Так! - Мур явно воображал себя тут главным.- Темные делишки тут творятся, братья! Мало того, что из-за алхимика великан разрушил наш замечательный вход в пещеру, мало того, что он допустил, чтобы человек шлялся по нашим подземным коридорам, конечно, собираясь ограбить,- так он еще и персональный дворец себе оборудовал!
Гномы смущенно переводили взгляд с Мура на хмурого алхимика, который с беспокойством следил за мохнатыми лапками собратьев, цапавшими то одно, то другое в его жилище.
А когда один из гномов ухватил веточку розового коралла, который алхимик раздобыл в смертельной схватке с зубастой щукой, тут уж у всякого иссякло б терпение.
Положи на место! - прорычал алхимик, пытаясь вырвать драгоценность из цапучих лапок.
Сородич не поддавался, тянул веточку к себе. Раздался кошмарный хруст! И коралловая веточка рассыпалась на мелкие осколки! Алхимик бросился на колени, беспомощно пытаясь собрать воедино утраченное сокровище.
Извини, не хотел я! - пробурчал немало испуганный и раздосадованный сородич.- Так уж получилось: я - к себе, ты - к себе, вот никому и не досталась!
-- Руки у тебя чесались, да? -сварливо поднял голову алхимик.- А если б тебя вот так - на кусочки?!
Нет, он еще и угрожает! - встрял Мур: ему не по нраву пришлось, что вектор внимания сместился в сторону от его выдающейся персоны. Глупые сородичи поискали б алхимика, поругали, да и разбрелись бы восвояси. А Мур, он не таков: он добьется, чтобы прохиндею уж досталось на орехи.
Но почему на орехи? - вдруг задумался Мур.- Почему не на персики или тыкву? - мысль о странном выражении, которое Мур подхватил из обихода людей, не давала гному покоя. Он решил отложить расправу над алхимиком на более подходящее время, а пока заняться глубокомысленными размышлениями об орехах, на которые можно заработать, лишь кому-нибудь насолив.
Алхимик, видя, что главный неприятель выведен из строя, а остальная братия занята тщательным разграблением его имущества, попытался улизнуть через боковую дверь.
Но тут же почувствовал, как его тянет обратно чья-то лапа.
Ишь, сбежать хотел,- добродушно ухмыльнулся Глазастик, получивший свое прозвище как раз за то, что видел даже то, что для его глаз не предназначалось.
Нет уж, ты, алхимик, останься!
И как долго мне терпеть ваше общество? - выпятил гном губы.
Его сородичи тут же собрались в кружок и зашушукались. Правда, Мура пришлось подтолкнуть, но даже и после чувствительной встряски философ вышел из игры, невнятно бормоча: «орехи или персики... А как будет звучать: «Получить на арбуз?»
Г номы, наконец, после дружеских тычков и оплеух в качестве аргументов пришли к единому решению. Вперед, как самый бесполезный, вышел самый худой из гномов. Был он и без того мал и худ, а возложенная на него высочайшая миссия и вовсе непосильным бременем пригнула его к земле.
Алхимик, отрезанный сородичами от выходов, хмуро наблюдал, как повернутся события дальше.
О подлый алхимик! - пропищал Худой.- Мы выследили тебя и раскрыли твои тайные апартаменты, где, нам кажется, ты и вынашивал предательские планы! Поглощенный тщеславием, ты ввел великана в чертоги подземного царства гномов. И мы собрались, чтобы приговорить тебя, о алхимик, к заслуженной казни! - тут Худой немного сбился, но тут же ему шепнули подсказку благожелатели, прятавшиеся за спиной Худого.
Что ни говори, а авторитет и власть алхимика, завоеванные им за долгие годы, если не века, так просто преступить гномам не удавалось. Да и побаивались: пусть алхимик и мошенник, а ну, как превратит тебя в лягушонка - и будешь сотни лет квакать?
Алхимик отлично понимал чувства, раздиравшие души сородичей и, к его чести, ничуть не побоялся услышанного приговора.
Как казнить будете? - деловито перешел алхимик прямо к делу.- Будем голову рубить или в масле меня зажарим?
Гномы зароптали и отступили: о практической-то части они и не задумались!
Гномы, маленький народец, хоть и славились своей злокозненностью, но дальше мелких пакостничеств не заходили. Ну, украсть то, что плохо лежит, у дойной коровы молоко сцедить, пока хозяйка-засоня в хлев не пришла. Лошадям гривы спутать да рыбешку распугать в путину - это да! Но ничего общего со смертоубийством ни один гном иметь не желал, если он хоть чуточку уважал сам себя.
