— "Пятый" уничтожен, "Шестой" в норме. Объект ушел. Разрешите возвращение и стыковку?
— Возвращайся, координаты выслала, — ответила Михайлова, заходя на новую траекторию. — Продолжаем преследование.
— Мэм, — подал голос Первый. — Может быть, подберем поврежденный истребитель и поищем тело Пятого?
— Зачем? Мы потеряем несколько часов, этот сукин сын может прыгнуть во второй раз!
— Даже поврежденный истребитель стоит дорого. А наш тип андроидов и вовсе бесценен. Надо хотя бы убедиться, что они полностью уничтожены.
Вместо ответа Михайлова, злясь больше на себя, скорректировала курс на максимально близкое прохождение к последнему месту локации Пятого. "Какой-то андроид подумал о пользе отряду, а ты снова психанула и рванула мстить", — корила она себя, принимая на борт Шестую.
Потеряв три часа на прочесывание космоса в поисках Пятого и его истребителя, они так ничего крупнее двух кусков крыла по метру, не нашли. Света уже успокоилась.
* * *
Михайлова крепко задумалась перед прыжком. По всем правилам преследования, задержка даже десять минут между прыжками уже позволяет кораблю противника скрыться, ведь с учетом нестабильности времени прыжка, разница может представлять больше шести часов.
— Думаете, нет смыла преследовать противника? — осторожно спросил Давид.
— Да. Возможно, смысла не было изначально — он прыгнул в пустую систему. Там может быть засада.
— Тогда вернемся к исполнению миссии? — предложил андроид.
— Да… — Михайлова сама не ожидала, насколько легко приняла решение, получив одобрение. — Штурман, курс на Дагорту — 7. Прыгайте по готовности.
Она продолжала внимательно следить за действиями штурмана и навигатора, пытаясь понять, насколько четко они представляют, что необходимо делать. Несмотря на то, что это был уже второй их прыжок, Светлана боялась, что они завалят входной вектор. Хотя как это может сделать компьютер — не понятно. За неделю довольно близкого общения, она обратила внимание, что эмоции есть только у Кали. В то же время у Давида наблюдалась гипертрофированная ответственность за свой отряд, и как этого добились от машины, Наемник не понимала.
Ей самой чуть ли не с детства вдалбливали, что на ней будет ответственность за десятки и сотни жизней, а она просрала свой отряд буквально за неделю. Чувство безысходности, чуть притупившееся после подавления мятежа, никуда не делось.
По первым тренировкам Светлана не поняла, что ей не нравится в новых подчиненных. Лишь к концу первой недели работы на симуляторах до нее дошло, что не так. Ее андроиды были идеальными мишенями! А чего еще она ожидала от примеривших новые прошивки роботов, которые к тому же еще и в четыре раза слабее обычных боевых искинов? Да, Михайлова поставила им режим 7/24 тренировок боевых ситуаций, в надежде, что они хоть немного подучатся, ведь они самообучаемые, но чем дальше, тем меньше она в них верила. Потеря аэрокосмического истребителя окончательно выбила ее из колеи. Запасная машина была — ее, но… всего два истребителя — это исчезающе мало для охраны целой звездной системы. Особенно если один из них — летающая мишень.
Когда корабль прыгнул, Михайлова встала и скомандовала:
— Всем спасибо. Дальше работаем по привычному расписанию, — и ушла к себе.
Новая каюта ей не нравилась, но здесь она могла остаться одна, немного полежать и пожалеть себя. От запасов спиртного ничего не осталось, да Светлана и не рискнула бы сейчас пить — сильнейшие антибиотики она принимала три раза в день, еще дважды — ходила на процедуры контроля и коррекции протезов.
Общение с Кали немного скрашивало одиночество, с пленниками Светлана так и не смогла найти общий язык, а Маттера пока не приходил в себя. Ей казалось, что его возвращение будет как луч света, и она с нетерпением ждала этого момента.
* * *
Светлана чертыхнулась, разбуженная зуммером комма, и зло ткнула прием:
— Что случилось?!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Пришел в себя Поль Маттера, мэм! — Кали умела мгновенно определять степень агрессии командира, и не теряла ни секунды на лишние объяснения. — Вы просили немедленно доложить вам, что я и сделала!
