Читаем без скачивания Последний воздушный пират - Пол Стюарт

— Неужели это тот самый неоперившийся юнец, который обслуживал кабинки-читальни на мосту из чёрного дерева? — спросил он, и в глазах у него загорелся лукавый огонёк. — Просто не могу поверить в это! Вот теперь ты стоишь передо мной, готовый отправиться в самостоятельную исследовательскую экспедицию! Мы воспитали тебя и дали тебе образование. Теперь наступил твой черёд послужить науке, чтобы твой труд занял достойное место среди многих томов, хранящихся в Подземном Книгохранилище. Ты многого добился, Плут, и достоин всяческих похвал. — Лицо профессора внезапно омрачилось. — Хотя кое-кто, прикидывавшийся твоим другом, пытался помешать тебе дойти до цели.

— Ксант? — Плут переменился в лице. Теперь и признание Ксанта, и его поспешный отъезд казались ему страшным сном.

— Ксант Филатайн, — отчеканил профессор, — предатель!

— Предатель, — шёпотом повторил Плут. — Он заходил ко мне, когда я болел, а потом исчез.

— Бежал, чтобы вернуться к своему гнусному хозяину, Верховному Стражу Ночи, — сказал профессор, хмуро качая головой.

— Мы пригрели змею на груди, — печально проговорил Парсиммон. — Из-за его козней погибло много честных подмастерьев и их добрых учителей. Но довольно: мы пришли сюда не для того, чтобы говорить о таких вещах. Ксант Филатайн скоро заплатит за своё вероломство. Сегодня мы собрались здесь, чтобы отметить торжественное событие — начало твоего большого путешествия, мастер Плут.

Плут кивнул, не отвечая ничего. Когда вспоминали о его бывшем друге, сердце ныло у него в груди. Он пытался отогнать тяжёлые мысли. «Сегодня счастливый день, и здесь нет места для печали», — сказал он себе.

Варис сделала шаг вперёд.

— Плут, пора, — тихо промолвила она. Пока она прощалась с юным исследователем, солнце поднялось над верхушками деревьев. Она прикрыла глаза рукой.

— Желаю тебе успешного и плодотворного путешествия, — пожелала Варис.

Плут поднял глаза. Профессор Тьмы, Парсиммон и Варис весело улыбались ему. Он тоже ответил им улыбкой. Паруса «Буревестника», ждущего на привязи, трепетали на ветру.

Парсиммон жестом указал на небоход.

— Он в нетерпении, — сказал Верховный Правитель Озёрной Академии.

— И я тоже! — отозвался Плут, едва веря, что наступил долгожданный миг.

Проверив, всё ли на месте, и снова осмотрев свой лётный костюм, он затянул поплотнее ремни на рюкзаке и приготовился к старту. Отвязав небесный кораблик от платформы, Плут вскочил в седло. Норовистый небоход дёрнулся и накренился.

— Удачи тебе, Плут, — крикнула Варис.

Плут поправил защитные очки на носу, взялся за канат и поднял верхний парус.

— Да помогут тебе Земля и Небо, юноша, — торжественно произнёс Профессор Тьмы.

Плут развернул нижний парус. «Буревестник» рванулся вверх и на мгновение беспокойно застыл в воздухе.

— Желаю тебе успешного возвращения, мастер Плут, — крикнул Парсиммон. — До свидания, и будь здоров!

— До свидания! До свидания! — подхватили остальные.

Плут резко дёрнул за пусковой канат. Паруса раздулись на ветру, закачались противовесы. И сердце Плута воспарило, когда небоход, омываемый чистым, прохладным утренним воздухом, круто взмыл в небо.

— До свидания! — крикнул им Плут.

Чем выше поднимался небесный кораблик, тем меньше становился Озёрный Остров, и вскоре три фигурки, машущие руками, превратились в точки и наконец стали совсем неразличимы.

— Как здорово! — с замирающим от счастья сердцем прошептал Плут, проносясь над кронами деревьев, растущих по кромке озера. Перед ним, гудя от ветра, широко раскинулись таинственные, непроходимые Дремучие Леса, похожие на безбрежный волнующийся океан.

Пышная листва, переливаясь сине-зелёными красками, шелестела под ним, и он замечтался, представляя себе, как его законченный труд стоит на полке в кабинке-читальне 17, в Центральном Подземном Книгохранилище на мосту из чёрного дерева, рядом с шедевром Варис Лодд. Он даже представил себе этот толстый фолиант в сафьяновом переплёте с золотым тиснением, на котором большими буквами выведено: «Легендарная Великая Сходка толстолапов. Заметки очевидца».

