Читаем без скачивания Парадокс Вазалиса - Рафаэль Кардетти

— Могу я узнать, чего вы хотите? — обратился он к молодой женщине раздраженным тоном. — И уберите эту пушку от моей головы! Я прикован к креслу. Что, по-вашему, я могу сделать? Это ведь подлинный «Фледермаус»! Не стану же я выдирать подлокотники, чтобы сбежать!

Последний аргумент, похоже, убедил женщину. Она отвела пистолет от его лба и положила на стол, рядом с кофейником и пакетом кантучини.

— Что вам известно о Вазалисе? — спросила она.

— Только то, что я читал про него в Интернете. Замечательный источник информации. Порой там можно обнаружить действительно интересные вещи, не говоря уж о порно…

Подойдя ближе, женщина резко толкнула кресло ногой.

Вермеер упал навзничь. Голова его с глухим звуком ударилась о пол, и он почувствовал, как где-то на затылке рвется кожа. Одна из перекладин спинки сломалась и вошла на несколько миллиметров в заплывший жиром зад. Из уст голландца вырвался приглушенный стон.

— Повторяю вопрос еще раз, — сказала женщина. — Он же будет и последним. Что вам известно о Вазалисе? Предупреждаю: следующий этап рискует окончательно лишить вас чувства юмора.

Вермеер уже начал сожалеть об убийцах-чеченцах — у тех, по крайней мере, казни проходили аккуратно. Имущество они не трогали.

— Подлинный «Фледермаус!» — простонал он. — Куда его теперь, на свалку?

— Если мне придется взять все вещи, что находятся в вашем бутике, и разбить их одну за другой о вашу голову, я это сделаю. Уж поверьте.

Она сняла и небрежно уронила на пол куртку, а затем опустилась на корточки рядом с Вермеером. На ней была облегающая футболка, под которой проступали четкие очертания бицепсов.

Положив руку на подбородок антиквара, она грубо повернула лицо в сторону, прижав к полу.

— Это мое последнее предупреждение, — промолвила незнакомка, еще сильнее надавив на затылок Вермеера.

Она произнесла эти слова бесцветным, лишенным всяких эмоций голосом. Голосом, леденящим, способным нагнать страх даже на такого пройдоху, как Вермеер, голосом, который вызывает у вас тетанус и от которого вам хочется выблевать всю свою желчь.

Вдавленный в паркет, Вермеер едва мог дышать по причине воткнувшейся в ягодицу планки. Тем не менее он нашел в себе силы пробормотать сквозь зубы:

— Да пошла ты, сука… Больше не скажу ни слова.

— Как это кстати! Я и не желаю больше ничего слышать.

Возразить Вермеер не успел: в шею, прямо под ухом, у основания черепа, вошла игла, и голландец размяк, словно в вены ему впрыснули огромную дозу каннабиса. Разум витал где-то, будто желая вырваться из-под телесной оболочки. Вермеер даже не попытался его удержать, напротив, позволил ему уйти в свободное плавание. Подобные пузырькам воздуха, возникающим и взрывающимся на поверхности озера, нахлынули обрывки старых воспоминаний. Вермеер ощутил странное блаженство, губы расплылись в исступленной улыбке.

Вскоре дали о себе знать побочные эффекты. Все началось с легкого покалывания в ногах, которое поднялось к тазу и постепенно дошло до кончиков пальцев.

Внезапно покалывание превратилось в резкий электрический разряд. Тело сжалось, выгнулось в дугу, так что один из подлокотников кресла с сухим треском сломался.

Вермеер не успел даже всплакнуть по «Фледермаусу». Ослепительная вспышка разорвала мозг, и он потерял сознание.

27

Скутер мчался прямо на грузовик. Но за долю секунды до столкновения отклонился от своей траектории и проскочил между двумя стоявшими у тротуара машинами.

Грузовик резко взял в сторону, дабы опрокинуть мотороллер, но разминулся с его задним крылом на несколько сантиметров и налетел на безжизненное тело Мари Жервекс. Захваченный врасплох маневром скутера, водитель грузовика попытался выровнять колеса, до предела вдавив педаль тормоза, но не смог избежать столкновения с припаркованными вдоль дороги автомобилями. С ужасным грохотом смятого листового железа грузовик задел первую машину и врезался во вторую.

Скутер продолжал нестись по тротуару. На перекрестке он свернул на небольшую улочку с односторонним движением, и почти тут же водителю пришлось выворачивать руль, чтобы не въехать в идущее навстречу такси. В самый последний момент ему удалось уйти в сторону, но заднее колесо мотороллера не выдержало веса двух пассажиров и скутер, потеряв равновесие, опасно накренился. Водитель выпрямил его энергичным усилием и поддал газу.

