С Потапом мы договорились встретиться у «Великана» – огромного торгово-развлекательного центра. Он близко к моей работе, внутри хорошее кафе с обалденными пирожными и не менее обалденным кофе. Ну и в этом комплексе столько всего, что даже самое унылое свидание можно как-то раскрасить. Хотя я надеюсь на лучшее.
Надеюсь, пока иду к «Великану»; надеюсь, пока осматриваюсь по сторонам, пытаясь узнать Потапа в мимо проходящих прохожих. И перестаю надеяться, когда ко мне подходит какой-то незнакомый мужик с бледной розой в руках.
Ну что ж, у меня было целых три минуты надежды. Это значительно больше, чем на прошлом свидании.
Не знаю, какой из него стоматолог, но фотошоп он освоил на уровне. Убрал второй подбородок, килограмм двадцать веса, плешь и обвисший живот. Повторить созданный образ в реальности у него вышло слабо. Редкие волосы даже с лаком отказывались делать бодрую стойку. Вместо этого они сгруппировались в куцую стайку. Тесные джинсы заставили мимикрировать все, что значительно ниже пояса, и прикрыли свой провал нависающим животом.
– Привет, Ира, – тяжело выдыхает он. – Рад, что мы наконец-то увиделись.
– Да, пора. – Я согласно киваю. – Судя по разнице с твоей фотографией, мы с этим делом и так затянули.
Да, да, я знаю, что внешность не главное. И сама так считаю. Но не могу избавиться от ощущения, что меня обманули.
– Извини, – кается он. – Я и правда слегка подшаманил, просто ты мне очень сильно понравилась. А всем девушкам подавай молодых и красивых.
Надо же, как у нас с мужчинами мысли сходятся. Слово в слово. А кто-то внушал, что мы с разных планет.
Ну и извинился же, поэтому я решаю не уходить так сразу, а дать ему шанс. Хотя чувствую: не мое.
– Может, зайдем в кафе и выпьем по чашечке кофе? – иду ему на выручку, потому что он о чем-то крепко задумывается.
– А ты знаешь, где мы находимся?
Его вопрос заставляет меня напрячься. Я почему-то даже оглядываюсь.
– Да, – говорю осторожно. – А ты не помнишь, где мы договорились встретиться?
– Нет, – качает он головой, но продолжает до того, как я успеваю всерьез испугаться: – Ты знаешь, что раньше на месте этого развлекательного центра был огромный кинотеатр… он был построен в… а потом здесь был выставочный центр… его создателем был… а еще есть достоверные сведения, что под землей здесь протекала река… осушили, но вероятность обрушения… а вот три года назад… причем для ремонта были привлечены… и бенефициаром, то есть настоящим хозяином этого центра…
Я вылетаю в астрал еще на истории про подземную реку. На земле меня держит только ощущение, что у меня начинает ныть зуб.
– Извини, – перебиваю, когда он делает вдох. – Я немного замерзла и все-таки хочу выпить кофе.
А еще я очень хочу наконец войти в этот центр, а не торчать у входа, как два баобаба. Мой голос звучит резковато, но мой кавалер хотя бы приходит в себя.
– Да, конечно, – соглашается он и галантно пропускает меня перед собой.
Что ж, он не так безнадежен. Нужно просто его направлять. Так я приободряю себя, идя по просторному холлу.
– Я знаю отличное кафе… – начинаю я.
Заметив, что в сторону метнулась какая-то массивная тень, оборачиваюсь и понимаю, что это Потап. Он уже стоит у кофе-ларька и даже заказывает. Ну вот, пока иду к нему, опять ищу позитив: такой скорости от него я точно не ожидала, значит, у него есть скрытый резерв. Возможно, и не один?
Мой взгляд помимо воли опускается к его брюкам. И обреченно поднимается вверх.
– Ты какой кофе любишь? – спрашивает Потап, обернувшись.
– Копи лувак. – Поймав его озадаченный взгляд, смотрю на табличку. – Можешь взять мне латте.
И вот стою я и думаю: нужно отвечать за мечты. У входа в центр мне казалось, что мы торчим у всех на виду? Ну так это было до того, как в моих руках образовался картонный стаканчик, из которого я с трудом смогла сделать только глоток. А мимо нас, норовя то и дело задеть, снуют туда-сюда толпы людей.
