— Все будет хорошо, я обещаю, — произнес он, отпуская меня и кладя обе руки на руль.
Как только я это сделаю, я уже не смогу вернуться. Мы будем обручены, и планирование свадьбы начнется полным ходом. Пока он ехал по Мичиган-авеню, я смотрела на дизайнерские магазины справа от меня. Марк Джейкобс, Барберри и Феррагамо проносились мимо. Это была сенсорная перегрузка. Я видела магазины, огни и машины, пока мои мысли мчались с бешеной скоростью, думая о том, что произойдет, и что я скажу за ужином. Я сосредоточилась на одном, чтобы не потерять сознание — на дыхании.
Вдох — выдох.
Вдох — выдох.
Не успела я опомниться, как мы уже припарковались перед отелем "Пиренеи", ожидая парковщика.
— Я не могу этого сделать, — сказала я слишком громко. И посмотрела на него широко открытыми глазами, стиснув зубы.
Служащий подошел, ожидая у двери Кента, но Кент остановил его, заперев дверь и подняв палец, прося дать нам минуту.
— Перестань, Бет.
Я уставилась на него, а потом крепко зажмурилась и энергично покачала головой из стороны в сторону.
Он обеими руками взял мое лицо, чтобы успокоить меня, заставляя открыть глаза и встретиться с ним взглядом.
— Обещаю, все будет хорошо. Тебе даже не придется говорить ни слова. Мы почти у цели, Бет. Еще немного, и мы поженимся. Тогда все будет кончено, и я смогу выплатить твой долг.
Я прислушалась к силе его слов.
Но я хочу, чтобы брак был вечным.
— Прекрати, — произнес Кент. — Не вздумай сейчас отступать. Все будет хорошо. Разве ты не хочешь избавиться от долгов?
Служащий постучал в окно Кента.
Поведение Кента изменилось, когда он повернулся к нему и бросил на него быстрый взгляд.
— Что? — прошептал он одними губами, снова предостерегающе подняв палец. Затем медленно повернулся ко мне, обхватив мои плечи руками.
— Бет, послушай меня. Ты хочешь избавиться от долгов?
Когда я не ответила достаточно быстро, он мягко потряс меня за плечи и улыбнулся.
— Да или нет?
Я кивнула, но прежде чем успела заговорить, он уже взялся за ручку на двери.
— Хорошо. Пойдем, пока ты не передумала.
Он вышел из машины и прошел мимо служащего, придерживающего ему дверь. Он подошел к другому служащему и отдал ему ключи.
Подойдя с моей стороны, он открыл пассажирскую дверь и протянул мне руку.
— Ты готова?
Готова ли я? Я так не думаю.
У меня не было времени на дальнейший анализ своих мыслей, когда Кент протянул руку, переплел наши пальцы и потащил меня внутрь отеля «Пиренеи».
Он шел впереди, а я держалась за него, сжимая его руку для поддержки. Я думала, что упаду, проходя по мраморному полу, поэтому сосредоточилась на своих шагах. Сосредоточилась на своих черных каблуках, стучащих по мраморному полу. Я подняла глаза, когда он остановился перед экстравагантной цветочной композицией из розовых и кремовых гортензий, роз и пионов. Аромат душистых цветов наполнил мой нос. Он притянул меня к себе и обеими руками обхватил мои плечи. Только тогда я поняла, что он был в костюме, похожим по цвету на мой темно-синий костюм. Как всегда, он выглядел шикарно, и когда я посмотрела на него, почувствовала тех же самых бабочек, как и разряд электричества между нами. На короткое мгновение нервозность и тревога рассеялись, когда я заглянула в его карие глаза.
— Я просто хочу извиниться за то, что произошло пару ночей назад. Я переживал некоторые вещи, это личное. — Он покачал головой. — Я просто запутался. Все, что я знаю сейчас, так это то, что я хочу, чтобы ты была счастлива. Что бы ни привело тебя к этому, я хочу увидеть, как это произойдет.
Он отступил назад, чтобы вытащить что-то из внутреннего кармана пиджака, и мои глаза расширились от того, что он держал в руках.
Это была красная бархатная коробочка с единственным выгравированным словом.
Картье.
