Подожди. Мы сейчас подойдем.
Как раз в это время оленьи стада проходили мимо города с летних пастбищ на юг. У Бориса в боксе для легковых автомобилей лежало всё снаряжение для охоты. Он тогда увлекался этим занятием, когда наезжал в Северск. Он побежал за ружьем и открыл ворота своего бокса. Влад с Иваном прогнали малышей и погнали оленя как раз в узкий проход между стенами цеха и гаражей. И когда он пробегал мимо открытых ворот, Борис с трех метров не промахнулся.
После парилки друзья устроили настоящий пир из оленины по — охотничьи. Мясо, рубленное большими кусками с большим количеством лука, томилось в огромной кастрюле три часа. Не задолго до финиша, в эту красоту добавили пол — кило сливочного масла.
Вдоволь напарившись и накупавшись, сели обедать. Вспоминали, как лет пять назад Борис в начале марта выехал в тундру на вездеходе, приговаривая:
— По быстрому стрельнуть олешку к своему дню рождения.
Вездеход сломался. Ударила пурга, замело все следы и вездеход по крышу. Борис с водителем спасались тем, что грелись паяльной лампой валявшейся на их счастье в кузове, да варили в жестяной баночке от зеленого горошка кусочки зайца, что Борис подстрелил до поломки. Через два дня, когда утихла пурга, их начали искать на вездеходах, потом на вертолетах. Нашли через неделю.
Друзья ели оленину и подтрунивали над Борисом.
— Надо было в гараже сидеть, в засаде. Глядишь, как сегодня и добыл бы мяса.
Но постепенно заговорили о деле. С Тушинским совхозом можно было развивать дела. Да и первые успехи в бартере на бензин требовали продолжения. Надо было открывать фирму.
— Вам то хорошо, — начал сомневаться Борис, — вы на работе зарплату получаете. А я когда прибылей дождусь? А у меня, инвалида, пенсия и всё.
Влад успокоил:
— Я уже договорился с трестом. Беру тебя замом по экономическим вопросам. А заниматься будешь только нашей фирмой. Коллектив я беру на себя. Думаю, что дадим заработать и коллегам в управлении. Недовольных не будет.
Решили открыть фирму в виде «ООО» — общества с ограниченной ответственностью. На западе такие фирмы идут с аббревиатурой «LTD», а в России в те годы называли "Обществом с безграничной безответственностью".
— Как назовем? — спросил коллег Влад.
Перебрали много разных вариантов. Остановились на скромной аббревиатуре из первых букв их фамилий. Гринберг, Косов, Левичев.
В ноябре 1991 года было зарегистрировано ООО «ГКЛ» с уставным капиталом в 10 000 руб.
Роли распределили так:
1. Так как Влад был руководителем монтажного управления, с которым новорожденная фирма рассчитывала тесно сотрудничать, светиться в ней ему было незачем. Директором ООО избрали Бориса.
2. Прибыль решили делить согласно паевым взносам, то есть, поровну.
3. Влад, как и обещал, оформил Бориса к себе в управление замом по экономике.
3. Иван пока оставался директором «Связиста» и фактически в становлении фирмы не участвовал.
В завершении встречи помечтали о будущем.
— Мне бы подзаработать, да построить домик на родине, в Татарии, — загадывал Иван.
— Не мешало бы квартиру где — ни будь в Средней полосе, — поддержал его Борис.
Влад согласился:
— Если заработаем на приличное жильё «на материке», будем считать затею удачной!
1992 г.
«От упавшего в воду камня расходятся круги. Всё шире и шире».
Из наблюдений древних шумеров
Директор совхоза Тушин после первых успехов по реализации пантов позвонил и спросил, не могут ли партнеры (а он считал «ГКЛ» своими партнерами, в общем — то и правильно) продать бивни мамонта. Друзья сначала сильно удивились такой экзотике. Но изучили вопрос, и к удивлению узнали, что продукт пользуется спросом, и немалым. Идет на экспорт. Зачем, никто не знал. (Только через несколько лет Влад узнал, что из бивней получался самый лучший наполнитель для пломбировочных смесей в стоматологии. А позже основной поток пошел к китайским косторезам.)
Цена колебалась от 2 до 8 долларов за кг. Причем, эту цену давали московские скупщики. Почем они продавали за рубеж, было тайной. А в бескрайней тундре оленеводы часто наталкивались на оттаявшие кости. Тушин готов был собирать и отдавать бивни по 1 доллару за кг. Это были огромные извивающиеся клыки длиной до 4-х метров и весом до 100 кг. Правда, верхний слой надо было счищать, он портил товарный вид и цену. Связались с Димой Горбовским. Влад уже имел с ним контакты при продаже облицовки шпиля МГУ.
— Да я уже полгода этим добром «балуюсь», некоторые ребята из Якутии миллионы на бивнях сделали, — сказал он, — привозите, только не барахло.
Так наладился еще один маленький ручеек. К нему вскоре добавились и другие дары тундры — оленьи сушеные пенисы, шедшие на заводы фарминдустрии, медвежья желчь и другие «деликатесы».
Но это был мелкий опт. Надо было искать продукт более постоянный и масштабный.
1997 г.
«Не долго музыка играла, не долго фраер танцевал!»
Одесская песня 19 века
Мэр Ткачук понял, что «ГКЛ» голыми руками не взять. Тогда от него пришла окольными путями заявка. Мол, у меня лежит контракт города с «ГКЛ» на завоз топлива в навигацию. Так для его подписи нужны стимулы. Разговор вести с моим замом.
Зам назвал сумму «предоплаты». Всего 140 000 зеленых американских рублей! Да, аппетиты у новой власти были не в пример предыдущей.
С Замом договорились так: даем половину. Получаем контракт. Вторую половину отдаем после того, как мэр закроет комиссию по проверке «ГКЛ», а Налоговая полиция вернет документы.
На следующий день после передачи «первого транша» администрация выдала оформленный контракт со всеми печатями. Можно было заниматься делом.
Вторую часть так и не пришлось отдавать. Мэра Ткачука в скорости благополучно посадили, вменив получение взятки в размере автомобиля ВАЗ 2109. Дали 11 лет!
Подоплека этого дела, конечно, была в другом. Мэр хотел перевести город и комбинат в ведение другого субъекта Федерации. В Национальный Округ, на территории которого и находился Северск. А город, как и в советские времена, был краевого подчинения. Все налоги уходили в Край. И составляли они почти половину всех краевых поступлений. За такие деньги не только посадить, а и убить тогда могли. Но краевой губернатор выбрал «гуманный» способ решения проблемы.
1994 г.
«Будь скромным — это тот вид гордости, который меньше всего раздражает окружающих».
Жюль Ренар
После традиционной субботней планерки в Управлении Строительства комбината начальник управления Николай Селезнев попросил Влада задержаться. Влад был знаком с Николаем больше двадцати лет, помнил как пересекались на