Далеко вдали из-за стены деревьев вылетела стая снежариков, озарённая первыми лучами восходящего солнца, и, маша белыми крыльями, взмыла в поднебесье. На горизонте, в рассветной дымке, мелькнул гнилосос, в когтистых лапах уносящий к себе в гнездо огромный, похожий на яйцо, раскачивающийся кокон Птицы-Помогарь.

Плут изумлялся необъятности леса, осознав наконец всю сложность своей задачи. Он выбросил из головы мечты о диссертации — на фантазии у него не было времени. Он прошёл долгий путь с того момента, как Фенбрус Лодд, Главный Библиотекарь, объявил, что он, Плут Кородер, избран Библиотечным Рыцарем. Ему удалось добраться до Озёрного Острова. Он своими руками построил небоход, который назвал «Буревестником», и научился на нём летать. И теперь он один, совершенно самостоятельно, отправляется в научную экспедицию!

— Наконец-то! — прошептал он, паря над зелёным океаном. — Всё только начинается!

Глава пятнадцатая. Вумеру

Когда Плут очнулся от сна, шёл дождь. Он расположился на огромной ветви железного дерева. Устраиваясь на ночлег, он соорудил навес из непромокаемого материала, чтобы укрыться от непогоды, но и гамак, и спальный мешок всё равно оказались влажными от сырости, и он подумал, что придётся их просушить, чтобы снаряжение не покрылось плесенью и не начало гнить.

Протирая глаза, Плут поднялся и зевнул. Изо рта вырывались клубы пара, рассеиваясь в воздухе. Поёживаясь от холода, он разжёг подвесную медную печь, из которой, шипя, выскочили синие языки пламени, поставил маленький котелок с водой на огонь и отправился проверить, всё ли в порядке с «Буревестником», который был привязан к одному из боковых побегов колоссальной ветви.

— Надеюсь, ты хорошо отдохнул, — прошептал пилот маленькому небесному кораблику. — И не вымок насквозь. Так что мы можем двигаться дальше.

Плут пробежал пальцами по гладкой лакированной шее небохода, ощупал каждый узелок на канатах и осмотрел спущенные паруса. На него градом посыпались крохотные блестящие капли, когда он встряхнул шёлковую ткань. Затем он укрепил противовесы, смазал механизмы рычагов. Всё было в порядке. Вода в котелке закипела. Плут поспешно свернул гамак и спальный мешок, сложил непромокаемый тент и закрепил все вещи за седлом небохода. Затем, вернувшись к походной плите, снял котелок с огня, аккуратно потушил огонь и налил крутой кипяток в кружку. Засыпав в кипяток заварку из высушенных листьев дикой горчицы, он обхватил кружку руками, чтобы согреть озябшие пальцы.

Плут занимал выгодную позицию, устроившись на высокой ветке железного дерева, откуда было хорошо видно всё вокруг. Дождь почти прекратился, и лес начал наполняться птичьим гомоном и щебетом, когда его пернатые обитатели — пискуны и чирки, — скрывавшиеся в тенистой листве от непогоды, выпорхнули на свет. Мальчик услышал шелест травы и посмотрел вниз: там, роясь в земле, завтракало целое семейство лесных курочек.

Плут вздохнул. Он тоже хотел есть, но со вчерашнего ужина у него остался только ломоть печёной древесной смакли, аккуратно завёрнутый в широкий восковой лист.

Развернув маленький зелёный свёрток, он почувствовал острый запах перезрелых фруктов, ударивший ему в нос, и, хотя желудок у него урчал от голода, аппетит сразу пропал.

— Нечего быть таким привередой, — сказал он себе и, откусив большой кусок печёного плода, принялся старательно его жевать.

От Варис Лодд, преподавшей ему уроки о законах леса, он знал, что древесная смакля не только съедобна, но и питательна даже в перезревшем виде. Он также понимал, что нельзя отправляться в путь на голодный желудок. Но фрукт был таким невкусным! Плут отхлебнул отвар дикой горчицы из кружки и разом проглотил неаппетитное месиво.

— На сегодня хватит, — скривился он, выбрасывая недоеденный ломоть. Фрукт глухо шлёпнулся на траву, и лесные курочки с тревожным квохтаньем разбежались в разные стороны.

Встав, Плут запаковал драгоценную печку и отвязал своего «Буревестника». Лучи солнца, пробиваясь сквозь редеющие облака, проникали сквозь просветы в листве и, падая на Плута, отражались от гладкой зелёной кожи его лётной формы. За несколько недель, прошедших с того момента, как Плут покинул Озёрный Остров, его форма пообмялась, материал потерял жёсткость и стал ещё плотнее облегать его тело.

Плут в последний раз оглядел стоянку, чтобы проверить, не забыл ли он чего-нибудь. Затем, поставив паруса, сбалансировав противовесы и натянув пусковой канат, он подготовил «Буревестника» к взлёту, и кораблик взмыл в воздух, поднявшись над переливающимся разными красками лесом.