отобразить это в своем творении.
Здание не являлось зеркальным само по себе, и даже не было сделано из металла. Каждая точка сферы проецировала изображение с противоположной стороны, что создавало иллюзию прозрачности. Таким образом, здание напоминало каплю воды, застывшую в воздухе за мгновение до падения. А чтобы оно не терялось в пространстве, изображению на его поверхности придали эффект потертости от шлифовки.
- Дальше ты сам, - провожавший Альбера офицер остановился на месте, - Я буду следить за тобой с корабля и подсказывать. Мы все будем наблюдать за тобой, звезда ты наша! И помни, что ты ни в чем не виноват. Виноваты те, кто своими действиями или их отсутствием допустили возникновение подобной ситуации, в которой ты совершенно случайно оказался. Ты не более чем невинная жертва обстоятельств. Держи эту мысль в своей голове и не забывай.
- Хорошо, спасибо, - Альбер проводил взглядом развернувшегося в обратном направлении офицера. Его голубой мундир-скафандр смотрелся, как кусочек ясного неба, свалившийся с небес на черную землю.
«Все-таки хороший цвет для униформы и не нужно его менять ни на белый, ни на красный»
Альбер медленно приближался к основанию шара, на всякий случай поглядывая назад. Ему казалось, что в любой момент шар был готов покатиться и размазать его по твердой земле. Огромная выпуклость псевдометаллической сферы нависала над ним, заставляя голову вжиматься в плечи. Он подобрался к самому основанию и хотел было опуститься на колени, чтобы посмотреть, действительно ли шар стоял на земле, или парил в воздухе, не достигая ее на каких-нибудь несколько миллиметров. Но внезапно у нижнего основания шара откололся кусок продолговатой прямоугольный формы и упал на землю прямо перед Альбером, чуть не раздавив ему ноги. Этот импровизированный трап, казалось, держался за сферу на тонком лоскуте ткани. Альбер несколько раз надавил на него ногой посильнее и только тогда решился подняться по нему.
Внутри огромного шара, казалось, ничего не было. Там было темно, пусто, холодно и в целом внутренняя часть здания ничем не отличалась от улицы. Она была похожа на космический вакуум, обрамленный в скорлупу сферической формы. Альбер крутил головой в темноте и не знал, куда ему идти дальше. Кромешная тьма дезориентировала. Очень не хватало встроенного в шлем фонаря.
Он сделал шаг вперед, и дорожка под его ногой вспыхнула желтым цветом. Длинная полоса ее вела куда-то в самый центр огромного здания. Альбер шел по ней несколько минут, пока не оказался возле очередного шарообразного объекта около семи метров высотой. Он открылся, и Альбер вошел внутрь. Других вариантов ему предоставлено не было.
Внутренняя поверхность малого шара засветилась белым, и небольшое помещение стало медленно заполняться кислородом, а температура в нем начала стремительно увеличиваться. Об этом Альберу сообщил его шлем. Всего через пару минут внутри сформировалась пригодная для человека атмосфера. Альбер снял шлем и его уши окатил пронзительный высокий голос.
- Добрый вечер. Вы нас слышите?
От неожиданности Альбер подпрыгнул на месте.
- Слышу, слышу! Не нужно так кричать!
- Хорошо. Значит, атмосфера внутри проводит звуковые волны. Мы можем начинать.
Стенка шара, еще секунду назад светившая белым, вдруг стала прозрачной, и на Альбера обрушился поток яркого света. Он прищурил глаза, чтобы не ослепнуть. Секундой позже, когда его глаза приспособились, он поднял их вверх и обомлел. От пола и до самого потолка внутренние стенки огромного сферического здания суда покрывали разноцветные сектора. В каждом из них было по трое представителей каждой расы. Они стояли рядом, лежали или летали над прозрачным полем и внимательно изучали Альбера.
Само здание суда, таким образом, являло собой что-то вроде вывернутой наизнанку планеты, где сектора оказались внутри, а поверхность снаружи. Альбер ощутил себя крошечной рыбкой в планетарном аквариуме. Казалось, что он собственной кожей ощущал все несколько тысяч пар глаз, что уставились на него в тот момент, а ведь у многих рас даже не было глаз как таковых. Они ориентировались в пространстве при помощи совершенно других незнакомых человеку органов чувств. Так или иначе, Альбер ощущал на себе колоссальное давление от внимания каждого живого существа, что находилось в здании, будто бы тот шар, где он находился, поместили в океан на глубину нескольких километров.
- Мы готовы? – обратилась судебная коллегия сама к себе, - Хорошо, процесс синхронизации речей, смыслов и мнений состоялся, теперь мы можем принимать совместные решения. В таком случае начинаем.
Альбер приготовился. Миллион человек прилипли к экранам в человеческом секторе и разглядывали его взволнованное лицо крупным планом. Через камеру, что висела у него на шее, они получали несколько изображений одновременно: лицо Альбера, его ближайшее окружение в радиусе нескольких метров от него, а также дальнее окружение – все то, что находилось от него на расстоянии нескольких километров, в данном случае все разноцветные сектора, наполненные всевозможными существами. Однако жителей планеты они мало интересовали. В своей жизни они их навидались вдоволь. Все их внимание было сосредоточено на настоящей знаменитости, преступнике галактического масштаба, на первом и единственном человеке в истории их рода, кто отличился настолько, что все галактическое содружество собралось, чтобы его судить. В этом преступлении и в самом деле было что-то величественное. Люди наблюдали за своим кумиром, затаив дыхание.
- Итак, Альбер Мартен. Вас ведь так зовут? – судейский голос говорил максимально сдержанным тоном и было не понятно, кому он принадлежал. Либо кому-то одному, либо всем сразу.
- Да.
- Вы понимаете, почему оказались здесь?
Альбер замялся.
Судья(и) повторил(и) свой вопрос:
- Вы понимаете, почему оказались здесь?
- Да, я понимаю, - неуверенно проговорил Альбер.
