К концу дня Мерри стала счастливой владелицей кучи безделушек, подаренных и выигранных братьями у палаток, призы которых так и влекли взгляды представительниц прекрасного пола.
— И что мне делать со всем этим?
Смеясь, она выложила кричащие браслеты и кольца, маленький костяной веер и цветной клочок ткани, гордо именовавшийся шарфом.
— В деревне, должно быть, найдется немало девушек, которые будут рады всему этому.
— Лучше сохраните их, — посоветовал Ратерфорд, завязывая побрякушки в шарф. — Когда будете старой и седой, найдете их в кладовке и сначала не поймете, откуда они взялись. А потом вспомните солнечный день в Фаун, когда мир лежал у ваших ног.
Словно холодные пальцы коснулись спины Мередит. Она вздрогнула.
— Какая угнетающая мысль, лорд Ратерфорд!
— Разве так уж плохо иметь весь мир у своих ног? — удивился он с непонятной улыбкой. — Совсем другое дело, если Вы его отшвырнете.
Ничего не скажешь, он выразился достаточно откровенно! Но Мередит, решительно покачав головой, отвернулась от него и позвала мальчиков:
— Пора домой! Кухарка будет недовольна, если ужин остынет!
Следующие две недели визиты лорда Ратерфорда в Пенденнис продолжались с отменной регулярностью, хотя Мередит как могла избегала его. Но куда деваться от радости слышать его голос, собственного колотящегося сердца или горечи разочарования, когда, вернувшись домой после очередной прогулки по поместью, она не видела вороного, терпеливо дожидавшегося своего хозяина. Во время своих посещений Дэмиен никогда не искал ее общества намеренно, но она постоянно ощущала его пристальный, чуть насмешливый взгляд, словно он читал ее мысли.
Как-то в августе, в самое новолуние, он заметил в ней что-то новое: едва подавляемое возбуждение, странную рассеянность, даже озабоченность. Она почти не слушала окружающих, а если и слышала, забывала ответить.
Объяснение может быть лишь одно. Прошло уже больше месяца после его приезда и встречи на горной дороге. Неужели именно сегодня прибывает очередная партия? А что, если таможенники снова устроят засаду?
Дэмиен вспомнил, как она сказала, будто контрабандистов предупредили и, судя по словам Барта, они намеренно пошли в капкан. Но не станет же Мерри снова так рисковать! Она ведь обещала Барту, не так ли?
Однако Дэмиен не мог не думать, что Мерри относится к своим обещаниям с такой же беззаботной небрежностью, как к правде. Дважды став свидетелем того, какое наслаждение доставляет ей опасность, Ратерфорд не без основания заподозрил, что удовольствие от хождения по краю пропасти и ехидная радость от возможности очередной раз надуть соседей стали второй натурой Мерри, ее единственной компенсацией за то вынужденное невыносимое заточение, в котором пребывал ее доселе свободный дух.
Он скрывался на вершине холма и видел, как Мередит около полуночи вышла из пещеры. Сейчас она была одна, и на этот раз обошлось без веселого свиста и танцев. Мерри продвигалась по тропинке крадущимся шагом преследователя или преследуемой, и даже отсюда можно было заметить, как напряжена тонкая фигурка.
Дэмиен последовал за ней на значительном расстоянии, боясь, что эти чуткие уши и зоркие глаза подскажут их обладательнице, если случится что-то из ряда вон выходящее. Вдруг она замерла, вглядываясь во мрак. Через мгновение Дэмиен понял; в чем дело. Впереди мелькнул отблеск, такой короткий, тут же потонувший во тьме, что посторонний наблюдатель, несомненно, ничего не заметил бы. Насколько Дэмиен мог понять, свет исходил из места на мысу, называемом Девилз-Пойнт из-за предательских, острых как бритва рифов внизу.
Мерри сделала несколько шагов и внезапно исчезла, как сквозь землю провалилась. Дэмиен тихо выругался, боясь шевельнуться на случай, если она забилась в какое-нибудь укрытие и он сможет столкнуться с ней нос к носу. Подождав минут пять, он двинулся вперед. Добравшись до того места, где растворилась Мерри, он осторожно глянул вниз. Узкая крутая тропа, более подходившая для коз, чем для людей, вилась с почти отвесной скалы. Берег оставался невидимым, по даже в эту тихую ночь сюда доносился рев прибоя. Ясно, что если он собирается продолжать свое наблюдение, нужно спуститься по тропе.
Проклиная судьбу, угораздившую его влюбиться в создание, лучше знакомое с этими козьими тропками, чем с большой дорогой от Лондона до Дувра, лорд Ратерфорд сделал первый шаг. Интересно, как его плечо выдержит безумства этой ночи?
Лорд мрачно покачал головой. Даже в идеальных обстоятельствах спуск представлялся достаточно опасным, но необходимость соблюдать тишину многократно затрудняла и без того неприятную задачу: каждую минуту он мог столкнуть камешек или вызвать обвал и всполошить контрабандистов.
Тем временем Мередит в блаженном неведении стояла на берегу среди своих сообщников, молчаливых, но совершенно невозмутимых. Волнение в этих случаях лишь мешало делу. Однако никто и не думал расслабляться: все держались настороже, прислушиваясь, не доносится ли с моря плеск весел.
— Вот он! — шепотом воскликнул Барт, первым разглядев темное пятно, пляшущее на белой пене прибоя. — Сейчас шлюпку вынесет на берег.
Мерри вместе со всеми забежала в воду, чтобы помочь вытащить шлюпку на берег. Дэмиен, не веря ушам, расслышал тихий восторженный смешок, когда очередная волна шлепнула ее по бедру. Господи помилуй! Да что же это будет за герцогиня?!
Но впереди немало препятствий, которые необходимо преодолеть, прежде чем это станет возможным, напомнил он себе, прячась в пещерке за большим валуном. Пусть здесь не особенно удобно, зато можно без помех наблюдать за всем, что происходит на берегу, и не попасться на глаза любопытным.
Дэмиен оцепенел, когда Мерри, занятая беседой с плотным коротышкой, отошла от других и направилась к тому месту, где он прятался. К его облегчению, они остановились в нескольких шагах от валуна, что позволило слышать весь разговор.
— Жак, я собираюсь переправить всю партию в «Орел и дитя», — деловито заметила Мерри, хотя в голосе то и дело прорывались нотки волнения.
— Превосходно!
Француз сердечно хлопнул ее по плечу, что заставило его светлость раздраженно поморщиться.
— Я все гадал, сглотнете ли вы наживку, друг мой.
— Ты с самого начала все знал, старый дьявол! — хмыкнула Мерри. — Но мне нужна еще одна партия в этом месяце, для наших постоянных клиентов. Вряд ли им понравится, если мы про них забудем.
— Через три недели, — предложил Жак. — После полнолуния.
— По рукам, — удовлетворенно кивнула Мерри. — Мы будем ждать. Думаю, вполне безопасно снова использовать Девилз-Пойнт для подачи сигнала. В следующем месяце сменим место.