— Я ходил по магазинам, — сказал он, и на его щеке появилась ямочка. — Увидел его, и оно напомнило мне о тебе. Оно прекрасно и красиво, — произнес он, пристально глядя на меня.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Он открыл крышку, и внутри лежал один круглый камень на тонкой полоске, которая, как я предполагала, была платиновой.
— Подходит для принцессы.
Он взял мою левую руку и надел его на безымянный палец.
Я посмотрела на камень, который закрывал половину моего безымянного пальца. Бриллиант должен символизировать любовь и надежду на будущее, но больше всего он должен символизировать вечность. А я знала, к нам это не относится.
Толпа вокруг нас взорвалась аплодисментами, вырвав меня из мыслей. Я даже не знала, что кто-то заметил нас, и покраснела от внимания, которое мы привлекли.
— Целуй! — крикнул кто-то, когда охи и ахи стихли.
Кент притянул меня ближе, обхватив руками за талию. Он выглядел моложе, улыбаясь словно мальчишка.
— Может, мне стоило встать на одно колено, — прошептал он.
Мои глаза заметили ожидающих людей, окружающих нас.
— Целуй! — снова крикнул кто-то. — Сделай это.
Его лицо было таким красивым, но более того, его карие глаза сияли. Его близость нервировала, но этого было недостаточно, потому что я хотела быть ближе. Я была поглощена им, и когда он наклонился ко мне, я медленно закрыла глаза.
Что я делаю?
Он поцеловал меня в уголок губ, и когда я подняла глаза, все радостно закричали.
— Тебе оно понравилось? — Спросил Кент, глядя на мою левую руку.
— Оно большое, — ответила я, разглядывая камень на пальце. Я ничего не знала о кольцах, но размер бриллианта был практически с фалангу моего пальца.
— Большое? — Он посмотрел на меня, ожидая большего.
— Большое и красивое, — улыбнулась я, — и очень тяжелое.
Я переплела наши руки, чтобы зрители, особенно женщины, не смогли подойти поближе и рассмотреть кольцо.
Он поцеловал мою руку и повел в ресторан.
— Пойдем. Мои родители ждут нас.
Руку покалывало в том месте, куда он поцеловал. Границы дружбы снова стали размытыми, и я не знала, как это остановить. Почему он это сделал, я не знала, и почему я позволила ему заставить меня чувствовать себя виноватой, тоже.
— Что? — спросил он.
— Я нервничаю, — тихо ответила я, когда мы проходили мимо администратора. — И ты больше не можешь такое делать. Это несправедливо по отношению к Брайану.
Его улыбка исчезла, когда он потянул меня вперед, и мы направились к столу, за которым сидели мистер и миссис Плэк.
Миссис Плэк, как обычно, была аккуратна и совершенна в своем кардигане. Она смеялась над чем-то, сказанным мистером Плэком. Они как всегда выглядели мило и, как им и полагается, как пожилая влюбленная пара. Когда она увидела, что мы подходим к столу, ее лицо просияло, и они оба встали, чтобы поприветствовать нас.
Она поцеловала Кента в щеку и крепко обняла меня. Схватив мою руку, чтобы пожать ее, она подняла ее и уставилась на кольцо. Ее глаза удивленно расширились, когда она посмотрела на Кента.
— Сюрприз! Мы помолвлены, — произнес Кент, наблюдая за реакцией матери.
Ее рот слегка приоткрылся, когда она моргнула пару раз и ошеломленно молчала.
Мистер Плэк отразил ее потрясение, но даже не попытался скрыть его.
— Вы с ума сошли? — спросил он, положив обе руки на стол и наклонившись вперед, привстав.
Миссис Плэк села и потянула мистера Плэка за пиджак, чтобы заставить его сесть рядом с ней, но он не сдвинулся с места.
— Джек, — прошептала она, оглядываясь вокруг.
— О чем ты думаешь? — воскликнул мистер Плэк, глядя прямо на Кента.
— Джек... — миссис Плэк потянула его вниз еще сильнее.
— Карен, это безумие, — огрызнулся он, мельком взглянув на жену, прежде чем сесть.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Когда Кент занял свое место, я последовала его примеру и села. Я заерзала на стуле, пока вокруг нас медленно появлялись зрители.
Лицо Кента оставалось решительным.
— Я знаю, что мы не так давно знакомы, но вы с мамой были помолвлены меньше года до свадьбы, и с тех пор вы вместе.
