И до утра мне снились янтарные глаза, глядящие на меня с тоской и злостью, которая, в этот раз, была направлена не на меня.
Глава 38
Утром, впервые за несколько лет, мне пришлось использовать косметическую магию, чтобы скрыть следы ночной истерики. Выпитый на бегу крепкий кофе окончательно вернул меня к жизни, придав заряд бодрости. Горечь терпкого напитка перебила привкус разочарования и разбитых надежд, что преследовал меня после ночного разговора с Кристианом.
Несмотря на то, что после пробуждения всё выглядело несколько иначе, иррациональная обида не отпускала. Правда, стоило признать, что только благодаря этому я смогла сделать несколько довольно полезных выводов.
Во-первых, герцог Морт, по каким-то причинам, не пожелал признаваться в своей слабости. Сейчас его слова о том, что я нравлюсь лишь одной его половине, вызывали изрядные сомнения. Разве так бывает? Как ни крути, а золотоглазый кошкодемон и сам Крис — одно целое. А значит, либо меня самым наглым образом обманули, либо посчитали подобную симпатию постыдной. И я даже не хотела думать, что из этого хуже.
Во-вторых, то, что я так сильно расстроилась из-за резкого заявления герцога Морта, хотя, по сути, не имела на это никакого права, тоже заставляло нервничать. Слова посторонних меня давно не ранили, что неудивительно, если вспомнить, сколько неприятностей я всем доставила благодаря своевольному дару желаний. И если ночной разговор зацепил меня так сильно, это означало лишь то, что герцог Морт стал для меня куда ближе, чем я сама того хотела бы.
И вот это уже было проблемой. Мне нельзя было привязываться к кому-то из винританцев, ведь я твёрдо была намерена вернуться домой, прекрасно понимая, что на Зантали меня не ждёт ничего хорошего.
И мне бы успокоиться, выдохнуть и идти дальше, но… Жгучая обида не отпускала. Мысль, что мужчина, который мне очень нравится, считает меня недостаточно привлекательной, засела в мозгу и долбила, долбила, долбила…
И, возможно, это глупо, но мне почему-то безумно захотелось что-то кому-то доказать. Себе или Кристиану? Я не знала. Знала лишь то, что мне вдруг стало жизненно необходимо очаровать неприступного безопасника, ну, или хотя бы вывести его на настоящие эмоции. Да, я понимала, что логика здесь и не ночевала, но… Могла же и я хоть раз побыть капризной принцессой?!
Пылая энтузиазмом, приправленным изрядной долей злости, я отправилась проверять готовность невест к балу.
То, что крыло, в котором разместили девушек, гудело, как растревоженный улей, меня совсем не удивило. Многие леди, будучи привычными к придворной жизни, начали готовиться к столь важному мероприятию с раннего утра, заставив горничных буквально валиться с ног от усталости уже через несколько часов.
Крики, переходящие в визг и сочно приправленные крепкими ругательствами, я услышала ещё в холле. Ускорив шаг, ворвалась в коридор и застыла, поражённая открывшейся картиной.
Леди Мойра, облачённая в платье красно-оранжевого цвета и очень экзотического фасона, потрясала краем длиннющего шлейфа перед лицом главной модистки и вопила:
— Это что? Что это, я вас спрашиваю?!! Я что просила? А вы что принесли?! Казню! Всех!!!
— Для начала нужно выиграть Отбор, куколка, — злорадствовала оборотница. — Но с таким нарядом, боюсь, у тебя нет шансов.
— Да ладно, в этом ты точно привлечёшь внимание принца, — с другой стороны “утешала” Мойру гномка. — И не только его, кстати. В целом, у тебя нет ни шанса остаться незамеченной. Трудно пропустить такой Бешеный Апельсин.
— Кто бы говорил! — возмущённо выкрикнула разозлённая невеста. — Да у замковых доспехов вид элегантнее, чем у тебя! Тебе не на балу танцевать, а плац подметать нужно!
— Тебя забыть спросила, курица тупая! — прорычала гномка, воинственно встопорщив бороду.
— Ставлю на Яррону, — насмешливо выдала Эва, заставив остальных невест зашуметь, подбадривая своих подруг, готовых вцепиться друг другу в волосы.
