быстро, как хотелось Валентину Ильичу. А вот, допустим, Ленинград… Ленинград тоже рос, но прирастал он не численностью горожан, а размерами занимаемой площади. Причем прирастал он довольно необычным способом.
Прирастать город начал с Крестовского острова, на котором было много свободного места. Но Андрей Александрович подошел к вопросу расширения города очень тщательно – в особенности после одного разговора со Старухой, в котором она упомянула про постоянные наводнения и предложила (возможно даже в шутку) два решения «проблемы». И первое решение, хотя и выглядело диковато, товарищу Жданову понравилось – возможно, откровенной его бесшабашностью, а во второе – выстроить дамбу, которая должна будет перекрываться во время наводнений, ему очень не понравилось. Во-первых, оно было куда как более дорогим, а во-вторых, в случае войны оно становилось просто катастрофически опасным…
Маркизова лужа – она, по большому счету, лужа и есть. При глубине в три метра нормальное судоходство там возможно лишь по каналам, выкопанным в дне этой лужи – но чтобы эти каналы прорыть, требовалась специальная техника. Которая в Ленинграде имелась, причем в приличных количествах – и именно этой техникой (а так же новой такой же) товарищ Жданов и воспользовался. Не лично, для проведения работы им был создан специальный трест под названием «Ленморстрой», и вот уже специалисты этого треста…
Специалисты треста, используя уже почти полтора десятка механизированных землечерпалок, вытаскивали со дна лужи песок и переваливали его в баржи, специально для этого быстренько выстроенные на Морзаводе. Баржи были самоходным (хотя и очень неспешными, на них по два тракторных дизеля в пятьдесят пять сил всего ставилось), и эти баржи вынутый со дна песок неторопливо перевозили на остров. Песок этот там же, на острове, и высыпался, причем «толстым слоем», а когда слой этот достигал четырех метров в высоту, на нем начиналось строительство новых домов. Чтобы песок по краям не осыпался, берега острова укреплялись бетонным подпорными стенками, красоты ради отделываемые гранитом… кое-где отделываемые, но после всего этого наводнение новый районам уж точно не грозило. А одновременно со строительством новых домов по Кемской улице проводился «эксперимент» с поднятием на четыре метра уже выстроенных домов – благо там дома были такие, что даже если они «в процессе» развалятся, никому их жалко бы не стало.
Потому что о том, что такое «мелкий городишко», как Чикаго американцы еще в середине прошлого века подняли больше чем на два метра, он знал теперь не только в пересказе Старухи, а из «документальных источников, включая многие десятки сделанных в те времена газетных рисунков этого процесса и даже нескольких фотографий, а из всего «массива документов» на него больше всего впечатления произвела смета на подъем огромной каменной гостиницы «Тремонт Хаус». По ней выходило, что ремонт почти любого здания для ликвидации последствий наводнения обошелся бы заметно дороже, чем собственно его подъем – а во что обходились такие ремонты даже после небольших наводнений в Ленинграде, Андрей Александрович знал отлично. И он с удовольствием бы поднял весь город – но пока у него просто не хватало нужного оборудования. Тех же домкратов гидравлических (городские инженеры о винтовых даже слышать не хотели) – но этот вопрос можно было довольно быстро решить своими силами. Но сначала нужно было саму технологию освоить – и люди к освоению ее уже приступили. А вот когда и люди научатся, и оборудования будет в достатке…
Девятого февраля в Москве состоялась очередное совещание «по вопросам обороны», на которое был приглашен и Андрей Александрович. И перед началом совещания к нему подошел Валентин Ильич, задавший простой вопрос:
– Я тут слышал, что вы занялись постройкой зданий на песке. И мне интересно, насколько старинная русская поговорка…
– Врет поговорка, строители говорят, что как раз на песке осадка зданий будет минимальной. Ну, если песок плотный – а мы его очень тщательно сначала укатываем и уплотняем. Вдобавок, по совету Веры Андреевны, мы в этот песок сразу добавляем процентов десять шлаков перемолотых, металлургических и угольных, с электростанций, золу опять же – а она говорила, что такая смесь очень быстро превратится практически в монолит – там процесс какой-то химический произойдет. Не совсем, конечно, монолит, а получится что-то вроде песчаника, и выходит, что через несколько лет весь этот район будет стоять на сплошной каменной плите. Ну а поверх мы, конечно, простой земли с песком на метр досыпаем, то есть растения разные, трава там, деревья, будут неплохо расти.
– Ну если Вера так говорит…
– Что?
– Она во всем, что химии касается, вроде не ошибается. А насчет затрат на то, чтобы старые районы поднять… нет у нас сейчас возможностей на это средства выделять.
– Это-то я понимаю прекрасно, наши строители пока так, тренируются не спеша. А вас-то это почему так заинтересовало?
– Вера сейчас с предложением вышла… странным. Нам в любом случае нужно будет несколько новых заводов выстроить, и она их хочет разместить в Рыбинском водохранилище, как раз на насыпных островах. Зачем так – это у нее спрашивать надо, а я пока у тех, кто что-то о таком знать может, заранее мнения выспрашиваю о принципиальной возможности. Стройки-то ведь мне планировать придется…
– Вы уж слишком заранее этим занялись, вот годик-другой простоят эти новые кварталы – тогда и информация будет… более точная. Ладно, вроде уже начинается, пойдемте…
Никаких важных вопросов на совещании не обсуждалось, руководство страны просто решило «собрать информацию о текущем положении дел» – и товарищ Жданов лишь отчитался о том, что получилось уже сделать за прошедший месяц и что в ближайшее время сделать еще предстоит. У представителей армии было множество вопросов по производству бронетехники – но тут вообще ничего нового Андрей Александрович сказать не смог. Ну да, производство монструозных КВ-2 было полностью прекращено, а выпуск КВ-3 (то есть КВ-2 с новой башней и пушкой калибром восемьдесят восемь миллиметров) шло с
