странный разрушенный город, поле битвы, усеянное телами павших воинов. В одном я увидела пустую комнату, в центре которой было что-то подвешено. Картинки, которые я видела, мелькали иногда быстро, иногда давая рассмотреть себя подробнее, но разрыв был настолько небольшой, что если бы я захотела, я бы даже руку туда просунуть не смогла. В какой-то момент мельтешение стало замедляться, красный свет вокруг меня становился все насыщеннее, а потом в глаза ударила вспышка света и я поняла, что падаю.
Глава 16
Только что изученная техника оказалась очень кстати. Я извернулась в падении и на дерево приземлилась относительно удачно. С верхушки открывался вид на бескрайний лес, куда ни посмотри. Я осторожно села на ветку дерева и прислонилась к стволу. Надо было подумать, куда направится дальше. Я не была уверена, в какую часть тайного царства меня выкинуло сейчас и куда двигаться дальше. Правда, пока я предавалась размышлениям, на горизонте появился столб света, переливавшийся всеми оттенками фиолетового, иногда уходя в черный или красный. Нечто подобное я наблюдала, когда была в гостях у тетушки Е. Так часто выглядели со стороны сработавшие формации, вот только свет обычно был голубой, белый или желтый. Возможно, именно туда мне надо идти. Хотя я пребывала в сомнениях, но все же решила пойти туда, где медленно угасал столб света и мне стоило поторопиться, пока ориентир не пропадет совсем. Вниз решила не спускаться. Люсин, как и летящий шаг, позволял передвигаться по верхушкам деревьев, что было быстрее. Вот только даже такие не самые затратные в плане ци техники, требовали того чтобы я прерывалась, так что пришлось спуститься вниз.
Честно говоря, следопыт из меня никакой, но когда кто-то совсем не скрывается, его следы сложно не заметить. А в Царстве сейчас могут находиться только ученики секты, и значит, мне стоит проявить некоторую осторожность. Я не была уверена, что мне будут рады. Хотя я льстила себе надеждой, что ученики секты не будут настолько мелочны, чтобы тихонько убить человека их раздражающего, если он не проявляет агрессию, но все же стоит поостеречься, ибо надежда — хрупкий замок из песка на берегу во время прибоя. Правда, что-то меня смущало, но что именно я понять не могла, но это не приятно щекочущее чувство неправильности не оставляло и даже усиливалось. Хотелось отвлечься. Хотелось подумать о чем-то более приятном. Обратить внимание на растения, вдруг есть что-то редкое и ценное. Но я не смела отвлекаться. Наоборот, старалась стать внимательнее, чем раньше. Практик, следы которого я видела, тоже двигался в сторону столба света. Когда до того места где, как я думала, он был, оставалось совсем чуть-чуть, буквально выйти из кустов. Я сначала замедлилась, а потом и вовсе остановилась и некоторое время топталась на месте. По спине пробежала дрожь. Я уже отсюда отчетливо ощущала мерзкий железистый запах. Запах запекшийся крови, он буквально бил в нос. Некоторое время я потопталась на месте, а потом преодолевая внутреннее сопротивление и брезгливость раздвинула кусты и вышла на поляну. К горлу подкатил неприятный ком. Я уже ожидала увидеть нечто неприятное, но все равно представшая передо мной картина выбивала из равновесия. К ветке дерева за руки было подвешено истерзанное тело. В какой-то момент мне малодушно захотелось развернуться и уйти, сделав вид, что меня здесь небыло, что все это просто страшный сон, бред порожденный измученным и слабым разумом. Чтобы взять себя в руки мне понадобилось некоторое время. Когда я успокоилась и была способна мыслить рационально, то подошла ближе, именно тогда в траве я заметила затухающую печать. Печати, формации, талисманы, почти все, что я изучала, я изучала поверхностно, не углубляясь, но данная разновидность была мне знакома. Точнее, не так, я не совсем понимала назначение, но не сомневалась в одном - в происхождении печати. Происхождении демоническом. Я закусила губу, пытаясь вспомнить все, что знала или слышала о демонических печатях. Знала я, увы, немного. Но в основе демонического искусства всегда лежит кровь и страдания. Сейчас печать уже была не активна и вроде не опасна и я могла снять тело ученика и придать ему более достойное положение. Этого ученика я лично не знала. Сложно знать всех и вся. У него не было нашивки с символикой пика, так что, скорее всего, он из внешних учеников. Пока я снимала его с ветки, я обратила внимание на раны, которые покрывали тело. Бедного мальчика, хотя он мог быть гораздо старше меня, буквально исполосовали. Такое впечатление, что раны наносились хаотично с желанием причинить сильную боль, но смущало мне не это. Если здесь орудовал демонический практик в том, что погибшему желали причинить как можно больше боли не было ничего удивительного. Смущало меня то, что я уже видела подобные раны, правда, они все же отличались. Оружие с зазубринами, которым не пользуются практики праведного пути, уж слишком неприятные раны. Да, такие раны, нет, похожие раны, были на Кан Ло, когда я увидела его в первый раз. Тело уже окоченело, но делать предположения о том, столько времени прошло с момента смерти несчастного, я бы не стала. Разумеется, трактаты, посвященные человеческому телу, подробно описывают, что происходит с ним и после смерти, но также подробно они описывают, то что может исказить определение времени смерти для практика. Но вместе с тем, в одном из них также подробно подробно расписано, почему подобное действие бессмысленно в отношении тех, кто вступил на тропу самосовершенствования и бессмертия. Еще меня смущало полное отсутствие дыхания ци в теле. Даже после смерти, оно некоторое время сохраняется, часто поддерживая останки высокоуровневых практиков нетленными, но сейчас передо мной было, словно тело обычного человека. Дыхание ци, остатки духовного сознания, ничего этого не было. Часто после смерти практиков после них остается слепок души, который может сохранять себя в этом мире очень и очень долго. Иногда, даже находя возможность отомстить своему убийце. Разумеется, от ученика было бы странно ожидать такое мастерство во владении собственным духовным сознанием, но хоть искра бы его должна была остаться. Возможно, какую-то роль в этом сыграла печать.
Подходить к ней ближе не хотелось. Остатки печати вызывали у меня отторжение, чувство опасности и даже тошноту. Но все же я пересилила себя. По возвращению стоит отчитаться перед дедом и главами пиков. Демонический практик в секте праведного пути это то, что не стоит оставлять без внимания. Выжженная
