группы дружинников, бегущих к соседним башням, чтобы оттуда по стене пойти отбивать захваченные ворота.
– Вижу, – ответил землянин, – Отстреливаемся, пока не израсходуем боезапас, а потом скроемся в люке и запрёмся изнутри. Думаю, успеем продержаться.
– Успеем! – радостно засмеялся янычар и в этот раз направил указующую руку в сторону города.
Тут и Егоров увидел, как в полукилометре от замка по улице к ним быстро приближается колонна всадников, которых можно было бы принять за кентавров.
Игорь не сразу сообразил, отчего у него возникла ассоциация с мифическими созданиями. Но, присмотревшись, догадался, что необычный вид растянувшейся кавалькады вызван посадкой на каждую из лошадей двух всадников.
Майен или Тэг, или оба вместе, сообразили использовать метод перемещения земных тамплиеров, чтобы направить на ускоренную подмогу своему командующему максимально возможное количество воинов.
Примерно оценить, сколько лошадей гирфельские десантники реквизировали в рыбацком поселении, у попаданца уже не оставалось времени – враг с обеих сторон кинулся в атаку, и на Гарки, и на графа Приарского – но можно было надеяться, что не меньше сотни, а значит вот-вот численного перевеса у дружинников графа Гжарского не останется.
– Стреляй в ноги, – скомандовал землянин, перезаряжая арбалет после первого и, естественно, удачного выстрела в колено наступавшему впереди своих подчинённых десятнику, – Мы не кровожадные, – он, словно автомат, успел наложить следующий болт, – Нам бы только день простоять, да ночь продержаться.
Щиты атакующим не сильно помогали. Будь дружинники более решительны, они смогли бы быстро преодолеть жалкие пятьдесят метров стены и вступить с захватчиками в схватку на мечах. Но вояки графа Гжарского осторожничали, отчего потеряли четверых человек ранеными, пока добрались до башни.
Тем не менее, врагу удалось приблизиться. Захватить с собой короткие лестницы или доски недотёпы не сообразили, и сейчас для штурма верхней площадки башни им пришлось использовать примерно тот же способ, что и двумя десятками ранее применил Гарки. Только ловкостью и приёмами янычар дружинники не обладали, поэтому забирались ногами на щиты и спины, подставленные их товарищами.
Игорь и его помощник извлекли мечи, но прежде, чем они встретили сразу троих появившихся между зубцами врагов, им пришлось уклоняться сразу от пяти копий, брошенных в них со стены.
Это не были метательные дротики, в гирфельцев полетели обычные короткие пики, которые использовались, как пехотинцами, так и кавалеристами, поэтому Игорь успешно уклонился от одной и отбил вторую. А вот в его младшего товарища, на долю которого досталось три брошенных копья, попало сразу два.
Само качество метательного оружия и расстояние, с которого его бросили, не позволили пробить даже лёгкий янычарский доспех, однако, ушибы спецназовец, похоже, получил серьёзные.
– Уходим! – скомандовал ему Егоров, нанося укол мечом в лицо первому оказавшемуся на площадке противнику, – Бегом вниз! – повысил граф голос, заметив, что янычар не торопится оставлять своего командира.
Удар попаданца разрезал щёку дружиннику, однако, тот даже не обратил на это внимания, занеся руку для рубящего удара сверху.
Воспользоваться моментом, когда враг подставил открытый бок, Игорь сообразил мгновенно. Сделав шаг в сторону башенных зубцов, он пронзил остриём булатного клинка кожу доспеха, погрузив меч в тело гжарца почти на треть, а когда извлекал оружие, боком ударил ногой в голову следующего дружинника, ещё только переваливающегося через парапет, отправляя очередного противника в полёт обратно на стену.
Следующего врага Егоров обезоружил приёмом Лойма и не добивая попятившегося гжарца метнулся к лестнице.
Землянин хотел было крикнуть сражающемуся на соседней башне Гарки, чтобы тот также оставил свою площадку, но заметил, что с капитаном сразу пятеро янычар, и они вполне могут продержаться не отступая вниз.
– Задвигай, – сбежав на лестницу, Игорь помог напарнику задвинуть тяжёлую крышку и припереть её засовом со стопором.
То, что должно было помогать гжарцам оборонять башни изнутри, теперь помогало гирфельцам.
– У меня ещё восемь болтов осталось, – доложил янычар, заряжая арбалет.
– Молодец, чё, – хохотнул Игорь, не над рапортом подчинённого, а над тщетными усилиями захвативших верхнюю площадку дружинников, без инструмента, с одной только нецензурной руганью пытавшихся вскрыть люк, сделанный из толстых дубовых досок, – Но здесь нам арбалеты уже не понадобятся. Бойцы Гжарского опоздали и сейчас сами это поймут.
Внутри башни раздался противный скрежет и лязг цепей. Оставленные у поворотных механизмов янычары увидели прибывшую подмогу и начали поднимать решётку, одновременно опуская закрывавший арку прохода мост через ров.
Игорь с помощником сбежали на первый этаж, где Малыш с компанией защищали входную дверь. Приоткрыть проход на ширину плеч у противника получилось, а вот войти в него нет. Им мешали баррикада, летящие навстречу болты и несколько трупов на пороге.
Через пару минут после того, как Игорь спустился, атака входа прекратилась совсем. С замкового двора донеслись яростные крики и звуки завязавшегося сражения.
– Разбирайте проход, – землянин пнул ногой по одному из двух шкафов состряпанной на скорую руку баррикады, – Здесь мы свою задачу выполнили. Посмотрим, что почём у донжона.
Граф Майен и Тэг Вилл сумели быстро вычислить местонахождение своего командира, и на выходе из привратной башни Игоря встретили оба.
– Маршал, мы не задержались? – с чуть заметной улыбкой спросил граф Моснорский.
– Как видишь, нет, – Игорь окинул взглядом двор, наполненный вооружёнными людьми, сражающимися друг с другом, – Но дело ещё не закончено. Пошли.
– Так может, мы дальше без тебя обойдёмся? – ненавязчиво перекрыл дорогу своему сюзерену барон Тэг.
Глава 17
Штурмовать донжон гирфельцам не пришлось, и само сражение в замке завершилось быстро.
Увидев подавляющий перевес нападающих и получив гарантии сохранения себе и своим детям – двум противным высокомерным и трусливым оболтусам тринадцати и четырнадцати лет – графиня Гжарская, злобная – или её так рассердило вторжение? – тридцати с чем-то лет худая, остроносая женщина сдалась на милость победителя.
Сам местный владетель отсутствовал, присоединившись с большей частью дружины, гжарским егерским полком и отрядами своих вассалов к армии виконта Ванитена Биранского, пятидесятилетнего старшего сына-наследника герцога Сероба.
Пошёл, как говорится, по шерсть, а вернётся стриженным. Возвращать Гжар прежнему владельцу Латана не собиралась. Её советник, спаситель и друг предложил кандидатуру барона Тэга Вилла, как нового графа присоединённого манора.
И принцесса Ливорская, и её друг Игорь считали, что герцог Сероб должен заплатить за попытку присвоить себе чужое Варское графство. Пусть отдаст теперь южную провинцию, принадлежность которой Бирану не менее спорная, чем случившаяся десятилетие назад передача Вара Гирфелю. Правда, сначала маршалу принцессы Ливорской ещё необходимо одержать убедительную военную победу.
Рекомендуя принцессе своего вассала Тэга Вилла, которого успел узнать в походах, боях и трудах, Игорь искренне сказал венценосной подруге, что с
