Диана попыталась освободиться, но он по-прежнему прижимал ее к себе и смотрел ей в глаза. Убедившись, что она может стоять на ногах самостоятельно, он отпустил ее, но не отступил назад. Тогда Диана сама отступила на два шага. Он ухмыльнулся снова. Его явно забавляла такая предосторожность.
– Как неблагодарно с вашей стороны отстраняться от меня, мы только что узнали друг друга, – заметил он.
– Я мечтаю лишь о том, чтобы мы и дальше оставались незнакомы, – резко ответила Диана и снова замерла, так как он сделал шаг навстречу.
Он остановился, глядя ей в глаза.
– Все понятно. Прямо по пьесе Уильяма Шекспира «Как вам это понравится», не так ли? Боже мой, мне нечего даже и сказать вам на это, кроме известной фразы: «Я как плохой артист забыл слова и ухожу со сцены».
– «Кориоланс»! – воскликнула Диана торжествующе. – Вы хотели меня запутать, сэр?
– Нет, это просто чудесно, восхитительно и, главное – так неожиданно, – сказал он, протягивая к ней руки. Диана тут же опомнилась и быстро шагнула назад, покачав головой. – Я никак не ожидал найти такие знания в такой прекрасной форме. Да плюс такое остроумие! По крайней мере, не в этой сельской местности. Прошу вас, скажите же мне ваше имя и где искать вас, красавица? Тогда я хотя бы смогу увидеть вас снова.
– В этом нет никакого смысла, потому что вряд ли вас пустит в дом мой отец. – И, видя вопрос в его ставших чуть холодными глазах, быстро добавила: – Еще ни один гость лорда Барретта не переступил порог нашего дома. Кстати, что вы здесь делаете? Мы были уверены, что все гости лорда Барретта уехали. Иначе я бы никогда не осмелилась кататься на лошади по полям.
– Боже мой, – вздохнул джентльмен, и в его глазах вспыхнули веселые огоньки. – Бедный Чонси! Его репутация бежит впереди меня. Много дней я провел в полном одиночестве, не представляя, что именно из-за меня все девушки лишены свежего воздуха. Но если ваш отец не разрешить мне навестить вас, то что же мне делать? Я хочу увидеть вас снова.
Диана отрицательно покачала головой.
– А я не хочу вас видеть. Знайте же, что я не встречаюсь с повесами, сэр. Ведь вы, кажется, один из них, не так ли? Вы повеса?
По его неожиданно нахмуренным бровям она поняла, что, пожалуй, зашла слишком далеко. Прежде чем она что-либо сообразила, он быстро шагнул вперед и сжал ее двумя руками.
– Никто еще не осмелился назвать меня так в лицо, – сказал он. Диана перестала дышать. А он продолжал: – Но раз вы дали мне имя, почему бы не продолжить эту игру?
Диана сопротивлялась, пока он держал ее крепко в объятиях. Она думала, что надо бы закричать, а не бороться с ним молча. И вдруг он наклонился и поцеловал ее. Это был долгий поцелуй. Незнакомец полностью завладел ее ртом, и Диана, которая никогда не знала, что поцелуй может быть таким страстным, почувствовала, что она сейчас действительно потеряет сознание.
Ей показалось, что прошла вечность, прежде чем он поднял голову и, улыбаясь, посмотрел в ее глаза, темные не только от гнева, но и от изумления.
– Я не молю меня простить, потому что вы сами этого хотели, – сказал он. – Кроме того, я просто не мог устоять перед такой красоткой.
Его руки сжимали ее все крепче.
– Если вы не отпустите меня сейчас же, сэр, я позову на помощь. Фермеры совсем рядом. И то, что они с вами сделают, узнав, что вы посмели ко мне прикоснуться, вам вряд ли понравится, – она говорила холодно, но боялась, что он услышит панику в ее голосе.
Диана сомневалась, что фермеры отца могут быть так близко. Скорее всего, на этой аллее она была в полной власти незнакомца. На удивление, он тут же отпустил ее, сделал шаг назад и поклонился.
– Примите мои комплименты, мадам. Светская дама не смогла бы сделать этого лучше, чем вы. Вы герцогиня! – Он замолчал, потирая рукой подбородок и о чем-то думая. Затем добавил тихо, будто ни к кому не обращаясь: – А почему бы и нет? Такое случается рано или поздно. И столь юная особа, такая умная и образованная, с таким прекрасным лицом и великолепными манерами достойна этого. – Он посмотрел на нее и кивнул: – Да, будет только справедливо, если вы остановите свой выбор не меньше чем на герцоге. Что вы об этом думаете?
Диана хотела было наклониться, чтобы поднять шляпку, перед тем как отвязать свою кобылу, и остановилась, глядя на него.
– Я думаю, что если вы еще не совсем сошли с ума, то явно сильно поглупели, милорд. Вы несете вздор, и потому вам лучше побыстрее сказать просто «прощайте».
– До свиданья, моя дорогая. Я уверен, что мы с вами еще обязательно увидимся.
Диана села в седло и поехала прочь по аллее, когда услышала, как он добавил слегка небрежно:
– Между прочим, вы ошиблись, надо вам заметить. Вы должны были обращаться ко мне «Ваша Светлость». На этот раз я вас прощаю.
На секунду руки Дианы натянули поводья, и она посмотрела на него через плечо. Он стоял на том же месте, уперев руки в бока, и вдруг галантно поклонился, – и этот элегантный поклон совершенно не вязался с пыльной аллеей. Пронзительный взгляд его карих глаз держал Диану еще крепче, чем его руки.
– О, да, мы обязательно встретимся, герцогиня! Или я должен сказать – будущая герцогиня? Могу сказать точно одно, что вы колдунья! Как еще я могу объяснить то, что сегодня со мной случилось? Вы околдовали меня, а, признайтесь?
И он стал громко смеяться. Диана дала шпоры лошадке и умчалась от этого дьявола. Она гнала во весь опор, пока не оказалась в безопасности за воротами своего дома.
Диана приказала отвести лошадь в конюшню, а сама прогулялась по саду и стряхнула пыль с платья и волос. Она надеялась пройти в свою комнату незамеченной. Диана боялась, что все случившееся ясно написано на ее лице. Сердце ее сильно стучало. И ей хотелось обо всем этом подумать.
Она закрыла за собой дверь спальни и впервые осознала, что очень соскучилась по своей сестре. Не было никого вокруг, с кем бы Диана могла поговорить о своем приключении – не с родителями же об этом говорить! Они ясно давали понять, что думают о гостях лорда Барретта. Нет, только не с родителями. Умывшись, она немного успокоилась. И все-таки, как бы ей хотелось сейчас вбежать в комнату Энн и все-все рассказать! И даже, – Диана не могла не признаться в этом самой себе, – похвастаться, что она первая встретила настоящего, живого Повесу!
Она сняла с себя одежду и отдала ее служанке, чтобы та почистила ее. В одной рубашке и тапочках Диана забралась в большое удобное кресло, стоящее у камина. Синяк на голове слегка побаливал, но она не обращала на это никакого внимания.
Так, значит, этот незнакомец не кто иной, как герцог? Неужели? Может ли герцог быть соблазнителем, повесой? Она решила, что да, может. Но что он имел в виду, говоря о том, что она скоро станет герцогиней? Да он, наверное, просто сумасшедший! И она знала точно, что он очень опасен. А что он хотел сказать, когда говорил, что она сама «хотела»? И называл ее «красоткой». Она подошла к зеркалу, думая, что она, быть может, изменилась каким-то чудесным образом. И вздохнула…
