class="p1">— Уверена, нам с тобой и этого хватит. Так что не отвлекайся лучше.
Захар послушно замолкает. Его пальцы порхают над поверхностью сферы, передвигая запутанные линии в одном ему ведомом порядке. Хорошо, что высокий рост позволяет ему доставать до самого верха.
Наконец он отступает на пару шагов.
— Готово.
Сфера, будто только этого и ждала. Она в последний раз мягко вспыхивает и распадается на рой белоснежных искр. А когда иллюминация гаснет, перед нами оказывается самая обычная дверь, каких за время блужданий по коридорам мы видели уже немало.
Захар благоговейно ступает внутрь первым.
— Ооо… — только и может произнести он. — Какая древность…
Комната управления — вот что приходит на ум, когда я вижу внутреннее убранство помещения. Или рубка космического крейсера из какого-нибудь старинного фантастического фильма. Вдоль стен, по всему периметру, размещены плоские мониторы, на экранах которых с бешеной скоростью бегут символы, мелькают графики и таблицы. Никаких знакомых мне способов управления всем этим хозяйством не видно. Зато в центре установлен маленький круглый стол вроде кофейного и три удобных на вид кресла.
— Сможешь разобраться с этим добром? — киваю на ближайшие мониторы.
Захар отрицательно мотает головой:
— Шутишь? Это ж ещё домагическая эра! В наше время спецов по этим штукам не сыщешь. Но вот что странно: замок на входе был современным.
— Значит, сюда и в самом деле кто-то пробрался, — хмыкаю я. — Один из неуловимых специалистов по домагическим технологиям. Либо разобраться с ними вовсе не так сложно, как сейчас кажется.
Гайла ступает вперёд.
— Я попробую, — решительно произносит она.
— Так ты из старых кхелотов! — восхищённо выдыхает Захар. — Расскажешь потом, как вы раньше жили? А почему исчезли на столько времени?
Девушка досадливо мотает головой:
— Нет, я родилась уже в наше время. Просто у нас кое-где такую технику ещё используют. В любом случае — не ждите сейчас многого, ладно?
Прямо за местами для сидения на полу выдавлена небольшая окружность. Именно в неё Гайла и встаёт. А мы с Захаром размещаемся в креслах — в ногах-то правды нет.
— Скорее всего эти устройства изготовили примерно в то же время, что и наши, — сообщает девушка. Пока что она просто неподвижно стоит — видимо, знакомится с интерфейсом. — Но устроено всё сложнее. Слишком много задач тут решается…
Гайла надолго замолкает. Время от времени она плавно взмахивает руками и поворачивается в разные стороны, словно позабыв о нас. А мы, в свою очередь, благоговейно молчим, боясь разрушить единение человека и машины.
Наконец девушка опускает руки и поворачивается к нам. На лбу у неё блестят капельки пота.
— На наше счастье, происходящее здесь постоянно фиксируется, — девушка усаживается на оставшееся кресло. — После момента консервации долгое время видны только типовые отчёты о состоянии базы. Но полгода назад исследования были возобновлены. Они продолжались в течение трёх месяцев, затем базу снова попытались законсервировать.
Усмехаюсь:
— Я так понимаю, не получилось.
— Ты прав, — девушка с озабоченным видом прикусывает нижнюю губу. — Генерация биологического материала продолжилась. А ещё в автоматическом режиме система провела серию полевых испытаний. Успешных.
— Что это значит? — настороженный Захар переводит взгляд с Гайлы на меня.
— Что на просторах Эфирного океана рыщут сейчас какие-то твари, — подсказываю я.
Гайла соглашается:
— Если верить отчётам, созданные здесь существа успешно ассимилировались в местной агрессивной среде.
Вспоминаю про покусанные суда:
— И что же представляют из себя эти твари?
Гайла пожимает плечами:
— Судя по отчётам, это должны быть хищные существа длиной не более двух меров. Но соприкосновение с эфиром может привести к стремительным мутациям, это всем известно.
Девушка замолкает, разглядывая мелькающий на ближайшем экране текст. Наконец произносит:
— Тот, кто сюда влез, вообще больше поломал, чем принёс пользы. Не знаю только, намеренно или случайно. Нарушил алгоритм работы посадочной площадки, например. Сейчас она работает в режиме «осаждённая крепость» — захватывает якобы вражеские суда, проходящие мимо.
— Можно его как-то отключить?
— Уже, Макс. Пришлось перенастроить систему на себя.
— В каком смысле?
— Обнаружение и посадка возможны только в моём присутствии, либо с моего разрешения.
— А если её кто-то перенастроит обратно? — сомневаюсь я.
— Можно организовать защиту, — кровожадно улыбается Захар. — Ну или оборону. Дайте мне только время.
Гайла тяжело вздыхает:
— Ты же знаешь, Захар. Мы не можем присваивать себе то, что находим во время заданий. Всё это принадлежит кайзеру и Великой Росии.
— Да ладно тебе, — будто капризный ребёнок надувается парень. — Кайзеру эта штука даром не нужна. Закроет обратно и забудет. А вот для Ястребов будет полезно тут потренироваться.
— Как минимум — узнать побольше о лишающих магии технологиях, — поддерживаю я.
— Ладно, вы правы, — вздыхает девушка. — Проведём как учебное пособие. Попробую договориться с советником.
— Спасибо! — радостный Захар вскакивает с места и кружит по комнате, по-новому вглядываясь в древнюю технику. — База ведь правда модульная, я угадал?
Гайла устало откидывается в кресле:
— Правда. Её конфигурацию можно менять под свои нужды.
Захар улыбается во все тридцать два и снова возвращается к обожаемому оборудованию.
— Первым делом переработаю структуру, — бормочет этот фанат технологий. — Сейчас тут неудобно перемещаться…
— Кстати, — вспоминает девушка. — Тут есть внутренняя система телепортации. Стоит включить?
— Конечно! — чуть ли не оскорбляется Захар такому глупому вопросу. — Можно и обычные портаторы установить.
— Не получится, — чуть улыбается девушка. — Здесь любые излучения и поля то ли рассеиваются, то ли экранируются. С магическим перемещением может куда угодно выбросить. Лучше не рисковать.
— Вот! — вклинивается притихшая было от обилия впечатлений Эфения. — Я же говорила, что выходной элемент как надо разместила! А ты не верила, ведьма красноглазая!
— От ведьмы слышу, — равнодушно отзывается Гайла. — Вы, фейри, сами виноваты, что от вас кроме подлости ожидать нечего.
— То-то простые люди вас вампирами-кровопийцами кличут, — не остаётся в долгу феечка. — Без причины что ли?
Хлопаю в ладоши так громко, что спорщицы замолкают, а Захар испуганно подскакивает.
— Обе вы… хороши, — говорю внушительно. — Может, хватит выяснять отношения по любому поводу? Люди, фейри, кхелоты — какая, нахрен, разница?
Мне так точно никакой. Во-первых, расовые разборки нового мира меня не касаются. Я тут
