Я молчу, предательски улыбаясь. Помню вечер в его номере: сначала это был «Кун-фу панда», затем мы посмотрели «Коралина в стране кошмаров», хотели ещё фильм, но я уснула.
– Поделишься мыслями? – осторожно спросил нефтяник, глядя на меня исподлобья.
– При всех? – провокационно поинтересовалась в ответ.
– По поводу фильма, – исправился «Принц». Я бы подумала, что он заволновался.
– Думаю, ваш любимый фильм – анимационный. Но я могу и ошибаться, – непринуждённо ответила, пожав плечами.
– Мультики? – удивилась Даша – привлекательная шатенка.
– Разве это плохо? – спокойно спросил Прадов. Девушка смущённо улыбнулась, а Лена метнула в меня насторожённый взгляд.
Потом были вопросы о вкусовых пристрастиях, об увлечениях, о книгах. Я больше не отвечала, пожимая плечами, якобы не знаю, пока Прадов не обратился лично ко мне.
– Алиса. Что я ценю больше всего в человеке? – мужчина поднял на меня свои льдистые глаза, выжидая.
– Оу… – выдохнула и поджала губы. – Честность, – повела плечом, кротко улыбнувшись. – Преданность своим убеждениям. Простота и надёжность,… наверно, – во рту пересохло, и я сглотнула.
– Спасибо, – обманчиво спокойно произнёс «Принц» и поднялся. – Спасибо за игру. Я получил удовольствие от общения с вами. До пятницы, – он простился, показал Илье, что всё и поспешил на выход. А мы остались давать комментарии.
Когда всё закончилось, девушки окружили меня, словно коршуны и устроили мини-допрос. Их вера в то, что между мной и Прадовым ничего нет пошатнулась.
– Откуда ты так хорошо знаешь Артёма, – спросила блондинка, сложив руки на груди.
– Да не знаю я, – искренне изумилась и поднялась, намереваясь уйти.
– Хочешь, сказать нам показалось? – вскинув бровь, поинтересовалась Марина.
– Я просто наблюдаю. Ясно? Это всего лишь предположения, я могла ошибиться, – невозмутимо ответила и обошла девушек.
– Мы рылись в твоих вещах, и нашли сувениры из Испании и билет из музея. Как ты это объяснишь? – с вызовом произнесла блондинка.
Круто развернулась, улыбнувшись.
– Объясню это, как вторжение на частную территорию, нарушение личного пространства и откровенное хамство. Не знаете, что в комнатах камеры установлены? – насмешливо усмехнулась и потёрла переносицу. – У меня было время, я купила сувениры родным и посетила музей, о котором давно мечтала. Моя бабушка была искусствоведом, я не могла упустить такой шанс. Надеюсь и у вас есть правдоподобное объяснение, почему вы без спроса рылись в моих вещах. Хорошего вечера, – развернулась и поспешила на улицу, просто желая успокоиться и перевести дух, как врезалась в Алексея.
– Пойдём, – произнёс мужчина и потянул меня в беседку. Да, что меня все таскают?
– Я просмотрел камеры и знаю, что ты подслушала разговор… – сценарист не обвинял, скорее, выглядел виновато. – Я хочу объясниться.
Подперла голову кулаком и махнула рукой. Алексей усмехнулся.
– Может, я и не прав в своих суждениях, но я волнуюсь за Артёма. Он удивительный человек, но очень болезненно воспринимает «удары». Я просто хотел его уберечь. Давай забудем и продолжим общаться как раньше, а с нахалками я сегодня же разберусь. Договорились?
Устало потёрла глаза, вымученно улыбаясь.
– Я не обижалась. И не должна была подслушивать. Это не моё дело.
– Тогда поехали поужинаем в город? – обрадовавшись, спросил он.
– Почему, нет? Поехали, – согласилась я.
***
Сегодня точно не мой день. Или может, звезды так совпали, судьба как говорится…
Мы приехали на такси в «Старую Гавань» и устроились на веранде, так что просматривалась и сама таверна и море вдалеке. Алексей рассказывал, как они вчера провели время. О том, что Слава перебрал и приставал к девушке на набережной, а Олег познакомился с гречанкой, из-за которой чуть не случилась драка с «местными».
Я ждала свой заказ и думала, получил ли Никольский альбомы, понравились ему эскизы или нет? Может, я переоценила свои возможности? В общем, сомневалась, пока мимо нас не прошёл Прадов под руку с эффектной брюнеткой в нежно-бирюзовом платье, длинной до пола.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Мы как бы немного зависли и переглянулись. Алексей выглядел не менее удивлённым и смущённым.
