— Да, — сухо ответил он. — Потому что до настоящего момента всё шло хорошо, — вот ведь саркастичный сукин сын. — Ладно, так и сделаем.
Я ужасно себя чувствовала, поступая так с охранником, но возможно, сон будет для него лучшим выходом. Может, это даст ему возможность восстановить силы. Продолжу повторять это себе.
— Ты можешь освободиться?
Винтер фыркнул. Как минимум трое полицейских, стоявших в ожидании приказов, повернули головы в его сторону и прищурились.
— Проще простого.
Двое полицейских отделились от остальных и двинулись к нам.
— Тогда поторопись.
Винтер мягко рассмеялся, и я тут же почувствовала, как ослабли путы. Чёрт возьми, а он хорош.
— На счёт три.
— Раз. Два.
Ближайший к нам полицейский зло на нас посмотрел.
— Что вы двое замышляете?
Мы хором и нараспев произнесли:
— Три.
Во мне заклубилась магическая сила, расширяясь наружу и заполняя комнату. Я чувствовала, как магия Винтера смешивается с моей до тех пор, пока уже невозможно было различить разницу между двумя этими нитями. Заклинание срослось, магия затанцевала, и суетившиеся полицейские попадали на пол как мухи.
— Вау, — прошептала я.
Винтер встал и повернулся, поднимая меня на ноги. Он посмотрел в мои глаза.
— Ты тоже это почувствовала?
— Ага, — я облизнула губы, и мы весело друг другу улыбнулись, словно были Бонни и Клайдом. В нарушении закона, даже если это делалось из лучших побуждений, определённо было нечто волнующее. Я судорожно вздохнула. И мы двинулись.
Улучив момент, я проверила незадачливого охранника и оттащила полицейского, который храпел на нём. Я осторожно перевернула охранника на спину, поправив голову, чтобы ему было удобно, и он не подавился собственным языком. Мой взгляд переместился к бейджику. Алан Хопкинс. Так вот как его звали. Прости, дружище.
— Иви, — сказал Винтер, — если ты мечтаешь поспать так же крепко, как эти ребята, можешь мечтать об этом снаружи, когда мы будем на месте и готовы ко встрече с Чёрной Бородой?
В кои-то веки меня не посещала мысль о сне, хотя голова всё ещё раскалывалась. Полагаю, Винтер влияет на меня так же, как и я на него. Я одарила его беглой улыбкой, и мы выскочили на улицу.
Моё верное такси стояло именно там, где я его оставила, хоть теперь и было скрыто за беспорядочно припаркованными у крематория полицейскими машинами. Брутус, судя по всему, весь этот кипиш проспал. Я бы подумала, что наше заклинание подействовало и на него, но он тихо мяукнул, когда мы забрались внутрь, а затем вполсилы потребовал еды. Я потянулась назад, почесала его между ушами, и он тут же снова уснул. Ах, вот быть бы котом.
Ждать пришлось недолго. Вечерние сумерки уже опустились, и свет фар приближающегося автомобиля можно было разглядеть за несколько миль. Мы с Винтером затаились и ждали. Я не могла решить, хочу ли я, чтобы это был Чёрная Борода — Хэл Прескотт — или нет. Было бы хорошо покончить с этим, но я чувствовала себя не лучшим образом. И я сомневалась насчёт Винтера. Его правый глаз заплыл, а кожа вокруг него приобрела ярко-фиолетовый оттенок. Вероятно, ему так же больно, как мне. Но если это окажется Чёрная Борода, мы не сможем себе позволить прятаться за углом и зализывать раны. Мы должны будем действовать.
— Мы герои, — громко сказала я.
Винтер стрельнул в меня взглядом.
— С огромным эго.
Я пожала плечами.
— Ложная скромность — пустая трата времени. Кроме того, посмотри на нас. Я в блевотине, а ты в крови. Мы оба в синяках, и нам не помешала бы серьёзная медицинская помощь. Но мы всё равно здесь и всё равно собираемся сразиться с Чёрной Бородой. Если сможем его найти.
— А какие ещё есть варианты? — тихо прозвучал ответ Винтера.
На парковку въехала машина и остановилась.
— Тише, — предупредил Винтер.
Я кивнула и ещё ниже сползла по сидению.
— Не высовывайся, — без надобности сказала я Брутусу.
