завалили.
Он с иронией смотрит на меня, выдыхая дым.
— Потом-то поставил.
— Потому что я, блин, выучила все! — сквозь зубы рычу я. — Мне пришлось зубрить ночами.
Его взгляд, направленный на меня, остается таким же ледяным, но в глубине где-то светится насмешка.
— Я тебя особо и не спрашивал на пересдаче. По твоему лицу было понятно, что ты пыталась впервые что-то выучить.
Не знаю уж, что там было ему понятно по моему лицу, но на пересдачу я пришла с мыслями, что если он и в этот раз меня завалит - я пойду и прыгну с окна его кабинета. Чтобы у него потом были проблемы.
— Так нафига вы меня позвали? — я складываю руки на груди, подперев плечом открытую дверь. — Поговорить о зачете?
Он смотрит после моих слов куда-то наверх. Я слежу за направлением этого взгляда и замечаю под потолком камеру, какого-то черта повернутую прямо в стену, но не на балкон. Место, где стоит профессор, там явно не видно. Что за...
— Ты будешь торчать там? Зайди.
— Вчера вы меня отсюда скинуть пытались. Я постою лучше тут.
— Вчера было вчера, сегодня мы в отношениях. Кто скидывает свою девушку с балкона?
У меня против воли появляется скептическая усмешка. Что, не одна я использую слово “отношения”, как аргумент и рычаг для давления?
Ладно, черт с ним. Сегодня я не собираюсь говорить ему про фальшивые документы и полицию, да еще и одета в его вещи. Мой труп будет очень подозрительным.
Отлипнув от двери, я захожу на балкон и прислоняюсь к стене рядом с профессором.
— Тогда дайте сигарету.
Я слышу смешок. Затем шорох и спустя секунду передо мной появляется протянутая рука, которая держит открытую пачку. Я какое-то мгновение смотрю на часы на запястье, затем вытаскиваю из пачки сигарету.
— Откуда у вас деньги? — интересуюсь я. Профессор, тем временем, щелкает зажигалкой и дает мне прикурить, даже прикрыв ладонью огонек от ветра. На эту ладонь я и смотрю, пока наклоняюсь. У Алены и Светы фетиш на ноги и задницы, а у меня - на красивые мужские руки. Они у профессора просто зачет, если выдается возможность посмотреть вблизи.
— Цветкова, я работаю.
— Ага, в институте? Мне кое-кто сказал, что футболка на мне стоит пятьдесят тысяч. Если бы я знала, я бы ее не надела, чтобы избежать вопросов. У моих родителей есть маленький бизнес вроде вашего магазинчика, но когда мой брат попросил кроссовки за десять тысяч, папа сказал, что у него губа треснет. — я вдыхаю легкий, приятный дым. — У вас там в ящике куча таких футболок, и каждая стоит как месячная зарплата преподавателя.
На лице профессора появляется легкая, едва заметная улыбка.
— Ну, я же здесь несколько месяцев работаю. Как раз и купил себе несколько футболок.
Ну что он за сука? Я смотрю на это лицо с тенью человеческих эмоций. Он не может думать, что я совсем глупая и поверю в эту чушь.
Какое-то время мы молча курим. Я чувствую на себе его очень давящий взгляд, и даже несмотря на то, что я, в принципе, вполне спокойна и не жду от него подлянок, все равно по коже, куда он смотрит, бегают периодически мурашки. Это какой-то инстинкт, что ли? Что он за человек, если мое тельце так на него само по себе реагирует?
В очередной раз он выдыхает дым и внезапно произносит:
— Подойди на секунду.
— Что? Я и так рядом с вами.
— Цветкова, просто сделай.
Ладно, блин. Я убираю сигарету и отстраняюсь от стены, сделав шаг к нему. Он смотрит на меня с высоты собственного роста.
— Ближе.
— Хотите снова меня скинуть?
— Нет.
Я еще делаю шаг, чтобы между нами осталось расстояние в половину вытянутой руки. Психопат затягивается сигаретой, а затем внезапно наклоняется ко мне. Почти не прикасаясь к моим губам он выдыхает немного дыма а затем целует, отправив остатки мне в рот и скользнув следом языком.
Я от неожиданности принимаю этот поцелуй, вцепившись в его плечо и чувствуя под тканью рубашки мышцы. Во рту смешивается чуть горький привкус от сигарет и холодный, чистый от слюны профессора.
Спустя время в горле начинает першить и я закашливаюсь, отстранившись. Он наблюдает за тем, как я пытаюсь справиться со спазмом.
— Надо было выдыхать, Цветкова. В курсе, что во время поцелуя можно дышать?
— Я и так дышу. — недовольно произношу я, а он отвечает:
— Со мной ты ни разу этого не делала.
Глава 29
Я оставляю без комментариев реплику психопата. Какой ненормальный человек будет следить за своим дыханием во время поцелуя? Это ведь не бег на длинные дистанции.
Он, тем временем, снова подносит сигарету к лицу, затянувшись. Затем просто выдыхает струйкой дым в сторону и выкидывает окурок за балкон.
— Что будешь делать с предыдущей работой, Цветкова? — внезапно выливает на мою голову ушат охлаждающей воды он, скрестив на груди руки. Этот резкий переход с поцелуя на подобное уже даже не удивляет меня. Мой взгляд против воли опускается на белую ткань, которая от его движения натянулась на груди, и мышцах рук. Пусть этот вид будет небольшой моральной компенсацией за то дерьмо, которое он наверняка будет сейчас вкладывать мне в уши.
Кажется, кстати, с этой темы про мою плохо написанную работу вчера разговор пошел как-то не туда. Сегодня мне стоит осторожнее ступать на это минное поле.
— Что с ней не так? — коротко интересуюсь я.
— Выражение неподходящее. Сложно сказать что-то конкретное, потому что она в целом паршивая.
Я закрываю глаза.
— Как она может быть паршивой, если я старательно ее писала?
— Ты спрашиваешь это у меня?
— Это был риторический вопрос, у вас бесполезно что-то спрашивать. — хмыкаю я. — Если она настолько ужасная, то я выучу все еще раз и перепишу. Правда, не уверена, что у меня получится лучше.
У него поднимается уголок губ после моих слов.
— Я уверен, что получится настолько же плохо, Цветкова.
Однажды я прибью его. Честное слово, я мечтаю однажды увидеть лицо этого самоуверенного ублюдка униженным. Если я сдам его полиции и его арестуют за поддельные документы, какое выражение будет на нем? Думаю, каким бы оно ни было, я получу достаточно
