– Ты передумал меня сопровождать? – поинтересовался Лумис. Ли повертел кольцо сдерживания и покачал головой.
– Нет.
– Ну и славно. Март, хочется посмотреть, как живут эльфы?
– Нет, – неожиданно для себя ответил Март. И правда, не хотелось. Его все эльфы не интересовали, интересовал только один, а он рядом был. И ему очень не хотелось возвращаться домой. Март это чувствовал кожей. Только разве ж поспоришь с Игроком?
Ночью Март, как водится, дежурил первым. Была у него одна особенность: лечь спать поздно он мог легко, а вот встать рано было трудно. Он, конечно, не засыпал на посту, но стоило это больших трудов, и давным-давно они с Ли поделили дежурство так. Ли не спал. То есть он лежал спокойно и дышал ровно и неслышно, только не спал. У Марта просто сердце разрывалось, потому что он совсем не знал, как помочь Ли. Как поможешь, если совсем не знаешь, что там у него дома такого случилось, от чего или от кого он, бесстрашный до отчаяния, сдержанный до изумления, выносливый и терпеливый, как камень, бежал. И ведь еще благодарил Марта за то, что тот ничего не спрашивает. Не выдержав, Март протянул руку и погладил эльфа по щеке. Ли всегда так делал.
Ли открыл глаза, посмотрел на Марта и ободряюще улыбнулся. Вот кто они – друзья или уже что-то большее? Братья? Братья по оружию? А кто ж знает, если Март даже представлять себе не хочет жизнь без Ли. То есть жил когда-то и несчастным себя не чувствовал, но потом познакомился с этим странным парнем… Поначалу они были в ровных отношениях, потом товарищеские отношения переросли в приятельские. Им легко было вдвоем, они успешно работали вместе, и Март не сразу понял, что для Ли, действительно профессионала, Март сперва был скорее обузой, чем помощником, да ведь не гнушался Ли того, чтоб Марта учить, приемы всякие показывать, хитростями делиться, Друзьями они стали быстро. Близкими друзьями – тоже. А чем потом – непонятно. Словно бы есть такое существо Лимарт. И пусть Март далеко не все знал об эльфе, какая разница, человек и о себе не все знает. Главное – вместе. На плаху, на каторгу, в путь, в бой. Никогда не бросить. И Ли не сумеет и не захочет. Не оставил же его хартингам, и не столько потому, что боялся за него, просто не захотел быть один. Без Марта.
Дальше их вел Ли. То ли он знал здешние леса, то ли просто чуял направление, но он даже не оглядывался по сторонам, чтоб определить, где они находятся. Держался он ну совершенно как всегда, меняя маски, то называл Лумиса сударем и выражался со всей мыслимой изысканностью, то, натянув полную серьезность, начинал нести такую чушь, что вгонял в недоумение и Лумиса, и Берта, то, когда Лумис начинал к нему приставать, посылал его такими словами, что даже Март вздрагивал. Лумис никак не желал понять, что Ли не хочет вспоминать свою эльфийскую жизнь. А если Ли не хочет, то его ни уговорами не заставить, ни пытками. Когда Ли отправился птичек пострелять, Лумис, проводив его взглядом, пробормотал:
– Неужели нет способа его разговорить?
Марту изрядно поднадоели приставания Лумиса. Настроение Ли он чувствовал, как свое, а ему сейчас было довольно паршиво. Может быть, поэтому он ответил резко:
– Можно. Начни меня мучить, и он расскажет. Хартинги так и сделали, а ты с ними хорошо знаком.
Лумис сначала открыл рот, а потом медленно-медленно закрыл. Берт повернул голову:
– Тебя пытали, чтобы заставить говорить его? Чего ради? Что такого может быть известно обыкновенному наемнику, даже если он эльф?
– Мне показалось, что хартинги просто не терпят неповиновения, – буркнул Март. – Им было любопытно, что делает эльф в армии короля Бертина, как он попал в эту армию и что делал прежде. И они нашли способ заставить его рассказать.