Двигатель машины заглушился. И хотя из-за плохого освещения было сложно определить что это за машина, она определённо была большой и дорогой. Этот двигатель не рычал, он мурлыкал. Мёртвые животные хорошо оплачивались.
Мы с Винтером затаили дыхание, но мы зря беспокоились. Лишь один силуэт выбрался из машины, и это определённо не Чёрная Борода. Кто бы это ни был, он был гладко выбритым, с полной головой волос, и более худощавого телосложения. Значит, папочка. Но где же его бородатый убивающий ведьм ублюдок-сынишка?
Мы подождали, пока Прескотт-старший исчезнет в главном здании, после чего я завела такси и вывезла нас оттуда, на перекрёстке свернув налево.
— Может, нам стоило остаться? — спросил Винтер. — Чёрная Борода наверняка рано или поздно покажется.
— Как и ещё больше полицейских, — заметила я. — Прескотт не собирается слоняться и ждать, пока эта компашка проснётся. Он вызовет подмогу. Нам нужно драпать.
Винтер покачал головой, словно до него лишь сейчас начало доходить, что мы сделали только что. Он провёл рукой по лбу.
— Какой бардак.
Я протянула руку и потрепала его по руке.
— Посмотри с другой стороны. Тебя не могут уволить.
Не похоже, что это его успокоило.
Я включила поворотник, чтобы повернуть направо. Через секунду я передумала.
— Ты это видишь? — спросила я.
— Вижу что? — проворчал Винтер. Вероятно, у него перед глазами всё ещё проносилась его прежняя жизнь.
— То здание перед нами. Он достаточно пафосное, да?
Он окинул его взглядом.
— Я полагаю.
— И оно выглядит новым?
Винтер пристальнее вгляделся в окно.
— Да.
Я ухмыльнулась.
— Рафаэль Винтер, ты очень удачливый мужчина. Если бы я не была такой добросовестной ведьмой, мы бы сели в лужу. Я только что нашла нам резиновые сапоги. Если Магомет не идёт к горе…
— О чём ты вообще? — он всё ещё был в замешательстве.
Моя ухмылка стала шире.
— Пока ты дремал, Алан, охранник, упомянул, что Чёрная Борода, он же Хэл Прескотт живёт в новом пафосном многоквартирном доме. Это, друг мой, очень пафосный, очень новый многоквартирный дом. И он как раз находится в нескольких километрах от семейного крематория. Удобно, да? — я бросила на него косой взгляд. — Что говорит тебе внутреннее чутьё?
Винтер сел прямо, сжимая и разжимая кулаки.
— Иви Уайлд, — выдохнул он. — Я по уши в тебя влюблён.
Я просияла.
Глава 16
Счёт шёл на минуты: скоро по этому адресу направится полиция. Что-то я сомневалась, что можно отправить спать половину отряда полиции и ждать, что оставшиеся бодрствовать офицеры не перевернут каждый камень. Если у них есть здравый смысл, рано или поздно они сюда придут. В любом случае, даже если время не играло бы большого значения, работать исподтишка начинало мне надоедать. Очевидно, Винтер чувствовал то же самое. Мы это даже не обсуждали. Мы просто прошли через парадные двери, проигнорировав хорошо размещённые камеры видеонаблюдения, и подошли к сонного вида охраннику за стойкой.
— Хэл Прескотт, — спросила я. — Где он?
Охранник моргнул и подавил зевок. Затем он осознал наш внешний вид — блевотина, кровь и синяки — и сел ровнее.
— Э-э-э, кто вы?
Ответил Винтер:
— Адептус Экземптус Рафаэль Винтер из Священного Ордена Магического Просвещения. Нам немедленно нужно найти Хэла Прескотта. Это, — он наклонился вперёд, — вопрос жизни и смерти.
Наш не слишком благопристойный вид, видимо, придал словам Винтера убедительности. Охранник жаждал помочь нам.
— Конечно, сэр, — сказал он. Щёки его окрасились в ярко-красный. — Я хотел сказать Адептус Эксептус. Экземптус. Блин. Извините, — он откашлялся. — Блин.
— Не волнуйтесь, — ответила я. — Гражданские часто мучаются с этим, когда впервые сталкиваются с нами.
Он рьяно закивал, явно испытав облегчение из-за того, что я дала ему причину вести себя как запинающийся болван, и повернулся к компьютеру. К сожалению, облегчение его не продлилось долго. После нескольких неистовых ударов по клавишам, его брови тревожно сошлись.
