Читаем без скачивания Послание за пределами слов - Бхагаван Раджниш

Комплекс неполноценности создает желание двигаться в противоположном направлении. Если человек безобразен, то он пытается как-то восполнить свое уродство. Если человек слеп, то вся энергия его глаз переходит в его уши. По этой причине слепой человек может слышать гораздо лучше, чем тот, у кого есть глаза. Слепые люди быстро становятся тонкими ценителями музыки, потому что энергия их глаз устремляется в их уши, которые начинают выполнять работу глаз. Когда мы испытываем недостаток в чем-то, мы восполняем его, делая что-то другое в другом направлении.

Адлер также сказал, что эго человека создается из-за комплекса неполноценности. Если в вашей жизни не хватает любви, вы реализуете ее, неистово копя деньги. Те, кто не получили дар любви, начнут собирать золото.

Очень интересно, что тот, кто полон любви, не может быть скупым. А скупой не может быть любящим, потому что в действительности скупой реализует свое стремление к любви через деньги. Тот, чья жизнь полна любви, ощущает себя в безопасности, потому что он знает о том, что он не умрет от голода, он знает, что за ним присмотрят, даже когда он постареет.

Но тот, чья жизнь лишена любви, будет бояться и чувствовать, что он не в безопасности. Он знает о том, что никто не будет ухаживать за ним, когда он постареет. Этот страх заставит его копить деньги, потому что деньги — это его единственная безопасность. Тот человек, в жизни которого не достает безопасности любви, получит ощущение безопасности, накапливая деньги. Вы просто скрываете, покрываете, восполняете. Если вы глубоко всмотритесь во все свое поведение, то поймете, что Адлер прав.

Существованию доступно все, поэтому у него нет комплекса неполноценности. Поэтому, чем ближе человек подходит к реальности, тем менее эгоистичным он становится. Чем больше есть у человека, тем он менее эгоистичный. Чем меньше есть у человека, тем он более эгоистичный. Эго бедно, эго — это нищий.

Отсутствие эго — это показатель того, что вы стали императором. Естественно, тот, кому будет доступно все существование, не будет нуждаться ни в каком «я».

Эти сутры представляют собой попытки поэтически объединить противоположности. Яма говорит еще одну интересную фразу:

«Кто может лучше меня знать это божественное, которое не раздувается от гордости из-за своего богатства?»

Только смерть может знать божественное. Почему? Потому что до тех пор, пока вы не умрете, не исчезнете, не растворитесь, вы не сможете объединиться с божественным. До тех пор, пока вы не сожжете дотла свое эго, вы не сможете объединиться с качеством отсутствия эго. Если вы хотите объединиться с этим качеством, тогда вам придется стать таки же, как и оно, так как только подобное может слиться с подобным.

А теперь, когда вы спрашиваете: «Где Бог?», вы полностью противоположны этому качеству. Это похоже на то, как если бы вы повернулись спиной к солнцу и спросили: «Где солнце?» Если вы будете все время стоять спиной к солнцу, вы не сможете узнать о нем. Солнце есть, но ваша спина закрывает ее. Вы можете сказать: «До тех пор, пока мне не докажут, что солнце есть, почему я должен поворачиваться? Сначала докажите, что есть солнце, а потом я повернусь». Все логики говорят это.

По-настоящему религиозный человек говорит: «Если вы повернетесь, вы найдете солнце. Сначала преобразите себя, сдайте свое эго».

Это очень ценное заявление Ямы. Кто, как не Яма, может знать божественное? Итак, Яма для тех, кто готовы умереть и стать никто. Иисус сказал: «Те, кто потеряют себя, будут спасены, а те, кто пытаются спасти себя, никоим образом не будут спасены».

Это просто растворение, когда капля падает в море и исчезает. Когда человек будет готов упасть и раствориться, его эго тотчас же исчезнет, и вместе с исчезновением эго также исчезнет неполноценность, которая скрыта в нем.

До тех пор, пока вы будете полны эго, вы будете продолжать чувствовать в себе неполноценность. Вы не пытаетесь освободиться от неполноценности, вы просто пытаетесь скрыть ее. Это все равно, что закрывать рану красивой повязкой из шелка или бархата. Какими бы красивыми и привлекательными ни казались другим людям эти повязки, ваша рана не вылечится благодаря ним. Опасность в том, что рана может загноиться и превратиться в язву, если ее перевязать таким образом. Если бы она осталась открытой, тогда нее была бы возможность затянуться на солнце и свежем воздухе. Природа помогла бы ране исчезнуть.

