1-я кавалерийская дивизия, и на ее действиях мы остановимся чуть подробнее. Фактически дивизия была включена в войсковую группу — ее начальнику генерал-лейтенанту В. И. Гурко в оперативном отношении подчинялась и 5-я стрелковая бригада. Дивизия активно действовала на левом фланге 1-й армии.
Генерал-лейтенант
В. И. Гурко (Ромейко-Гурко).
Одной из ее первых боевых операций была высылка трех эскадронов (по эскадрону от каждого армейского кавалерийского полка) и казачьей сотни на территорию Восточной Пруссии для проведения разведки. Причем решалась комплексная задача — выполняя ответственную функцию обеспечения левого фланга армии, дивизия регулярно осуществляла разведывательные действия.
Сигналом для первых операций дивизии послужило то обстоятельство, что «Генерал Гурко получил от Штаба Армии сводку о неприятеле, согласно которой 1-й Германский корпус подошел к границе»[61].
Русская конница в Восточной Пруссии.
Первый бой частей 1-й кавалерийской дивизии произошел у Маркграбова. У города наблюдалась концентрация германских войск. Получив 31 июля приказ командования армии осуществить поиск у Маркграбова, В. И. Гурко решил привлечь к выполнению задачи вверенный ему отряд полностью. План генерала заключался в охвате Маркграбова с флангов конницей, в то время как пехота (20-й стрелковый полк с артиллерийской батареей) будет атаковать город с фронта. Исследователь деятельности конницы 1-й армии в период Восточно-Прусской операции В. Рогвольд следующим образом охарактеризовал замысел начальника 1-й кавалерийской дивизии: «Для наступления на г. Маркграбова был предпринят довольно сложный маневр, видно желание не только взять город, но захватить бывшие там немецкие войска, для чего центральная конная группа направляется в тыл Маркграбова»[62]. Противостояли частям В. И. Гурко германские 44-й пехотный, 147-й егерский, 10-й конно-егерские полки и ландверные части с артиллерией.
Но тактической внезапности достигнуть не удалось: местные жители, поджигая скирды соломы и амбары, клубами дыма указывали направление движения колонн русских войск. Таким образом указывалось не только точное направление, но и скорость их передвижения. Причем сигналы были видны с огромных расстояний. А затем, при приближении русских кавалеристов, наблюдались исчезающие вдали немцы-велосипедисты[63].
Проведя получасовой бой, русские овладели Маркграбовом. Участник событий, офицер Сумского гусарского полка, вспоминал: «Завязался оживленный стрелковый бой… С наблюдательного пункта было видно, как к Маркграбово подошел поезд. Очевидно, к немцам подошло подкрепление, так как огонь с их стороны значительно усилился. 4-й эскадрон снова пытался продвинуться вперед, но огонь противника вновь принудил его остановиться. Выехавший в цепь верхом командир эскадрона ротмистр Лазарев был убит… К усиливающемуся огню немецкой пехоты присоединился огонь их батареи»[64].
Из городских окон велась винтовочная стрельба, вели огонь и пулеметы. В атакующих уланских цепях появился и комдив.
В городе русскими было захвачено большое количество германской корреспонденции, оказавшейся очень полезной армейскому командованию с разведывательной точки зрения. Соответственно, бой у Маркграбова можно охарактеризовать как «разведку боем», и в этой части конница свою задачу выполнила.
Исследователь Восточно-Прусской операции И. И. Вацетис отмечал: «Было выяснено присутствие в районе Гольдап — Ковален — Маркграбово частей полков 2-й немецкой дивизии и 10-го конно-егерского полка, составлявшего конницу 2-й пехотной дивизии, и частей 4-го ландверного полка. Столь обстоятельные сведения, полученные от ген.[ерала] Гурко, должны были показать штабу 1-й русской армии, что 1-й германский корпус разбросан на огромном фронте в двух группах: в районе Сталупенена — 1-я дивизия, в районе Гольдап — 2-я дивизия»[65].
Русская конница в Восточной Пруссии.
В бою 1 августа 1914 г. у Маркграбова 1-я кавалерийская потеряла 2 офицеров и 4 рядовых убитыми; 4 офицеров и 21 рядового ранеными; 5-я стрелковая бригада — 1 офицера и 7 нижних чинов убитыми, 40 нижних чинов ранеными[66].
Русская конница в Восточной Пруссии.
4 августа гуркинские части атаковали противника у дер. Ковален. Германцы были сбиты с позиций и отошли. Результатом боя стало получение разведывательной информации — было вскрыто присутствие 44-го пехотного и 4-го гренадерского полков противника — то есть 2-й пехотной дивизии. Цель, поставленная отряду В. И. Гурко, была достигнута: деревни Бабкен и Ковален заняты, железная дорога и шоссе Гольдап — Маркграбов перерезаны, фланг 4-го армейского корпуса надежно прикрыт.
5–6 августа кавалеристы осуществляли разведку и порчу железнодорожных путей.
Русская конница в Восточной Пруссии.
Нанеся поражение противнику в Гумбинненском бою 7 августа, 1-я армия увлеклась осадой Кенигсберга, а ее левый фланг в лице 1-й кавалерийской дивизии должен был войти в соприкосновение со 2-й армией А. В. Самсонова. В. И. Гурко запросил армейское командование — может ли он действовать более активно? И двинулся к г. Ангербург. 10 августа 1-я кавалерийская заняла город (продвинувшись за день на 30 км), но целеуказания командующего армией сыграли негативную роль, так как направили В. И. Гурко не к западу, а к северо-западу от г. Ангербург. 11 августа, двигаясь на г. Инстенбург, части дивизии прошли за день 20 км, постепенно уклоняясь к востоку. В этот день, стремясь наладить «локтевую связь» с правофланговыми войсками самсоновской армии, командование 1-й армии дало отряду новую задачу.
На него была возложена не только задача установить связь со 2-й армией, указывалось также на необходимость осуществления разведки на 60-километровом фронте. Дивизия постоянно выделяла разъезды в составе 12 солдат под командованием офицеров либо из 6 солдат, руководимых унтер-офицерами. Разъезды вели разведку, обычно в течение 48 часов, иногда удаляясь от полков более чем на 30 км[67].
12 августа кавалеристы, продвинувшись за день на 25 км, заняли г. Норденбург. 13 августа, пройдя 35 км, вышли к железнодорожному узлу Коршен — он был взят 14 августа (общие потери отряда—19 человек).
Дислокация отряда Гурко к началу Восточно-Прусской операции и поиск у Маркграбова.
В. И. Гурко 15 августа зафиксировал отход немцев, перебрасывавших свои главные силы против войск 2-й армии, и доложил об этом факте командованию 1-й армии. Он отметил, что уже второй день немцы, несмотря на наличие пехоты и превосходство сил, ведут оборонительные бои, «как бы прикрывая отступление….»[68]. В этот же день: «8 час. 30 мин. вечера 14-го по шоссе с севера на Бишофштейн проследовало 32 автомобиля с пехотой, не менее 12 орудий. Наблюдатель предполагает дальнейшее движение автомобилей на Рессель»[69]. Командующий армией использовал полученную от В. И. Гурко информацию в донесении командованию фронта, отметив, что 14 августа в районе Подлехен — Глаубитен у отряда был