— Что здесь происходит? — вздохнула я, тронув за плечо вездесущую Инноджин, с любопытством наблюдавшую за представлением.
— Кажется, леди Мойра просила платье цвета “Рассвет над морем”, а получила “Закат в пустыне”. А ещё её не устроила длина наряда — по её мнению, модистки сэкономили на ткани для шлейфа. Ну, это если я верно поняла. Сама только недавно подошла, ещё не разобралась в сути претензий.
— М-м, — протянула я, пытаясь понять, как должен был выглядеть изначально выбранный невестой цвет.
По всему выходило, что практически так же. По крайней мере, лично я никакой разницы не видела. И когда я уже собралась об этом сказать вслух, раздался хлопок, заставивший всех на мгновение замереть, а затем согнуться от хохота.
Посреди коридора стояла ядовитая гусеница. По-другому назвать получившуюся… эм… композицию я не могла. Платье Мойры, которое до этого облегало её до талии, как перчатка, и плавно расширялось книзу, переходя в роскошный шлейф, распалось на несколько рулонов разноцветной ткани, которые с ног до головы обмотали девушку, оставив ей лишь щелку для глаз и носа.
Выглядело это так комично, что даже я, к своему стыду, не смогла сдержать смешок. А тем временем, главная модистка, которая и сотворила это заклинание, начала отчитывать леди Мойру, не дававшую ей ранее сказать и слова:
— Вы меняли цвет наряда восемь раз, милочка! Восемь! И ладно бы только цвет, но я четыре раза кардинально переделывала фасон! И предупреждала, что такое количество магии может вызвать непредсказуемый результат, но вы велели с вами не спорить! Так извольте признавать свои ошибки!
Невеста, лишённая возможности говорить, что-то возмущённо промычала, заставив модистку выдать новую порцию нравоучений. Продолжалось это довольно долго, поэтому остальные девушки заскучали и, вспомнив, что им тоже нужно готовиться к балу, начали расходиться по своим комнатам.
Покосившись на занятую воспитательным процессом леди Рамон, я увлекла Инноджин к её покоям.
— А как же леди Мойра? — удивлённо спросила у меня подруга.
— А что ей будет? — пожала я плечами, не испытывая особой жалости к невесте. — Сама виновата. Зачем прилюдно спорила со мстительной модисткой? Теперь пока леди Рамона не выскажет всё, что думает, стоять Мойре куколкой посреди коридора.
— Но ты могла бы… — начала Джин, но я её перебила.
— Не могла бы, — отрезала я. — А и могла бы — не стала. Мойра должна уяснить, что рановато примерять Венец Власти, учитывая, что Отбор завершён едва ли на половину. Идём, посмотрим твой наряд, а потом, так и быть, спасём её. Обещаю.
Глава 39
Платье, которое показала мне Джин, никуда не годилось. Оказалось, что заказанный нами наряд не одобрила королева, поэтому подруга была вынуждена выбрать одно из тех платьев, что леди Рамон привезла с собой.
Нет, определённый вкус у моей помощницы был, но… То ли привычка быть незаметной, то ли излишняя скромность девушки сыграли с ней злую шутку. Наряд был элегантным, но чрезмерно скучным.
Светло-серое платье с вырезом-лодочкой и длинными рукавами, с простой юбкой в пол и тонким ажурным поясом, несомненно подошло бы для любого званого ужина, но никак не для бала, где Инноджин предстояло очаровывать возможных женихов. О чём я ей и сказала.
— Всё равно это была глупая затея, — поджала губы подруга. — Ну, какие мне женихи, Мари? Кто в здравом уме посмотрит на убогую сиротку?
— Не сиротку, а воспитанницу самой королевы, к тому же умную, красивую и образованную, — поправила я её. — Поверь, Джин, наследство — не самое главное, чем ты можешь заинтересовать возможного мужа, особенно, если учесть, что большинство мужчин, которые будут на балу, наверняка, обладают собственным внушительным состоянием.
— В любом случае, что-либо менять уже поздно… — покачала головой Инноджин и отошла к окну, печально глядя на умытый росой сад.
У меня на этот счёт было другое мнение.
Выглянув в коридор, я подозвала пробегавшую мимо горничную, которая, к счастью, оказалась мне знакома, потому что частенько убирала мою комнату, пока Адриан не переселил меня в другое крыло.