– Или наврать, – задумчиво произнес Лумис, сорвал травинку и сунул в рот. Март едва успел ее выдернуть, прежде чем Лумис ее прикусил. Только поноса ему не хватало для счастья. Лумис словно и не заметил и сунул в рот палец. Была у него малоприятная попытка покусывать ноготь. Не грызть, а просто покусывать. – Разве можно проверить, что происходило двадцать лет назад в Элении, если никакого хартинга туда не пустят?
– В Найкон их тоже не пускали, – заметил Март.
– Не надо сравнивать Найкон и Элению, – помотал головой Лумис. – Не потому, что Найкон слаб или плох, а потому что эльфы есть эльфы. О них никто ничего не знает. А Харт не такой дурак, чтобы посылать свои армии в неизвестность. К тому же до Элении дойти надо, а его далеко не везде безропотно пропускают. Сколько Ли не был дома? Десять лет?
– Больше. Мы познакомились девять лет назад, а к тому времени он уже давно жил среди людей.
– Ну так тем более. Зачем бы Ли нужен хартингам? Любопытство? В армии Харта? Не смеши.
Интересно, он и нескончаемое войско хартингов считает ненастоящим? Вот бы его под Сторшу, посмотрел бы…
Последние месяцы привели Марта к странным выводам, которые он пока что держал при себе, даже с Ли не делился. Очень не хотелось полным дураком выглядеть. Но ему казалось, что хартинги больше похожи на тех чудовищ, с которыми приходилось сталкиваться в подземельях и запретных местах, разве что куда более организованные. Не думающие они какие-то. То есть офицеры, понятно, думают, да и солдаты тоже, но в пределах двух мыслей. Те, что поумнее, трех. Полководцы у них грамотные, методы ведения войны необычные, но очень эффективные, но тоже умеющие только воевать. Ничего больше. Словно и не люди, а правда заведенные игрушки, только завод у них никак не кончается. Как можно остановить такую силу? Даже Март понимал, что не с армией хартингов надо бороться, а самого императора… того. Но за ним, за императором, явно стоит другой Игрок, иначе не нужно было бы Лумису идти таким обходным путем, чтоб остановить хартингов. Артефакт, принцесса Бьянка, чудища, магическое оружие… Возвращать это на землю… Март не был уверен, в благом деле участвует или в страшном преступлении. Если Лумису удастся остановить хартингов, но при этом чудовища вырвутся из своих домов и ринутся в мир людей? Пострашнее покажется, чем поведение хартингов после войны.
***
Дорога оказалась трудной. Однажды представилась возможность купить лошадей, но Ли посоветовал этого не делать, потому что дорога отсюда в Элению мало пригодна для верховых. Лумис тяжко вздохнул, но послушался. А что ему? Все его снаряжение, все вещи, кроме посоха, который он даже во сне из рук не выпускал, тащили Март и Ли. Сам бы дошел, а то ведь не только верхом ездить не умеет, но и ходить. Он, конечно, старался, ужасно не хотел признаваться в слабости, да только слаб он был, никак не годен для долгих переходов. Зачем же он выбрал такое хилое тело? Вряд ли такой и есть, все, что Март слышал или читал о богах, свидетельствовало, что истинного их облика никто не знает, одному Вояка являлся так, другому этак, а уж что говорить о Громыхале, тот вообще затейник был великий. Вот и Лумис, наверное, напялил первое попавшееся тело и сам же теперь и мучается. У Марта даже ноги гудеть не начинали, когда Лумис уже валился без сил. Наверное, прав был Айрон, по утрам бегать надо. Март, правда, не бегал, поспать любил, но свободное время они с Ли нередко проводили в тренировках, и не только в учебных боях. Ли заставлял его носиться по горным тропинкам, так Март однажды едва шею не свернул, когда обратно катился, споткнувшись на ровном месте. А потом ничего, привык, равновесие держал без труда, бежал ровно и дышал ритмично. В общем, если бы не Ли, был бы Март черт знает кем.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
