Матвей Сергеевич быстро оценивает размах катастрофы и решает отделаться малой кровью.
– Есть такое правило: с кем приходишь – с тем и уходишь. Так что поедешь домой. Но, – перебивает он готовые сорваться жалобные возмущения, – корзинку с продуктами тебе соберут.
– Домой так домой, – покладисто соглашается Егор. – Тем более если в эту корзинку не забудут добавить шашлык.
Я смеюсь. И главное, отказать ему сложно: у него сразу делается такое лицо, что хочется его пожалеть, прижать к груди и погладить.
– Хочешь посмотреть, как делается лучший в мире шашлык? – неожиданно предлагает Денис.
Откровенно говоря, на еду я уже просто смотреть не могу. У меня на тарелке для вида давно лежит просто какой-то салатик. Но почему бы не размяться и не поговорить в более подходящей обстановке без надзирательных взглядов?
– Хочу!
Денис подает мне руку, помогая подняться. Мы направляемся к мангалу, он по пути рассказывает, как мариновал мясо, и вдруг…
– Далеко собрались?!
Если бы Матвей Сергеевич не был бизнесменом, он бы наверняка стал дрессировщиком. Мы по команде останавливаемся и оборачиваемся. А потом синхронно выдыхаем, заметив, что он обращается к Натали и Луке, выкатившим из гаража байк.
– Нет, – отвечает спокойно Лука. Ну понятно, он к папе привык, но и Натали улыбается. – Тут у тебя по дорожке прокатимся и обратно. Наташа захотела попробовать, и я ее поддержал.
– Это вы поторопились, – сетует старший Яров. – Как-то даже на вас не похоже. Еще бы пару месяцев подождали и катались вокруг дома втроем. Ладно. Прокатитесь тогда уж за домом по газону с рыжими цветами. А то тут садовник начудил, высадил эту чухню, сказал, что будут благоухать, когда расцветут. Вчера расцвели. Садовник появится только в следующую субботу, а мне уже надоело гадать: то ли он слепой и не то посадил, то ли сумасшедший, то ли удобрял их этим вашим фирменным чаем.
Лука и Натали с готовностью уезжают за дом. Мы с Денисом возобновляем движение. Пока он работает у мангала, я за ним наблюдаю. Ловко, знает, что делает, язык хорошо подвешен, он увлекательно рассказывает про последнее путешествие. Подхватываю эту тему, потому что тоже люблю.
Разговор идет легко, не приходится подбирать слова. Мясо потихонечку жарится, а вместе с ним и я тоже. Солнце трогает спину, опускается ниже. И там и задерживается. Сдвигаюсь чуть в сторону, но, видимо, мало. Снова делаю шаг – снова не помогает.
– Давай попробую я, – предлагаю, занимая место Дениса.
Переворачиваю шампур, смеюсь над похвалой, мимолетно отмечаю, что солнце нашу сторону вообще не затрагивает. А потом случайно поворачиваю голову и замечаю взгляд Матвея Сергеевича. Тут же табуном проносятся мысли: до этого я стояла спиной, казалось, что припекает, а солнца нет… И тут же: да нет, не мог он смотреть. И чтобы прям так ощущалось… А если все же смотрел? И был повод?
– Денис, – прошу нового знакомого, – посмотри, пожалуйста, ко мне на спину там ничего не прицепилось?
Он с готовностью обходит меня и производит осмотр.
– Здесь у тебя все в порядке, – выносит он свой вердикт.
Его голос звучит более приглушенно, чем раньше. Я чувствую, что он стоит сзади. Даже чувствую его взгляд. Но теплового эффекта нет. Мне не холодно и не жарко. Значит, мне и правда все показалось.
Глава 3
– Что у вас здесь? Так вкусно пахнет!
К нам подходит Светлана. Я молчу. Никогда не знала, как отвечать на странные вопросы. Она хозяйка этого дома, мы стоим у мангала, и все в курсе, что мы жарим здесь мясо. Такое же есть на столе. Денис начинает нахваливать свой шашлык и рассказывать уже ей про свой метод.
– Что бы мы без вас делали? – восхищается она.