И алхимик, в долгие часы ничего-не-делания, отлично изучил характер и привычки своих сородичей. И знал, что ничем не рискует, рисуя перед ошарашенными сородичами все новые и все более изощренные виды пыток и все более ужасающие казни.
А то можно,- гном любил подслушивать у людей страшные историйки,- можно повесить меня над пропастью и перерубить веревку! Можно сшить огромный мешок, сунуть туда меня, а сверху - десяток ядовитых змей. Очень, надо заметить, больно кусают!
Его сородичи ежились и бледнели от жутких видений.
И, наконец, не выдержав, бухнулись перед алхимиком на колени, простирая мохнатые лапки:
О наш мудрец и наставник! Прости, что мы, пусть лишь на словах, причинили тебе такие ужасные страдания! Вернись же к нам в дозорную пещеру - и еще большим почетом и уважением будут окружены твои дни!
То-то же! - снисходительно усмехнулся алхимик.
По правде сказать, самым большим огорчением сегодняшних приключений для хитреца-алхимика было сломанная коралловая веточка, которую, гном смотрел, никак не склеить так, чтобы было совсем незаметно.
Трещинки все же будут видны,- пробормотал алхимик в ответ своим мыслям.
Что? - тут же раздалось шесть или семь голосов одновременно: гномы, как и обещали, внимали каждому слову мудреца.
Алхимик прищурился: да, под таким увеличительным стеклышком вряд ли удастся кому-то доказать, что ты не просто валяешься на мягком ложе из мха, а решаешь недоступные прочим дозорным задачи.
Надо будет их куда-нибудь отправить! - подумал алхимик.- Пусть только убедят остальных в моей невиновности, а уж я позабочусь, чтобы эти,- алхимик наконец-то сосчитал своих непрошеных гостей,- семеро гномов больше мне на глаза не попадались!
Ну, раз с казнью на сегодня покончено,- удовлетворенно хмыкнул алхимик,- слушайте и передайте другим: наконец-то, когда я нанял на службу великана, у нас исполнится вековая мечта!
Какая? - почтительно и робко спросили сородичи.
Алхимик покачал головой с укоризной:
Так-то вы слушаете мои истории? Разве я не рассказывал вам, что когда-то мы, гномы, были обладателями огромных, и без всяких средств и снадобий огромных, богатств?
Помним! Помним! - охотно закивали гномы.
Но наши предки были столь легкомысленны, что сторожить сокровища доверили дракону.
А он выгнал наших предков и сам стал властителем богатств! - хором докончили гномы.
Но это ведь легенда? Сказка? - усомнился Мур.- Ведь это, как с орехами: слова, каждое само по себе понятно, а общего смысла нет!
Но остальным жалко было расставаться с мыслью о том, как бы каждый стал богат и счастлив, найдись тот дракон с кладом.
Поэтому на Мура пришикнули:
Молчи, сам ты гнилой орех!
Ну, и пожалуйста! - обиделся тот.- Мне даже будет интересно посмотреть, как этот несуществующий дракон будет шкумутать ваши пока еще существующие шкурки!
Ты - глуп, гном!-ответствовал на выпад противника алхимик.- Зачем же слуга, если господа будут выполнять грязную работу? Тот парень, которого я вам привел,- вот он пусть и ищет дракона!
А сокровища? А как же сокровища? - заволновались гномы.
С каких это пор слуги претендуют на богатства своих господ? - поджал губенки алхимик.- Такие слуги бунтовщиками зовутся и - на кол их, в печку!
-- На кол! В печку! - быть кровожадным, когда речь заходила о драгоценностях и богатствах, гномов не характер - жизнь принуждала.
Остается только найти великана: и мы - самые богатые гномы не только на морском побережье, но и среди наших сородичей в горах и лесах!
Да, мы их всех за пояс заткнем! - с воодушевлением возрадовались гномы.
А теперь мелочь: найти того увальня и привести сюда! - приказал алхимик, устраиваясь поудобнее на мягоньком ложе: после всех сегодняшних треволнений ему не мешает поспать.
Следует знать, что алхимик не всегда выдумывал или говорил неправду. Сокровища у предков маленького народца и в самом деле были. Как-то, от нечего делать, алхимик перебирал старинные пергаменты, пыльные и пожухлые от времени. В большинстве своем то были песни и героические гимны бездарных стихотворцев. Что поделать, и среди маленького народца попадались бездари, которых не корми - дай порадовать слушателей никчемушной песенкой.
Алхимик мельком бросал взгляд на манускрипт, видел стихотворные строки - и швырял пергамент в огонь. Пергамент горел плохо и больше чадил. Алхимик ругался, но продолжал свое занятие. Так продолжалось до тех пор, пока мохнатенькая лапка не наткнулась на рисунок, напоминающий план строительства норки.
