Была б она у него…
— Приготовьтесь, пристегнитесь, — объявил Зеленый, доставая снова свою волшебную штуку.
— Это секстант? — деловито поинтересовался Бродяга.
— Октант, — коротко бросил Зеленый, нажимая на газ.
Вот и пойми его: то обиженный, то озорной, то резкий, то серьезный, то всезнайка… Какая сумасшедшая за него замуж вышла?..
Тряхнуло на этот раз не так сильно. Но глаза Рина почему-то закрыла. Словно не веря, что чудо произойдет и сейчас она окажется в Индии. А если закрыть глаза, то чуду произойти легче. Так казалось, во всяком случае.
* * *
— Открывай глаза, типичная женщина, — услышала она громкий шепот над ухом.
— Не фига себе! — присвистнул Бродяга.
— Бродяга! — воскликнула Рина возмущенно. — Последи за лексиконом, а то…
За окном… все было какое-то желтое под голубым небом, еще более ослепительным, чем в Сицилии…
— А где… джунгли? — потеряла Рина всякую уверенность.
— Там, где им и положено, — отвечал Зеленый с явной издевкой, освобождая спутницу от ремня безопасности.
— Но мы…
— Это же пирамиды! — подскочил кошак, всматриваясь в даль. — Серьезно, Перри? — по его тону можно было подумать, что кот сейчас расцелует Зеленого. — Здесь же котов ценят, как богов! Скорей, — он прыгнул контрабандисту на колени и стал царапаться в дверь, — скорей, откройте же мне дверь!
Зеленый усмехнулся и выпустил кота.
— Египет? — прищурилась Рина с недоверием, все еще прилипая к окошку.
Желтая пыль желтой пустыни… И вдалеке впереди видны эти самые пирамиды… И верблюды… И…
— Египет! — не могла она сдержать восторженного восклицания. — Но почему?
— Хна и в Египте производится.
Пьерито повязал бандану, вылез со своего места и обошел внедорожник кругом. Рина все не могла поверить. Кто он, этот контрабандист, что… Впрочем, какая разница — Египет или Индия? Она знала, что он может, и это не делает его особенным и…
— Будешь выходить? — открылась ее дверца, и девушка чуть не вывалилась наружу. Ее ждала ладонь рыжего Перри. — Нам на рынок пора.
— А… да, — кивнула Рина, зарекаясь чему-либо удивляться.
Тут телепорты на каждом шагу, в конце концов.
— Идем на рынок. Конечно. И купи мне какую-нибудь шаурму, пора позавтракать.
— Шантажист из тебя серьезный, — покачал Пьерито головой. — Свитер не хочешь снять?
— Я же не просто так тебе отдаю сэра Айву, — возразила Рина, избавляясь от лишнего слоя полиэстра.
Воздух сухой, ветер дует в глаза пылью, словно пытаясь запугать мумиями, и… так жарко.
— Идем, — потянул Перри ее за руку.
Рина хотела выдернуть ладонь и заявить, что он еще сутки назад считал ее жалкой заикой, так с какой стати теперь… Но не стала. Незачем выяснять отношения с тем, с кем ты скоро попрощаешься навсегда.
— Идем, — согласилась она и пробрюзжала: — А то вместо действий только языками треплем. Так мне дома не увидать.
— Я не понял, — сердито посмотрел на девушку Зеленый. — Ты что, планируешь вернуться в свой Задрюпинск?
— С чего еще Задрюпинск? — возмутилась Рина.
Они вошли в первый ряд маленького рынка на краю пустыни. Запахи специй, дымки восточных кушаний, ароматы благовоний, краски ковров и сувениров, толпа и гомон торговцев, покупателей, туристов и искателей приключений… Окружили со всех сторон сплошным стрессом и сказкой. Рина сжала руку спутника крепче. Потеряться здесь — смерти подобно. Но восторг заставил ее восхищенно раскрыть рот.
— А не Задрюпинск? — лукаво вернул Зеленый к теме. — Да и какая разница — неужели у тебя там такая интересная жизнь? Чем ты там занималась?
— Интересная или нет — неважно, — возразила Рина, сжимая губы плотно. — Зато упорядоченная.
— Не думал, что ты такая скучная, — фыркнул Зеленый, вылавировав на соседнюю улочку с палатками торговцев.
Тут кто-то орал про лучшие полароиды по низкой цене. Все как в привычном мире.
— Жизнь должна быть яркой и состоять из безумств.
— Когда-то я тоже так думала, но теперь переросла такие мысли, — ответствовала Рина, оглядываясь по сторонам с интересом. — Еще Черчилль сказал, что кто в юности не был революционером, у того нет сердца, а кто в зрелости не стал консерватором, у того нет мозгов. Безумства всегда должны быть под контролем.
— Ужасная теория. Хотя то, что цитата принадлежит Черчиллю — спорно.
— Только сегодня! Жемчужина Нила! Купите флакончик для своей девушки, молодой человек! — протиснулся к ним пузатый торговец в разноцветном полосатом халате и тюбетейке.
— Никакой он мне не молодой человек, — плечом отпихнула Зеленого Рина подальше, все же не отпуская его ладонь.
— Господин, — обратился к торговцу Зеленый, не смутившись