— Молодец, сейчас буду, — Михайлова с усилием села на кушетке и с грустью посмотрела на протезы.
Понятно, что Поль тоже не в форме, но у него хотя бы все на месте. Глянув в зеркало, Она загрустила еще больше, и полезла-таки в душ. Три минуты ультразвука, еще две — под водой, и, обтеревшись полотенцем, Светлана почувствовала себя значительно бодрее, чем обычно. Возможно, не стоило отказываться от душа целую неделю. Быстро собрав волосы в высокий хвост, Михайлова взгрустнула о сережках, которые могла бы надеть, если бы ее каюту не взорвали, и направилась в лазарет.
Коридоры "Весельчака Пита" были пусты: андроиды тренировались, бунтовщики — сидели. Зайдя в медотсек, Светлана невольно улыбнулась, увидев Маттера. Слишком уж забавно округлились его глаза, когда он заметил ее. Впрочем, улыбка быстро прошла: Поль побледнел и в его зрачках отразился страх. "Чертовы протезы, — подумала Светлана. — Испугала мужика…"
Впрочем, Светлана и сама немного ужаснулась, глядя на пилота. Слишком разительно было отличие старой и новой кожи, недавно пересаженной Кали на место сожженной половины лица и тела Маттера. Полностью лысый череп и отсутствие уха тоже его не красили.
— Привет, Поль, — попыталась улыбнуться Светлана. Получилось, судя по всему, не очень — истребитель дернулся, как будто от неожиданности. — Я так рада, что ты, наконец очнулся… — Светлана судорожно схватилась за пластиковый купол, который ограждал его от агрессивной внешней среды. — Ты не представляешь, как одиноко я себя здесь чувствую…
После этих слов Маттера выдохнул и вроде чуть-чуть успокоился. Кислородная маска закрывала его лицо, но он быстро нашел сенсорную панель, которая плавала в питательном составе рядом, и тут же набрал на ней:
"Светлана, ты не представляешь, как я сам рад! Я ведь был уверен, что умер и мы больше никогда не увидимся!"
Михайлова, против собственной воли, почувствовала, как расплывается в счастливой улыбке. То, что в последнюю минуту Поль думал о ней, грело душу.
"Давно я тут? Что случилось?"
— Произошел захват власти на корабле. Но я подавила мятеж, — Светлана ощутила гордость за то, как это сказала. Просто, без всякого самолюбования. Просто стала единственным в истории Наемником, пережившим мятеж на корабле. Чего такого-то? Да как два пальца об асфальт.
"А почему меня покалечило взрывом?" — поинтересовался в ответ Поль.
Это покоробило: парень явно не оценил, что, собственно, сделала Светлана, и она сухо ответила:
— Мой безопасник взорвал себя, чтобы уничтожить всех организаторов заговора. Ты просто попал в радиус взрыва.
В глазах Поля отразилось облегчение. Он написал:
"Я сидел в дальнем углу, мне просто повезло. Есть еще выжившие?"
— Нет, ты единственный, кто выжил в кают-компании.
Маттера тяжело вздохнул: "Много людей погибло? Это новый экипаж?" — от показал глазами на Кали.
— Погибли практически все, — ответила Светлана. — И — да, это мои новые наемники… — она замялась. — Твой контракт не аннулирован. Кали говорит, через неделю ты сможешь приступить к тренировкам…
Поль обрадованно кивнул: "Я с нетерпением жду этого момента!.. Ты будешь заходить ко мне, пока я выздоравливаю?!"
Светлана улыбнулась:
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Каждый день…
* * *
Кали поймала Давида в коридоре и потребовала:
— Первый, сколько можно бегать от меня?! Остановись!
— Я уже говорил тебе, что информация не подтверждена, сколько можно повторять?! — спокойно ответил тот.
— Ты начальник службы безопасности Наемника, и ты наш бывший командир! Ты обязан защищать и нас, и ее! — возмутилась Кали. — Так делай хоть что-нибудь!!!
