то этот храм науки превратится в настоящую крепость и встанет костью в горле даже у разлома. Хотя слишком долго такому бедствию не смогут сопротивляться даже несколько десятков высокоранговых одарённых. Не было ещё случая, чтобы кто-то вышел победителем из такого противостояния.
Однажды в Империи решили взять разлом под контроль. Нагнали войск и с помощью одарённых земельников возвёли вокруг него крепостную стену. Управились довольно быстро, после чего войска отступили за стены и заняли их. Результат вышел плачевным. Следующий разлом случился практически сразу в паре вёрст от укрепления и хлынувший оттуда поток тварей смёл защитников, да ещё и проломил стену, освободив проход для тварей из прежнего прохода.
Посчитали это случайностью и попытались взять под контроль ещё один отдельный разлом. Но картина повторилась. На этом попытки прекратились. По периметру пятен стали возводить небольшие заставы с гарнизоном из пары-тройки десятков воинов, которые более или менее контролировали границу. По меньшей мере, выступая в роли эдакого зубатого живца…
— Ну, я пошёл, — подмигнул мне Вальцов, и резво сбежал к преподавательскому столу.
— Нус-с, Дмитрий Витальевич, хвастайтесь своими успехами.
Глебов протянул моему другу опустошённую сферу на пару сотен единиц. Мой товарищ взял её и с эдакой ленцой подбросил на ладони, а затем сжал пальцы, начав перекачивать в него ману из своего вместилища. Он простоял секунд двадцать, после чего передал сферу алхимику, и тот оценив её содержимое, объявил.
— Двадцать шесть единиц. Твёрдый третий ранг. Можете присаживаться. Следующим пойдёт, Волков, — перекачивая ману в крупную сферу вызвал Глебов.
Ну что сказать, Дмитрий явственное доказательство моих прошлых выводов. При его затратах на зелья роста, у него уже должен был быть твёрдый четвёртый ранг, а то и пятый. Всё же поначалу они растут быстро. Но он явно манкировал медитациями на каникулах и в выходные дни.
Впрочем, это не так чтобы и плохо. Преподаватели не запрещают использовать буст, но постоянно призывают к тому, чтобы студенты не увлекались. Они настаивают на том, что чрезмерно быстрый рост вместилища и возможностей одарённого во время освоения азов, несёт больше вреда, чем пользы. Может и так. Но я предпочитаю как можно быстрее набрать силу.
— Ртищев, — наконец вызвал Глебов меня.
Я прошёл к столу и приняв из его рук сферу начал перекачивать в неё ману, при этом не выказывая поспешности. Не стоит выдавать себя слишком высокой скоростью её перекачки. Тем более, если я захочу, то смогу сделать это очень быстро, пусть и не мгновенно. Ещё одна моя особенность.
— Тринадцать единиц. Второй ранг. Садитесьсь. Следующим пойдёт…
— Погодите, Пётр Аверьянович. Ртищев, а почему вы не слили в сферу всю ману? — вмешался инспектор.
— В смысле? — изобразил я искреннее удивление.
— В смысле я видящий, и вижу ваше вместилище столь же ясно, как и вы сами.
Оп-пачки! Засада. Весьма редкая способность. «Распознавание» позволяет вычислить одарённых и магических тварей, но их потенциал остаётся загадкой. Видящие же обладают способностью оценить объём вместилища или сферы. Стоило мне догадаться, что такие непременно должны быть на службе царя, и именно им и следует поручать инспекцию по определению потенциала студентов.
— Просто не желаю, чтобы другие знали о том, что я регулярно использую зелья роста, — пожав плечами, не моргнув глазом соврал я.
По аудитории пронёсся шорох шепотков. Что и говорить, мои однокашники были сильно удивлены произошедшим. Ведь все из кожи вон лезут выпячиваясь и бахвалясь своими успехами в овладении даром. Рост вместилища, новые цепочки, у кого длинее, у кого толще и далеко не только парни. А тут вдруг такое.
— Что так? — с самым наивным видом поинтересовался инспектор.
— Не желаю плодить завистников.
Теперь раздались смешки и колкости. Правда, чтобы расслышать, что именно говорят друг другу студенты, нужно серьёзно напрячь слух. А то и руны задействовать.
— Глядя на вас и не подумаешь, что вы настолько состоятельны, и способны на подобные траты.
— Этого я так же не желал выставлять напоказ.
— Вы имеете сомнительные доходы?
— А вы царский мытарь?
— Я царский инспектор и вам не следует меня обманывать.
— Разве закон или царский указ обязывает меня сообщать о своих успехах в овладении даром? Насколько мне известно это личное дело дворянина. А систематические измерения носят лишь рекомендательный характер.
Нет, понятно, что это бред сивой кобылы и розовые слоны. Сильным мира сего всегда и до всего есть дело, и уж тем более до сильных одарённых, которые считаются серьёзным ресурсом. Но законодательно это никак не регламентируется. Так что, если захочу, то могу спокойно покинуть аудиторию не опасаясь каких-либо санкций. В теории. Ага.
Я обозначил кивком поклон и занял своё место. Меня тут же пихнул в бок Дмитрий, требующий объяснений. Но я лишь покачал головой, мол отстань, не до тебя. Поймал на себе заинтересованные взгляды практически всех девиц нашего потока. Похоже моя популярность только что взмыла ввысь ракетой. И это только первый звоночек.
Как только прозвенел звонок, я поспешил покинуть аудиторию, и вообще университет. Нужно валить. Причём не в патриотическом смысле, а в либерастическом. Я буквально ощущаю как у меня под ногами горит земля.
Ну не хочу чтобы мною помыкали другие по своему усмотрению. Разумеется я не против занять достаточно высокое положение. Но лучше уж его добиться самому, чем оказаться в роли… Ну не знаю, бесправного зятя примака, живущего в доме тестя на птичьих правах.
Что делать? А жениться. Лена вполне подходящая кандидатура, и в Нефёдовском имеется церковь. После венчания я сразу же окажусь в домике. Тут вам не там. Это я не верю в бога и пришёл из мира где таких очень много. А здесь брак освящённый церковью не может порушить никто, кроме самой церкви, которая идёт на подобное с крайней неохотой. Настолько, что и царю может встать в пику.
Чета Нефёдовых такому раскладу будет только рада. Матушка… Ну тут будет всё очень сложно. Впрочем, впоследствии всё устаканится. Вот если я не вступлюсь за её честь, общество предаст меня анафеме. А самовольная женитьба грозит только перемыванием косточек.
— Никита Григорьевич, вас матушка в гостиную кличет, — постучав ко мне в комнату, произнесла из-за двери Матрёна.
— Иду.
Так. Со сборами практически покончил. Я сказал матушке, что намерен отправиться к Нефёдовым, чтобы помочь Лене с переработкой ингредиентов. А там и на охоту отправимся с артелью Владимира Сергеевича. На что
