была беременной, точно бы угодила в какой-нибудь гарем. Так считала Валентина Ивановна. Она чувствовала себя виноватой, с утра до вечера готовила всякие вкусности и старалась порадовать Елену всем, чем можно.
Нет худа без добра. Елена и Сергей вернулись домой почти на месяц раньше. Как раз к дню рождения Серёньки. Николай Петрович замолвил за них слово. Елена позже узнала, что ему здорово влетело из-за неё. Но ни словом, ни делом этот человек никогда не вспомнит об этом. Как Елена была благодарна этим людям, настоящим патриотам. Каждый день они встают и ложатся с гимном нашей страны в голове. Они живут и работают вдали от своих семей, детей, от своих берёз и озёр. У них огромные горячие сердца, они неравнодушны ни к чьей судьбе. И она гордилась, что эти люди – их друзья. И что бог дал им возможность общаться уже на русской земле после их возвращения. Они, Николай Петрович и Валентина Ивановна – желанные гости в столетовском доме всегда, в любое время.
Вернулись 16-го, а 17 ноября в их доме был пир на весь мир. Гуляли все. Но Лена с Сергеем никак не могли отлипнуть от маленького сына, который сам вышел к ним навстречу и назвал их мамой и папой. Они пропустили и первое слово, и как сам стал сидеть, и сам ходить. Но главное, что он их узнал, чему и сам был рад до глубины своего маленького сердечка. Золотые родители Елены над этим поработали, чем очень осчастливили семью Столетовых.
Дома Лена чувствовала себя хорошо. Отдохнув душой, вышла на работу. Её восточные изыскания пришлись по душе Костику. Было ясно, что без неё не всё ладилось в ателье. Неcколько проектов пылились на полках, половина девочек-белошвеечек перешла работать в другое место. Но Алиса, взяв несколько уроков у приезжавшей Алиции, увлеклась фотографией, вернее фотосъёмками. И теперь можно было делать проекты ещё интереснее, подключая к генеральным планам фотокарты местности, нулевых уровней и дизайнерских предложений. Становилось всё интереснее и интереснее. Круг их идей расширялся, мысли роились кучами, впереди маячили перспективы. Но первое, что они замыслили, это продолжение дипломной работы "Восток – дело тонкое". Сами засели за машинки, резали и кромсали, спорили и хвалили оставшихся девчонок, соскучившихся по настоящему делу.
Сергей с Виктором вплотную приступили к осуществлению своей мечты. Машины, двигатели, запчасти и топливо вошли в жизнь, как хлеб и вода. Всё складывалось замечательно.
В одну из суббот, когда они собрались за маминым столом, налепив воз пельменей, в дом вошёл новый человек. Его звали Евгений, и он пришёл просить олиной руки. Нет, они, конечно, знали, что она с кем-то встречается. Но что дело зашло так далеко, это был сюрприз. Ольга училась в мединституте, училась с удовольствием, параллельно работая медсестрой в госпитале для опыта. Там и познакомилась с лейтенантом Женей. Всего месяц назад. И вот, нате вам.
Немую сцену надо было завершать. Стоящая за спиной своего лейтенанта Ольга была ни жива, ни мертва. А он, держа в руках просто кучу цветов, смотрел на них всех, как бы изучая.
– Я так понимаю, что цветы вы принесли для девочек? Так давайте, – весело произнесла Елена, – мой какой?
Евгений улыбнулся и протянул букет нереально длинных ромашек, зимой. А маме красные розы. Розовые розы, высотой примерно с Олю, он, повернувшись отдал ей. Взял за руку, подвёл к родителям и, сев на колено, поклялся любить и лелеять её всю жизнь.
Свадьбу наметили на апрель месяц. А в марте родилась девочка Алёна. И если сказать, что с появлением этого ребёнка дом встал на уши, это ничего не сказать. Елену привезли домой в полуживом состоянии. За пять дней она если и спала, то только стоя. Как только собиралась прилечь, включалась сирена со сломанным выключателем. И так первые три месяца. Процветал лунатизм. Чтобы хоть как-то существовать, спали по очереди. Сергей и Иван Иванович ещё и работали. А маленький Серёжка болтался между ними всеми: кто свободен, тот и цеплял.
Свадьбу перенесли на июнь, Костик с Алисой и родители Евгения взяли все приготовления на себя. Ольга ещё и сессию сдавала, а Жене пришлось до свадьбы уехать к месту службы. Жизнь вносит свои коррективы. Ради своего любимого Ольга перевелась в другой институт, вставала в пять часов, тряслась на электричках час туда, час обратно. А родив своего Ванечку, оставила его через три месяца маме Зине. И моталась, как помело, между сыном и мужем. При первой же возможности, Оля его забрала, устроив в ясли при гарнизоне, где они служили. А ещё через несколько лет, когда Ольга уже закончила институт и работала педиатром в военной поликлинике, они с Евгением разошлись. Обнимая Алёнку, она часто говорила:
– А ведь ты меня предупреждала. А я не услышала, хотя ты орала во всё горло.
В один прекрасный день Елена проснулась не от крика своей дочери. Она проснулась сама. И в первый момент перепугалась, где же Алёна? Та сопела в две дырки под мышкой у своего отца. А он смеялся глазами, глядя на перепуганную жену.
– Я с ней поговорил, она больше не будет.
– Что не будет?
– Орать не будет. Немножко поголосит, чтобы не бросать сразу.
И постепенно всё наладилось. А когда в их доме появился Ванечка, Серёжка уже ходил в ясли, а Алёна была на старте. Ну что делать, всем надо работать. А маме Зине хватало и Олиного сына.
Сергей с Виктором стали ездить в командировки по автозаводам, набирались опыта и знаний. Возвращались всегда с подарками, старались устраивать интересные выходные. У Виктора тоже было двое сыновей. Дети с удовольствием общались между собой, заполняя всё пространство.
Они очень любили их дом, папин дом. Но как-то Елена решила посмотреть на здание, которое Сергей сначала построил, а потом продал. Раньше было не до этого. Внешне строение действительно было похоже на проект её мечты когда-то. Забора не было. На первом этаже горел свет. Набравшись смелости, Лена постучала. Дверь открыла очень симпатичная темноволосая девушка. Елена даже растерялась. И неожиданно брякнула:
– Я ищу Сергея Столетова. Это его дом?
– Да! Но его нет дома. Зайдите завтра, к вечеру. Всего доброго!
Лена Столетова обалдела, ведь Сергей должен был приехать только через два дня.
Вернулась домой. План уже созрел в её голове. Она присмотрела местечко, где её не будет видно, а ей всё, как на ладони. Завтра, к вечеру.
На душе было как-то спокойно. До того момента, пока