– Я не знаю, кто это, – поспешно заверил он.
– Может, знакомая,… – непринуждённо ответила и проследила краем глаза за парочкой. Они устроились внутри заведения за тем самым столом, где не так давно мы с Прадовым обсуждали мою бабушку.
– Хочешь, давай уйдём, – предложил Алексей и тронул меня за руку.
– Зачем? – искренне удивилась, хоть на душе и скребло. – Мы первые сюда пришли, и я хочу есть, – улыбнулась и откинулась на спинку.
Нам принесли заказ, сценарист что-то рассказывал, а я украдкой следила за нефтяником. Он расслаблен, уверен в себе, очаровывает… Со мной он ведёт себя иначе. Как с другом… Действительно, он прост со мной, открыт, доброжелателен, но никогда не пытался произвести впечатление. Может и несостоявшейся поцелуй в лифте, я себе просто выдумала?
С незнакомкой, мужчина, словно хищник, который загоняет жертву. Все эти жесты, томные взгляды, улыбки. Процесс обольщения во всей красе. А девушка рада поддаться. Смущается, трогает волосы, кокетливо закусывает губу…
Кажется, моё рагу остыло. Внезапно Прадов обернулся, словно почувствовав мой взгляд, а может ему девушка сказала, что какая-то сумасшедшая за ними следит. И, правда, я ненормальная, если продолжаю смотреть в удивлённые голубые глаза, улыбаюсь и машу рукой. Какой позор…
– Нам лучше уйти, – заторопился сценарист. Да, я не «против», но нефтяник уже торопливо идёт к нам, если сбежим у него на глазах, будет глупо. Очень глупо.
Я улыбаюсь, а сердце предательски забилось быстрее.
– Что… Что вы тут делаете? – Прадов и не думает скрывать удивление и возмущение. – Ты специально её привёз? – а это уже Алексею. Я перевела взгляд на сценариста, продолжая улыбаться приклеенной улыбкой.
– Что? Откуда мне было знать? – теперь удивляется Алексей.
– Оттуда, что… – процедил нефтяник, но, наконец, заметив меня, остановился и выдохнул. – Алиса… – почти умоляюще обратился он.
– А что все переполошились? – невозмутимо вскинула бровь, показывая всем своим видом, как мне всё равно. – Ну, встретились в таверне и что?
Прадову не очень понравился мой ответ, он снова впился негодующим взглядом в друга.
– Какого черта ты пригласил её? Мне нельзя, зато всем остальным можно? – он явно злился.
– Артём, – сухо оборвал сценарист. – Прекрати. Сейчас ты ведёшь себя…
– Хватит, – тихо произнесла я. – Ничего не произошло, чтобы стоило ругаться. Мы возвращаемся на виллу, а вам, Артём Германович, желаю приятно провести время. Вы заслужили, – развернулась и направилась к деревянным ступеням.
– Алиса, подожди! – нефтяник перехватил меня за руку, останавливая. – Ты же умная девочка…
– Вот именно, – улыбаясь, подтвердила я. – Вы зря переживаете. Всего доброго, – махнула на прощание и поспешила на стоянку, где обычно поджидают таксисты, позабыв о сценаристе.
Алексей догнал меня, когда я уже садилась в машину.
– Ну, ты и шустрая, – пожурил он, усаживаясь рядом.
Всю дорогу, я тупо смотрела в окно: в голове подозрительно опустело. Когда приехали, Алексей собрал всех девушек в гостиной, включая меня. Сценарист был строг и неумолим. Вообще он выбрал верную тактику.
– Произошел очередной инцидент в отношении Алисы Мельницкой, – произнёс он. Девушки притихли, переглядываясь. – Все мы знаем, что произошло и поднимать эту тему не станем. Я понять не могу, чего вы добиваетесь? Если Артём узнает, а он узнает, если ещё что-нибудь подобное произойдёт, он запросто закроет проект. Зачем ему такие невесты, которые ведут себя… таким образом? Какое поведение вы демонстрируете? Прадов – состоятельный и уважаемый человек и рядом хочет видеть достойную женщину. Ваше поведение – достойным назвать нельзя. А теперь скинулись по сто евро в качестве компенсации морального вреда, – закончил сценарист, обескуражив участниц.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