Денис входит в раж, видимо уверовав, что без него хозяева разорились бы на еще одном поваре. Понятно же, что остальные блюда готовила не Светлана. Но я смотрю на нее с восхищением. В дур до такой степени я не верю, тем более при таком человеке, как Яров. Значит, это талант. Цеплять мужчин, вдохновлять и удерживать рядом с собой. Попросить, что ли, у нее мастер-класс?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
– Мужчина и мясо созданы друг для друга, – улыбается она, а потом, так и не дослушав тайну маринада, оборачивается ко мне. – А вы, я заметила, в основном налегаете на салаты?
– Это вы просто меня поздно заметили.
Но на самом деле для меня откровение, что Светлана вообще обращала внимание на кого-то, помимо Матвея Сергеевича.
– Салаты – это правильный выбор. Я бы еще порекомендовала вам сделать упор на капусту, – говорит она, проведя ладонью по своему декольте.
Денис подвисает – куда ему пальчиком указали, туда он и смотрит. Я, кстати, тоже. Вблизи эффект еще более мощный. По-видимому, Яров разделяет мои убеждения и вкладывает не только в банк, но и в людей. В одной этой зоне разместилась весьма приличная сумма.
– Совет из личного опыта? Тогда буду не против, если закинете пару качанчиков в корзинку Егора. Но мне что-то кажется, у вас был больше упор на морковку.
Теперь подвисает еще и Светлана, даже не догадываясь, что тем самым проваливает кастинг на роль моего коуча.
– Отлучусь в дамскую комнату.
Мое сообщение оживляет обоих. Не то чтобы я считала нужным им отчитаться. Можно сказать, стараюсь для хозяина дома. Вряд ли он был бы мне благодарен за горелые шашлыки и два внезапных памятника у себя на участке.
Дамскую комнату я нахожу без проблем. Ее расположение мне подсказывает… ну, наверное, горничная.
У мангала занято. Возвращаться так быстро за стол не хочется: в желудке еще ощущается тяжесть. Услышав смех Натали, я решаю пройтись и заодно посмотреть на ужасные цветы, которым подписали смертный приговор.
Дом огромный. В нем, пожалуй, легко затеряться. Но выход на задний двор я нахожу без проблем. Хотя все же слегка просчитываюсь: смех Натали раздается с другой стороны. Но, заметив цветы, я сворачиваю по дорожке именно к ним.
Следов от байка здесь нет и в помине. Да и вообще прогулка – хорошее дело. Особенно когда вокруг так красиво, как здесь. Очень ухоженная территория. Большая. Наверное, хозяину дома все нравится чуточку гипер.
Рыжие цветы оказываются необычными и очень красивыми. Но, даже стоя возле них, я не ощущаю обещанного противного запаха. Они довольно низкие, но понюхать их очень любопытно. Присев рядом с ними, тянусь вперед, чтобы ненароком не наступить. Не чувствую ничего. По-моему, у них вообще очень тонкий аромат, ненавязчивый.
Склоняюсь еще ниже и, обхватив стебель одного цветка, практически зарываюсь в него носом.
– Решила заняться прополкой? – гремит надо мной голос хозяина дома.
Поднявшись, оборачиваюсь. Поразительно, что Светлана так далеко отпустила его одного.
– Что-то вы, Матвей Сергеевич, мне с каждым разом должности все ниже и ниже подсовываете.
– Я предупреждал. Два раза не предлагаю. Должность бухгалтера тебе больше не светит. О должности садовника можешь подумать, если у тебя вкус получше, чем у того, кто ее сейчас занимает.
Мне становится очень смешно. Хотя я не могу понять, шутит он или нет.
– Знаете, – говорю, – когда речь шла о должности бухгалтера, у меня сложилось впечатление, что работать у вас – редкий шанс. А у вас, оказывается, просто катастрофическая проблема с кадрами.
Мелькает мысль: не перегнула ли палку? Вдруг обидится? Но он ведет себя как человек, полностью уверенный в себе и в своей правоте, которому никому и ничего не нужно доказывать. Лицо непроницаемое. Спокойный взгляд застывает у меня на лице. Ну понятно, ниже, по его меркам, у меня рассматривать нечего.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Хмурюсь, поймав себя на этой мысли. Какая мне разница, как он на меня смотрит? Вот что Денис при мне рассматривал декольте Светланы – да, было немного обидно. А тут…
Но с ним у меня вообще сбой реакций. То мороз по коже от его взгляда ошибочно приняла за мурашки. То ни с того ни с сего задело, что он из тех редких мужчин, кто при разговоре с женщиной смотрит в глаза.
