придумали работу. Пойдёшь с Мохом и Репнём на заготовку ивового прута. Они всё же решили заняться плетением в зимнее время. Хотят затариться с лихвой.
— Хотелось бы ещё к Ярсу заскочить. Ему там так одиноко! Плохо, что мы не можем брать его с собой.
— Ярик ещё совсем маленький. Правда, растёт он очень быстро. Мммм… если сравнивать с котятами Дымки, наверное, к двум-трём месяцам он встанет на крыло и сможет летать, — с умным видом сказала Виола.
— Так быстро? — удивился Лавр.
— Лебедям, допустим, хватает пятидесяти дней. Интересно, как поведёт себя он? Каким Ярсик станет месяца так через… два?
— С дом, наверное. За три недели он вырос до размера средней собаки. Бери в геометрической прогрессии.
— В геометрической чего?.. — растерянно улыбнулась Кления.
— За три недели — с бульдога. За шесть — с телёнка вырастет, а за два месяца превратиться в слона.
Прогулка по лесу в первой половине дня отвечала требованиям безопасности. Нападения совершались либо ночью, либо ближе к вечеру. Да и погода радовала. А в послеобеденное время была высокая вероятность дождя. Две недели вечером или ночью он проливался на землю с неумолимостью рока… как божья кара.
Виола шла впереди, а Лавр с Кленией чуть позади. Лавр вынул из кармана брошь в виде синей птицы, сидящей на ветке дерева. По его мнению, ветка была кленовая. С неё свисали серёжки. И протянул лесавке.
— Это тебе. Скоро я уеду… хотелось оставить что-то на память.
— Как уедешь?
— Я же учусь в школе. Через месяц начало учебного года. Но на выходные я буду приезжать.
— Ну-ка, ну-ка!
Между ними втиснулась Виола.
— Понятно, чем вы тут занимаетесь.
Вода тёплая, как парное молоко да нежный белый песок, так разморили, что уходить не хотелось.
— Уже давно перевалило за четверть. Пора идти.
— Четверть? А точнее?
— Мы, думаю, опоздали на обед. И сейчас уже подани.
— Подани?
— Послеобеденный отдых. Знаешь же, что суточный круг составляет шестнадцать часов? По четыре на каждое время суток.
— Так-так… — заинтересовался Лавр.
— Так вот, после обедни подани. А утдани — время окончания деяний. А следом завершение дня — поудани. И паобедь — начало нового дня. А еще…
— Стоп. Сдаётся мне, вы немножко отстали от жизни. У нас всё совсем по-другому! И в сутках не шестнадцать, а двадцать четыре часа. А четверть делиться на три часа.
— Подожди, — Виолка стала загибать пальцы. — Тогда получается лишь двенадцать!
— Ну… мы два раза по кругу идём, — неуверенно пожал плечами Лавр.
— Неудобно! И что же вы эти лишних восемь часов делаете? — добавила соль на рану Кления. Лавр в тонкостях часовой системы пока не разбирался.
— Какие лишние восемь часов? — озадачился он и почувствовав себя двоечником.
Ребята поднялись и не торопясь, пошли в сторону лесу. Они делили циферблат на деления и смеялись, позабыв обо всё на свете…
— После окончания заурницы идёт настя, сваор, утрось и поутрось…
Лавр повторял за Виолой новые словечки и всякий раз смеялся, складываясь пополам.
* * *
— Видел? Видел? Это были они. Достали здесь ошиваться!
— Да это типа их лес, — усмехнулась Оля.
— Ага! А давай последим, чем они в этом лесу занимаются? — предложил Вовка. Ему уже давно было скучно в лагере. Ничего экстраординарного не происходило. Третий сезон выдался — полный тухляк! Ребята успели пожалеть, что остались в лагере.
— Когда? — шепотом спросила у него Оля.
— Улизнём после возвращения с речки? Пусть вожатый увидит, как мы входим на территорию лагеря и тогда, потихоньку, потихоньку обратно.
— Договорились, — заговорщицки подмигнула ему Оля.
* * *
За разговорами ребята прошли полпути до деревни. Если идти по лесу напрямик, то это чуть больше получаса. А омутом они пользовались редко. Если прыгать туда-сюда без устали и ходить разучишься! Так думали, вероятно, и другие жители эко-деревни. Даже после запрета на одиночные прогулки Синеока с неудовольствием замечала берегинь в значительном отдалении от посёлка.
— Ну, всё-таки, что вы делаете оставшееся восемь часов? — уже шутя повторила Виолка, когда за спинами послышались громкий хруст веток и шуршание сухой травы. Друзья синхронно повернули головы. Прямо на них бежала растрепанная и насмерть испуганная Мальва. Она с утра должна была заняться проверкой охранной сигнализации по границам бора. Только вряд ли одна…
За ней, почти незаметное глазу, неслось, передвигаясь на четырёх конечностях, непонятное лохматое существо. Существо, владеющее защитной магией. Иначе как оно могло мимикрировать, прячась в природном ландшафте?
— Бегите! Уходите через омут. Немедленно! — крикнула им Мальва.
Лавр толкнул Клению, приказывая исчезнуть. Она тут же открыла омут и пропала. А Виола оказалась упрямее. Она встала, приготовившись оказать сопротивление и.… в тот момент, когда Мальва пронеслась мимо, Виола взмахнула руками и возвела перед собой защитный экран. Монстр врезался в него, и Виола пошатнулась, ослабив чары. За спиной уже стоял Лавр. Такой смелости от сестры он не ожидал. Чары щита они освоили лишь накануне, но делать было нечего. Виола явно переоценила свои возможности. Монстр чиркнул по земле когтистой лапой в сантиметре от сестрёнки, и Лавр напрягся, что есть мочи, творя защитные чары.
Вместе они несколько секунд удерживали щит. Монстр рычал, но не сдавался. По его морде невозможно было понять, кто перед ними: зверь или магическое существо. Виола и Лавр, не мудрствуя лукаво, изо всех сил пытались удержать щит. Руки у Виолки тряслись, во рту пересохло, а прежняя решимость испарилась как летний сон: «Какой леший меня дернул поставить защитный экран? Можно подумать, я этим всех спасла!»
Всех, не всех, но Мальва остановилась, тяжело и судорожно вздымая грудь. По шее текла кровь. Грудь была расцарапана. Она тяжело дышала изредка всхлипывая. Из омута рядом с ней появилось несколько берегинов, а с ними Шмель и… Ясень.
Монстр на мгновенье замер и, резко развернувшись, бросился прочь, совсем пропав из виду.
«Технологией стелс он владеет отлично», — подумал Лавр, всматриваясь в непроглядное зелёное марево. Солнечные блики играли на влажной от ночных дождей траве, можжевельниках, невысоком кустарнике, мелколесье, наполненном душной испариной, исходящей из мшистой подстилки, превращаясь в единый живой организм, подрагивающий от легкого ветерка. Без каких бы то признаков монстра!
Берегины разбежались в разные стороны, прочёсывая лес.
— Что ж вы, ребятки, наделали? — усевшись на хвойную лесную подстилку, обессилено спросила Мальва. — Я же его в деревню вела. Там окружить и взять волкодлака было бы проще пареной репы. А теперь ищи ветра в поле.
Рядом снова открылся омут, и около Мальвы появилось несколько девушек, моментально окруживших её заботой. Следом появилась Синеока. Она сразу бросилась к детям,
