просто боролась с подступающей дрожью в руках и желанием, чтобы этот странный мужчина больше никогда не зашёл обратно.
Сдвиг ветра
Нью-Йорк — Даллас
Наконец-то выбравшись из кабины, я протиснулся на кухню в поисках прохладной колы. Остудиться было просто жизненно необходимо в данный момент.
То, что придётся лететь с горячей Эллисон Хендерсон, стало для меня не такой уж приятной неожиданностью, как могло бы показаться на первый взгляд, особенно учитывая на какой ноте мы с ней расстались. И будь я проклят, если скажу, что не засмотрелся на её счастливое лицо, когда она только вошла в кабину, и не подумал о том, что хочу видеть его где-то в своей постели. Клянусь, не будь в здесь пухлячка-Джонни, я бы уже приступил к выполнению всех манёвров, которые привели бы нас с прелестной Эллисон Хендерсон в убежище от всего грёбанного мира под одно одеяло. Хоть она и пилот. И моя коллега. И совершенно под запретом. И все эти мысли идут вразрез с моими правилами.
От бездумного созерцания заполненных до отказа полок холодильника самолёта меня отвлёк тоненький женский голосок, вынудивший оглянуться через плечо.
— Что-то ищите, командир Рид? — поинтересовалась маленькая стюардесса, приглаживая свои зализанные в строгий пучок светлые волосы.
— Не могу найти колу. Поможешь? — Я отступил на полшага в сторону, позволяя девушке подойти к холодильнику и соблазнительно наклониться в самый низ. Опёршись о дверцу, оценивал каждое движение, в то время как мой взгляд неторопливо путешествовал по её телу. Но мысли то и дело возвращались к моему второму пилоту, сидящему сейчас в кабине, невольно сравнивая двух абсолютно разных людей. И это было дурным знаком.
— Нас предупредили, что вы любите очень холодную колу, поэтому я убрала пару баночек в морозилку. — Она разогнулась, держа в руках по одной красной банке, мило улыбаясь. — Всё верно, командир? — Хлопая глазами, стюардесса внимательно рассматривала меня так, будто уже видит, как мы под ручку спускаемся с ней с трапа, и я кричу «Она покорила моё сердце банками колы, и именно она станет моей женой!». Но я на работе, а на работе я предпочитаю держать ремень на штанах застёгнутым и не развлекаться с коллегами, насколько бы хорошенькими они ни были. Без исключений.
Не то чтобы это решение было принято из-за политики компании. Скорее из-за того, что мне совершенно не нужны эти печальные взгляды в спину, когда всё закончится, а всё точно уж закончится, максимум через пару встреч наедине. К тому же отвлекаться от работы не в моих правилах. Так что, как бы сейчас ни старалась крошка-стюардесса очаровать меня, ничего из этого не выйдет.
— Да, спасибо, — вежливо улыбнувшись, забрал две холодные баночки из её рук и, удовлетворённо кивнув, пошёл обратно в кабину.
— Не за что, — тихий вздох донёсся из-за спины, но даже так это никак не повлияло на моё твёрдое решение уйти.
Уже стоя перед дверью в кабину пилотов, услышал звонкий мелодичный смех Эллисон такой светлый и красивый. Но по какой-то причине это вывело меня из себя. Сунув одну из банок в карман, полностью забыв о благородном порыве поделиться ею