– А вот эта торговая марка появилась в… – начинает Потап, заметив одну из вывесок магазина, напротив которой мы с ним стоим.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Заскучав на первой секунде, я пробую сделать еще хотя бы глоток и оставляю эту идею. Осматриваюсь, куда бы пристроить стаканчик, и неожиданно замечаю старшего Ярова. Впрочем, его замечаю не только я, и это легко объяснимо.
Он выделяется даже на фоне второго мужчины, с которым беседует. Хотя тот выглядит важно и тоже в костюме, взгляд застывает именно на его собеседнике. Высокий, подтянутый, черный костюм сидит на нем как влитой и яростно намекает: здесь водятся мускулы. Белоснежная рубашка, как первый снег, почти слепит глаза. Поза уверенная, без напускного величия.
Его собеседник ему что-то активно доказывает, но Яров слушает без особого интереса. А потом, видимо, и вовсе его теряет, потому что начинает бросать взгляды по сторонам.
Мы стоим по разные стороны холла. Между нами оживленный поток людей, точка для быстрого маникюра, продажа бижутерии и кошельков, где над стеклянной витриной склоненные спины.
Но я четко фиксирую момент, когда он меня замечает. В просторном холле, где двери практически не закрываются, становится душно. Все из-за долгого взгляда, которым Яров меня бесцеремонно окидывает.
Притворяться, что не заметила его, уже поздно, да и как-то смешно. Киваю и, так и не дождавшись ответного кивка, разворачиваюсь к Потапу. Накатывает волна непонятного раздражения, которую я пытаюсь сбить мерзким кофе.
– А еще они выпустили кроссовки, используя… – доносится до меня белый шум.
Я пытаюсь заглянуть в его стаканчик и прикинуть, как надолго еще затянется эта лекция. Нет, зря шеф меня отпустил. Я голосую за короткие перерывы. После такого свидания не сразу решусь еще с кем-то выйти, но тоже плюс. Уверена, шеф оценит мою продуктивность.
А по вечерам запишусь на йогу, потому что нервы мои не выдерживают и я с намеком бросаю взгляд на часы. Только собираюсь сообщить, что мне пора, сожалею, как слышу за спиной знакомый до чертиков голос.
– Если вы искали самый дерьмовый кофе, слегка промахнулись. Автомат с ним стоит у самого выхода.
Потап замолкает. Облегченно вздохнув, оборачиваюсь к Матвею Сергеевичу.
– В хорошей компании, – говорю с улыбкой, – даже не чувствуешь вкуса.
Яров с сомнением смотрит на моего кавалера. Переводит взгляд на мой картонный стаканчик.
– Наверное, это потому, что ты забываешь делать глотки.
Я тут же пытаюсь доказать, что это неправда, несмотря на скепсис Матвея Сергеевича. Моя надежда, что он тут же уйдет, исчезает. Он бросает взгляд на Потапа.
– А это кто?
Ужасно невежливо! А Потап продолжает молчать. Растерялся или расстроился, что его сбили с мысли?
– Это Потап, – представляю мужчину. – Это Матвей Сергеевич, родственник моей лучшей подруги.
– А почему по Потапу нет никаких уточнений?
Мне кажется, что он издевается. Становится даже неловко – за Потапа, который по-прежнему предпочитает отмалчиваться. За картонный стаканчик. За поникшую от чрезмерного внимания розу.
– Мы как раз с ними определяемся, – говорю я. – Как видите, я последовала вашему совету – тестирую высшую лигу.
Бровь Ярова приподнимается вверх, он бросает взгляд на Потапа. Секундный осмотр, и все тайны раскрыты.
– У нас с тобой была такая насыщенная беседа по поводу мячей. Мне даже показалось, что ты хорошо разбираешься в теме. И что же я вижу? – говорит укоризненно он. – На твоей персональной тренировке нет даже мячей для пинг-понга. Про биту я просто молчу. Или ты предпочитаешь вялый волан в бадминтоне?
Мои щеки становятся просто пунцовыми. Потап или не понимает ничего, или прекрасно делает вид.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
– На первом свидании, Матвей Сергеевич, я предпочитаю исключительно интеллектуальные игры.
Он бросает взгляд на тесные штаны моего кавалера. Одобрительно кивает. Понимающе улыбается. И вежливо у меня уточняет:
– А игра, я так полагаю, называется «Что? Где? На фига?».