Несмотря на начавшийся дождь скутер минут десять лавировал в потоке машин на бешеной скорости. За это время он пересек Сену, миновал Ботанический сад и поднялся к площади Данфер-Рошро. У парка Монсури водитель наконец заглушил двигатель, припарковавшись у решетчатой ограды, среди дюжины других таких же скутеров. Он помог Валентине слезть с сиденья, а затем за руку потащил ее в расположенный у парка пивной ресторанчик.

Насквозь промокшие, они рухнули на банкетку. Водитель снял шлем.

— Ничего так поездочка… — сказал он.

Валентина икнула от изумления, узнав смотрителя хранилища, который утром, в Национальной библиотеке, обслуживал Элен Вайан. Придя наконец в себя, она прошептала едва слышно:

— Вы-то что там делали?

— Следил за вами, — небрежно обронил мужчина.

Выглядел он так, словно и не было ни наезда, ни последовавшей за ним сумасшедшей гонки по городу. Его уверенность и спокойствие настолько вывели Валентину из себя, что, не в силах больше выносить эту безучастность, она внезапно влепила своему спасителю звонкую пощечину. Мужчина вскрикнул от удивления.

В едином порыве клиенты и персонал пивной обратили на них свои взоры, но кладовщик знаком показал, что все в порядке. Его пальцы легли на запястье Валентины, на тот случай, если ей вдруг захотелось бы ударить его еще раз.

— Да что с вами? Эти мерзавцы хотели вас раздавить! Я только что спас вам жизнь!

Валентина опустила глаза. Не то чтобы она испытывала вину — пощечина оказалась отличной отдушиной для ее перевозбужденных нервов, и теперь она чувствовала себя гораздо лучше, — нет, ей просто не нравилось терять контроль над своими эмоциями. Ради принципа она напустила на себя смущенный вид и пробормотала несколько извинений, не вложив, впрочем, в них необходимой убедительности.

— Простите. Нервное напряжение… Нужно было дать выход чувствам…

Кладовщик удовлетворился этим ответом. Отпустив запястье молодой женщины, он провел рукой по щеке. Вокруг темной отметины, которая и прежде украшала его скулу, расплылось красное пятно. Он поморщился.

— Поздравляю, у вас чертовски хороший удар с правой. Надеюсь, теперь-то вы уже окончательно успокоились.

Валентина легонько кивнула.

— Кто вы? — спросила она.

— Меня зовут Давид Скотто.

— Я должна вас откуда-то знать?

— Не думаю. До сегодняшнего утра мы никогда не встречались.

— Зачем же тогда вы следуете за мной от самой библиотеки? Вы что, извращенец или кто-то еще в этом роде?

Давид перестал тереть пострадавшую скулу и наградил собеседницу озорной улыбкой.

— И хотел бы, но это не мой случай. Я слышал, как в разговоре с вашей подругой вы упомянули Вазалиса. Меня он тоже интересует. Совпадение было слишком невероятным, и я не мог оставить его без внимания. Мне нужно было переговорить с вами. К тому времени как я освободился, вы уже ушли. Пришлось воспользоваться скутером, но я не очень-то представлял, как к вам подрулить. Потом вы вошли в тот дом, а я остался ждать внизу. Решил подойти к вам, как только вы выйдите. Я и подумать не мог, что вы будете не одна. И тут вылетел этот грузовик…

— Я успела заметить мужчину за ветровым стеклом, когда он разворачивался на перекрестке…

— Я тоже его видел. Не думал, что они начнут действовать так скоро.

Валентина вскрикнула от удивления.

— Так вы с ним знакомы?

— Пересеклись вчера вечером. С ним еще был другой, весьма злобный тип. Водитель грузовика смотрел, как его приятель меня обрабатывает.

Давид указал на ссадины вокруг глаза и пробормотал сквозь зубы:

— Тогда я еще не знал, насколько серьезны их угрозы. Теперь мне это известно. Эти негодяи способны на все.

Перед глазами у Валентины вновь встало перелетающее через грузовик и падающее на асфальт тело Мари Жервекс. Самым страшным, вне всякого сомнения, в этой сцене была тишина, последовавшая за падением. Можно подумать, что жизнь оставила тело женщины еще до того, как оно коснулось земли.

— Ей нужна наша помощь, — с трудом вымолвила Валентина. — Мы должны туда вернуться.

— Даже не думайте об этом. Вы видели, как она ударилась о землю? Она мертва. Никто бы после такого не выжил. Вы ничего не можете для нее сделать.

— Но водитель грузовика? Возможно, еще не поздно его задержать.

Давид беспомощно развел руками.