его. Но здесь он устилал улицы четырехдюймовым[42] слоем. Кожаные подошвы деловых туфель оставляли глубокие следы на тротуаре Уоррен-стрит.
Специалисты маркетингового отдела издательства утверждали, что нашли отличное время в календаре, которое идеально подходило книгам Ната Каспера: за две недели до и одну после Рождества. И привели следующие аргументы: крупные бестселлеры, написанные титанами популярной литературы, доминировали в период с первого ноября по двадцатое декабря. Эти книги стояли на выкладках возле касс, а экземпляры прежних хитов тех же авторов в мягких обложках занимали все демонстрационные стенды. Покупатели, приобретавшие нашумевшие новинки, частенько брали что-то еще для себя либо в подарок, причем делали это заранее.
Нат Каспер не принадлежал к титанам, скорее – к средней руки писателям криминального жанра. И это когда-то даже считалось почетным титулом, однако в двадцать первом веке стало слишком тяжкой ношей. Приходилось ездить в турне по городам страны тогда, когда известные авторы уже направлялись в свои виллы на Мауи либо в Провансе для старомодного празднования Рождества с четвертыми женами и третьим составом детей или первым составом внуков.
Нат продвинулся в своем турне на две трети и горел желанием побыстрее добраться до «Загадочного книжного магазина» в здании под номером пятьдесят восемь на Уоррен-стрит, владельцем которого был старый друг Отто Пенцлер. Когда писатель уже потянулся к двери и попытался открыть ее, скользя, точно на коньках, по ледяному насту, то увидел аккуратно подстриженные седые волосы и бороду хозяина магазина. Тот разговаривал с тремя авторами: мужчиной и двумя женщинами. Нат узнал их и ощутил легкую зависть к коллегам, которые завоевали популярность и привлекали больше внимания, чем появление главной звезды сегодняшнего мероприятия. Однако затем он напомнил себе, что не может претендовать на единоличную дружбу с Отто. Его мог считать приятелем любой, способный написать грамматически правильное предложение о жестокой смерти.
Владелец заведения заметил Ната и направился к нему через зал.
– Приветствую в наших стенах! Ты как раз вовремя. Я только что говорил, какой великолепной получилась твоя новая книга. Можешь прямо сейчас подписать пару экземпляров? А то Джон, Лиза и Мег уходят на вечеринку.
– С радостью, – кивнул Нат и тут понял, что губы сами собой растянулись в улыбке. За последние две недели он настолько натренировал мышцы лица принимать это выражение, что теперь они словно так и застыли. Достав из кармана пальто ручку, он подписал три книги настолько размашисто, насколько позволял спазм в запястье, и добавил: – Надеюсь, вам понравится.
– Даже не сомневаюсь, – заверила Мег. – Отто не стал бы портить свою репутацию, рекомендуя плохую книгу.
Нат поразмыслил, не должен ли прокомментировать последние произведения собеседников: «Сырая добыча», «Запятнанное понятие» и «Молчаливый обвинитель», – но не сумел придумать, как сделать комплимент сразу трем писателям, поэтому просто помахал им на прощание, когда те направились к выходу из магазина.
Отто проводил Ната к столу с бутылками белого вина в ведерках со льдом, прохладительными напитками и водой для посетителей, после чего указал на приготовленное место, где уже ждали стопки экземпляров «Бального зала заседаний».
Успех сегодняшний автограф-сессии почти убедил Ната в правоте издателей. Пришедшие выстраивались в очередь, чтобы подписать купленную книгу. Многие хотели поговорить с автором, а несколько человек даже попросили добавить именное посвящение получателю подарка: «Одри с пожеланиями наилучшего Рождества», «Бабуле от любящей внучки Луизы». Для автора умеренной популярности подобное внимание было непривычным.
Во время небольшого затишья Отто подошел поболтать.
– Как продвигается тур?
– Как обычно. Начался с побережья Тихого океана, потом меня отправили в горные штаты, потом в центральные, потом в восточные. Когда прибываешь в отель, кухня уже закрыта, а когда уезжаешь – еще не открыта. Каждый день такси, заказанное на пять утра, приезжает на час раньше, так что в итоге к моменту прибытия в магазины ужасно клонит в сон.
– Так зачем ты в этом участвуешь?
– Издатели рассчитали всё с научной точностью. Температура, влажность и длительность светового дня в период с четырнадцатого декабря по седьмое января идеально соответствуют настроению моих книг – немного меланхоличному и тоскливому, с редкими искрами жестокости и утраты. Но на самом деле мне кажется, что они узнали самое опасное время для полетов и посылают путешествовать по стране именно тех писателей, которых не жалко потерять.
– Ну, сейчас канун Рождества. Так что рекомендую продержаться и не засыпать, пока не отметишь праздник. Твоя новая книга получилась чудесной, и мы продадим столько экземпляров, сколько сумеем до закрытия в шесть вечера. И продолжим продвигать ее на следующей неделе, когда снова начнем работать.
Нат Каспер надеялся, что собеседник прав, однако средней руки авторы должны годами жить в надежде на несколько минут радости. Совсем скоро настанет пора возвращаться в свой одинокий дом, чтобы писать по паре страниц в день на протяжении следующих нескольких месяцев. И всё же по мере увеличения количества книг с автографами настроение Ната улучшалось. Счастливые лица посетителей внушали радость и ему.
После шести вечера сотрудники магазина принялись понемногу убирать нераспроданные экземпляры. Их осталось не так много благодаря наплыву покупателей. Каспер не знал, откуда взялась такая популярность. Может, его читатели относились к тому типу людей, которые откладывают всё на последнюю минуту, как и он сам? Затем появился Отто.
– Нат, прости, но мне пора бежать, если я хочу успеть на вечеринку вовремя. Ее запланировали несколько месяцев назад. Придется нацепить черный галстук. Да и с подарком проблемы. Я заказал редкое первое издание, но оно так и не пришло. Так что нужно искать альтернативу. Рад, что у тебя всё хорошо, и буду ждать твою следующую книгу.
Они пожали руки, и Нат сказал:
– Не беспокойся. Я очень устал и с удовольствием вернусь обратно в отель. Спасибо за всё. – Он огляделся по сторонам. – И можно воспользоваться уборной? Ты не против?
– Конечно. Она там. Веселого Рождества. Сотрудники запрут магазин и вызовут тебе такси.
Нат пошел в туалет, а когда вернулся, заметил стопку нераспроданных книг и остановился их пересчитать, с удовольствием обнаружив, что не раскупили всего двенадцать экземпляров. Затем он вышел в общий зал. Свет там уже не горел.
– Эй, есть кто-нибудь? – Тишина в ответ. Входная дверь тоже оказалась заперта. – Я еще здесь, можете меня выпустить? – крикнул Нат.
Снова тишина. Он рассмеялся. Рождество в Нью-Йорке. Получится забавная история по возвращении домой. Он с удовольствием осмотрел тускло освещенные полки с книгами и заметил историю, которую читал и высоко оценил. Звонить Отто сразу после того, как тот упомянул, что спешит, не хотелось. Однако
