не попадался на пути, даже огромные, но трусливые собаки… Едва она успела так подумать, как навстречу ей из своего двора буквально выпрыгнул староста. Будто в засаде сидел! Тедди узнала его огороженный двор, и в этот раз в стене уже не было дыры, она была заставлена чуть более редким и корявым частоколом.
– Что же вы сразу не сказали, что вы внучка королевы Мары? – с радушной улыбкой вопросил лысый Егорыч без приветствий, а потом растопырил руки и попытался поймать опешившую от такого приема Тедди в объятия. Глаза его при этом были холодные и злые, так что Тедди блохой отпрыгнула в сторону и увернулась от объятий.
– Я говорила, что к бабушке Маре приехала, – заметила Тедди с безопасного расстояния. Убегать она не собиралась, вряд ли староста был зол именно на нее. – Вы из-за этого еще нас с братом на порог не пустили, не помните?
– Ну так-то она ваша бабушка была, а не вы – ее внучка, – глубокомысленно заявил Егорыч.
Впрочем, Тедди его прекрасно поняла. Неизвестно было, как ее встретит мышиная королева и не пострадает ли приютивший их дом от мышей. Так что она угадала: староста всего лишь злился, что благодарность мышиной королевы досталась не ему.
– Что принцессе Теодоре нужно от жителей нашей деревушки? – заискивающе улыбнулся староста, по крайней мере больше не делая попыток обнять.
Тедди пыталась вспомнить, представлялась ли она в прошлый раз, а потом мысленно махнула рукой – в этом маленьком мирке новости разносились едва ли не с ветром.
– Мне нужен двор… огород… – нехотя пояснила она. – Я шла к Василию.
– Зачем же к Василию? – всполошился Егорыч. – У него баба и так в лесу как у себя дома ходит, нельзя же так, чтобы кому-то все, а кому-то ничего!
«Кому-то ничего» – это он определенно о себе говорил, и Тедди сдалась. Она к тому же не была уверена, что королева не сумеет узнать, где внучка прорастила волшебный горошек, а подставлять так Василия, который жил у самого леса, не хотелось.
– Ладно, – согласилась она. – Давайте к вам пойдем.
Она пожалела о своем решении сразу же. Любопытный Егорыч встал рядом и уставился на то, как она закапывает горошинку. Он определенно не собирался ничего пропускать. Тедди накрыла холмик земли обеими ладонями и наклонилась к ним так, чтобы лицо оказалось напротив щели между руками.
– Расти и зрей, – шепнула она туда, памятуя о прошлом неудачном опыте и не требуя ничего немедленно и сейчас.
Земля дрогнула и выбросила первый ус. За ним – второй. Скоро под руками Тедди поднялся невысокий росток, покрывающийся прямо на глазах крошечными сиреневыми цветками.
– Ух ты! – не выдержал Егорыч. – Это что же, мышиная магия?
Тедди отвлеклась ненадолго и обнаружила, что рядом собралась вся его семья, а через редкие колья на месте бывшей дыры заглядывают его односельчане.
– Вроде того. – Она снова вернулась к своему ростку, заставляя цветочки обернуться стручками и зреть. – Эти горошинки могут позволить человеку превратиться в мышь.
Может, и не стоило этого говорить, но никогда раньше Тедди не видела столько восторженных и одновременно уважительных взглядов и никогда еще каждое ее слово не ловили взрослые бородатые мужчины. Было от чего растеряться.
– Навсегда? – Староста даже отпрянул от крошечного растения, словно оно могло наброситься и насильно превратить его в мышь.
– Нет, – рассеянно ответила Тедди, проверяя на одном стручке зрелость. – Если без слова, то всего на четверть часа, не больше. А если со словом – то пока… О, кстати, а у вас есть обычный горох?
Ей даже страшно стало, когда она поняла, что совсем забыла об обратном превращении. Хороша бы она была, если бы пришлось бегать и искать горох, чтобы превратить Димку обратно в человека!
– Есть, конечно. – Староста кивнул супруге, и та немедленно притащила горстку сухих семян. Тедди поспешно положила их в карман, а в другой – парочку только что выращенных стручков. – А давайте пообедаем? У нас сегодня поросенок!
Судя по дикому визгу во дворе, пока Тедди усаживали на лавку, а потом и довольно долгому ожиданию, никто, включая поросенка, не был в курсе, что тот сегодня на обед. Тедди несколько раз порывалась уйти, но ей пообещали дать лепешек и мяса с собой, и она, вспомнив о Димке, третий день живущем на яблоках, осталась.
Конечно, беспокоилась еще и о Нинке, как же иначе. Но Нинка была мышь умная, непременно догадается, в чем дело. Вообще-то и сама Тедди не была уверена, что правильно понимает, что происходит. Без Димки даже с таким хлебосольным приемом было как-то не по себе. А вдруг этот староста задумал что-то недоброе? Но поросенок был пожарен, гостья накормлена, и с собой ей дали ароматно пахнущий сверток и до калитки проводили, а у нее разве что живот немного болел. Сперва Тедди переживала, может, отравили чем, но потом сообразила, что сухомятка до добра не доводит и живот ей таким образом выражает свой запоздалый протест.
Провожали ее всей деревней до самого леса. И Василий был тут, Тедди успела его заметить. Поговорить не удалось, но мужик благодарно, как показалось девочке, кивнул. Значит, и впрямь подарок королевы мышей того стоил! И Тедди с уже совсем другим настроением двинулась вглубь чащи, куда за ней не последовали даже трусоватые деревенские собаки. Нинку она нашла только через четверть часа. Рядом с опушкой леса росли одичавшие фруктовые деревья, вот здесь мышь и паслась, заставляя зреть то мелкие, но сладкие груши, то желтые и красные сливы, то светлую вишню.
– Тут тоже люди пытались поселиться, – пояснила Нинка, ничем не выдав своего беспокойства из-за долгого отсутствия принцессы. Лишь машинально потянула носом, учуяв свинину, но немедленно сделала вид, что ее вкуснятина никак не касается. – Да только это место лесное, дикое, даром что недалеко от их деревни. Но теперь они по осени сюда за урожаем бегают. А мы их сюда не пускаем – нам и самим мало!
– А птицы тоже за это место бьются? – заинтересовалась Тедди, выращивая себе пару слив на пробу. – Тут осенью не повернуться, наверное.
– То-то и оно, что не бьются! – торжествующе заявила Нинка. – То ли не знают о нем, то ли у людей воровать им больше по душе. Дикие нравы.
– Это точно, – согласилась Тедди, умолчав, что птицы, в отличие от самих мышей, ее съесть до сих пор ни разу не пытались.
Нинка успела не только налопаться ягод и фруктов, но и свернуть из больших лопухов пару кульков, в которые она накидала спелых