Вы пытаетесь скрыть или подавить свою неполноценность деньгами, общественным положением, знаниями, отречением. Всеми способами вы хотите заявить: «Я кто-то». Вы пытаетесь создать у вех впечатление, будто вы кто-то, в то время как внутри вас реальная ситуация заключается в том, что вы никто.

Религиозному человеку нужно пройти через смерть. Это значит, что ему необходимо отказаться от идеи быть кем-то (эта ненужная идея навязана вам извне) и приготовиться быть никем. Таинство этой сутры в том, что тот, кто готов быть никем, объединится со всем сущим, а тот, кто пытается стать кем-то, будет только все сильнее сжиматься. Он никогда не объединится с существованием.

Освободитесь от боли пребывания никем и легко примите ощущение того, что вы никто — это состояние почитателя божественного. Поэтому Яма говорит: «Кто может знать лучше меня?»

«Интеллигентный человек освобождается от всякой печали и горя, когда узнает великое, вездесущее божественное, бестелесное и неизменное внутри постоянно изменяющегося тела».

«…бестелесное и неизменное внутри постоянно изменяющегося тела…» Тело — это изменяющийся предмет, но внутри этого постоянно изменяющегося тела скрыто неизменное. Здесь беспрестанно идет работа по объединению противоположностей, чтобы можно было постичь неделимое. Среди всех изменений скрыто неизменное, внутри смертного скрыто бессмертное, среди всего движения скрыто неподвижное. Тот, кто знает эту вечную, бессмертную суть внутри себя, знает также, что на него не могут воздействовать ни горе, ни несчастье.

Все страдание человека имеет место потому, что он отождествляет себя с изменяющимся. Само значение слова «изменяющийся» в том, что нечто изменится, а мы не хотим, чтобы что-то менялось. Молодой человек хочет, чтобы его тело не старело, но тело обречено стареть. Пожилой человек хочет, чтобы он не умирал, но его тело все равно умрет. Вы отождествляете себя с вещами и хотите, чтобы они не менялись, но так не бывает. Это похоже на то, как человек стоит на берегу реки и хочет, чтобы река не текла, и если река будет продолжать течь, он станет несчастным, потому что его требования не удовлетворены. Все текуче, временно. Но вы держитесь за временные вещи и хотите, чтобы они были неизменными. Результат всего этого — несчастье, потому что временное не может быть вечным.

Юноша влюбляется в девушку и говорит ей, что всегда будет любить ее. Девушка тоже полагает, что их любовь будет длиться вечно. Но тот, кто говорит (то есть тело, сердце и ум говорящего), — это временное явление. Все, что сказано телом, не может быть вечным. Завтра от огня вашей любви останутся лишь угольки. Пламя угаснет, и останется только потушенный светильник. Тогда вы станете несчастными. Тогда вы почувствуете, что вас обманули, что человек обещал любить вас любить вас всегда, но любовь не продлилась и несколько дней. Это сделает вас несчастными, но причина вашего несчастья не в том, что вас кто-то обманул. Никто не обманывал вас! Каждый человек, который ждет от изменяющегося неизменности, будет несчастным. Юноша тоже полагал в момент признаний в любви, что будет любить ее всегда. Он не собирался никого обманывать, но что он может сделать позже, когда увидит, что любовь прошла?

Есть христианская секта, которая называется сектой квакеров. Это одна из немногих сект на нашей планете, которая по-настоящему пытается стать религиозной. Квакеры ничего не обещают, они никак не утешают. Они спрашивают: «Как может временный ум давать какие-то обещания? Не факт, что мы даже завтра будем здесь. Как же мы можем давать какие-то гарантии?» Квакеры не присягают в суде, поэтому многим квакерам дали срок за то, что они не стали присягать. Они спрашивают: «Кто будет присягать? Завтра столь неопределенно. Мы можем измениться даже через секунду. Присягать может только тот, кто уверен в том, что ничего не изменится». Если судья попросит квакера поклясться говорить правду, положив руку на Библию, он ответит: «Я могу поклясться сейчас, ведь это не играет никакой роли, но что мне делать потом, если я передумаю?» Поэтому квакеры никому ничего не обещают и не гарантируют. Квакеры говорят, что завтра неопределенно: «У нас нет уверенности даже в том, что мы даже будем здесь».

Все меняется, все течет как река. Тот, кто попытается остаться неподвижным в текущей реке, будет страдать. Поток не статичен по самой своей природе. Только тот человек, который может ухватить скрытое в нем неизменное, превзойдет печаль. Для него нет изменений, и, значит, нет несчастья. Эта внутренняя суть никогда не стареет, никогда не умирает и никогда не меняется. Она всегда остается неизменной.