она возражать не стала. Я уже успел поведать ей о планах на это семейство, и она вполне меня поддержала.
Но едва войдя в гостиную я понял, что мои планы летят псу под хвост.
— Здравствуйте, Никита Григорьевич, — встретил меня инспектор восседающий на диванчике.
— Вы? — искренне удивился я его оперативности.
— Не ожидали?
— Признаться, полагал, что у меня есть больше времени.
— А я гляжу вы уже и в дорожный костюм оделись. Поди и доспехи в готовности, ещё немного и я вас тут уже не застал бы.
— Милостивый государь, может вы всё же потрудитесь объяснить мне, что тут происходит? И к чему нас посетил царский инспектор образования? — обратилась к нему матушка.
— Если совсем коротко, то, как выяснилось, ваш сын, Мария Романовна, сильный одарённый.
Глава 15
В Москву
Матушка с ошарашенным видом смотрела на улыбающегося инспектора. Наконец моргнула раз, другой, вдохнула, так как не дышала некоторое время. Перевела взгляд на меня. Опять на инспектора.
— Кто сильный одарённый? Никита? — растерянно уточнила она
— Именно Мария Романовна, — подтвердил инспектор.
— Это не так, — возразил я. — Матушка просто я использовал зелья роста. Нашлась одна вдовушка, которая проявила обо мне заботу и…
— Никита Григорьевич, не стоит нагромождать ложь, — подняв руку в останавливающем жесте, произнёс инспектор. — Я наблюдал за вами пока вы находились в аудитории и видел насколько быстро восполняется мана в вашем вместилище. Навскидку скорость регенерации выше чем у среднестатистического одарённого раза в три, а может и в четыре. Полагаю, что вы это знаете точнее меня.
— Никита, как ты мог… — начала было матушка.
— Прошу меня простить, Мария Романовна, но если позволите, вы после поясните вашему сыну, насколько серьёзно он провинился.
— Да конечно, — покладисто согласилась она.
— Итак, согласно указа его величества все сильные одарённые имеют право проходить обучение в Московском государственном университете, на полном царском коште. С этой минуты вы, Никита Григорьевич, находитесь под личным покровительством государя. Мария Романовна, вот предписание, согласно которого вашему сыну надлежит явиться в столичный университет уже завтра. Его документы на перевод готовы, забрать их можете как вы, так и Никита Григорьевич.
— Но право ведь не обязанность, — попытался возразить я.
— Вы так думаете? — вздёрнул бровь инспектор.
— А если окажется, что я женат, то…
— Как женат? — встрепенулась мать.
— Если вы уже женаты, это одно, — вперил в меня строгий взгляд инспектор. — Но если решите жениться теперь, то очень не советую вам этого делать. Во всяком случае, поставьте в известность о сложившейся ситуации как саму невесту, так и её родителей. Не думаю, что они захотят навлечь на себя немилость его величества.
Угу. А в первую очередь достанется тому, кто проморгал сильного одарённого. Отсюда и оперативность этого клятого инспектора. Впрочем, мне от того, что ему так же достанется ничуть не лучше. Похоже придётся признать, что этот раунд я проиграл. Нужно было раньше обвенчаться с Леной. Тогда бы и матушка с лёгкостью согласилась. Однако, эта возможность упущена.
— Так я и думал, — удовлетворённо кивнул инспектор. — За сим, позвольте мне откланяться.
Мать пошла провожать гостя, а я остался сидеть в кресле соображая насчёт плюсов и минусов создавшейся ситуации и могу ли я повлиять на неё. Ну для начала о плюсах. У меня появилась возможность завести связи среди молодёжи высшей знати. Что ни говори, но не все среди них отличаются спесью. Адекватных должно быть большинство, хотя адекватный и авторитетный далеко не одно и то же. А тон зачастую задают именно высокомерные ублюдки.
Впрочем не суть. Главное, что в универе однозначно будут нормальные представители высшей знати. И как-то наплевать, насколько активную позицию они занимают в настоящий момент, главное, что у них имеется поддержка, которая не уступит неадекватам. Если получится заручиться их покровительством, а о дружбе не может быть и речи, то последних я и сам смогу окоротить. В этом отношении Орёл мало чем отличается от Москвы, разве только уровень повыше, а так, всё одно и то же.
О Лене, как о претендентке на роль супруги можно позабыть. Что весьма прискорбно. Вот где я был бы не приживальщиком, а полноправным членом семьи вносящим полноценный вклад в её процветание. Впрочем, об этом я уже говорил.
Ситуация изменилась и нужно подстраиваться под неё. А значит, первым делом присмотрюсь к своему будущему окружению и как можно быстрее определюсь с покровителями. Подберу девицу из знатного, но не чванливого рода и влюблю её в себя. Очень надеюсь, что такие всё же есть в реале, а не являются плодом моего воображения.
— Как это понимать, Никита? — встала надо мной вернувшаяся матушка.
— А разве непонятно. Я узнал, что сильный одарённый и не хотел оказаться игрушкой в руках родовитой знати.
— Но мне-то ты мог сказать, — возмутилась она.
— Зачем? Чтобы ты поспешила определить меня в Московский университет в надежде на выгодную партию?
— А что в этом плохого? Какая мать не желает лучшей доли для своего ребёнка.
— Матушка, давай я сам решу, что для меня лучше.
— Сам? Ты? Жизнь это не увлекательный роман. Откуда тебе знать, что лучше.
— И тем не менее, это моя жизнь.
— М-мальчишка! Да как ты смеешь перечить мне!
— Не кричи. Я не глухой. Ты хорошая. Я плохой, — вернул я ей её же прибаутку.
М-да. Чем раззадорил ещё больше. Теперь она разгневалась не на шутку, вон даже пятнами пошла. Вот молодец я всё же, что задействовал своё предвидение. Впрочем, то, что она отвесит мне по полной было ясно и так, вопрос только когда. Я не уворачивался и не отскакивал, просто отошёл на шаг назад, пропуская женскую ладошку перед своим носом. Её даже повело слегка. Хорошо вложилась.
— Не стоит, матушка, — покачал я головой.
— Стой на месте, Никита Григорьевич, — прошипела она.
— Я не позволю тебе меня ударить, матушка. И на лавку не лягу, потому что считаю себя правым.
— Не желаешь быть почтительным сыном?
— Неправда. Я почитаю тебя. И помню о том, что мой долг обеспечить тебе безбедную жизнь и спокойную старость. И богом клянусь, ты получишь и то и другое. Кстати, толпа
