В общем, Маньяку его любимая шизофрения подсказывала, хоть на этот раз напрямую словами она к нему и не обращалась. И он спешил поскорее убраться из города и по пересечённой местности, по лесам, болотам и буеракам уйти от преследования. А в голове набатом стучало: «Быстрей! Быстрей! Быстрей!» Его снова гнали, как зайца, и утихнувшая было злость вновь возвращалась, смешиваясь с радостью от успешного спасения девушки.
«Я что, зелёный новичок, чтоб меня можно было по кустам гонять?» - думал Маньяк – «Да я уже далеко не первый день в Улье, и хоть с дарами у меня проблема и с огнестрелом невезуха вечная, зато я могу лотерейщику морду побить. Кулаками! Да и будучи новичком, я двух топтунов сжёг и рубера-гриль практически приготовил. А тут какие-то уроды могут позволить себе на меня охотиться просто потому, что их тупо много. Встретился бы мне кто-нибудь из них один на один – я бы показал, чьи в лесу шишки! И с девочкой этой… Красивая, сексуальная, стройная… классная, в общем. Я бы с удовольствием ещё пообщался с ней. И устроил бы получше, рассказал ей что да как… Ну и вообще, я же спас её – может и поближе бы познакомились… пару раз. Но нет ведь!»
В общем, злость Маньяка вполне можно было понять. И злости этой становилось всё больше, и она постепенно начала вытеснять радость от удачно проведённой спасательной операции. И когда погоня вновь настигла Маньяка, он был практически в бешенстве, буквально в шаге от того, чтоб броситься на машину и начать ломать её топорами. Потому следующие его действия были не совсем адекватными, хоть и отлично подходили к стилю его жизни.
Шум двигателей преследующих его машин он услышал задолго до того, как увидел их. Маньяк уже узнавал их, как узнают по голосу знакомого человека. Услышал, узнал и начал подыскивать подходящее поле боя. Именно боя – бегать дальше Маньяк не планировал. У него накопилась слишком много вопросов к этим рейдерам.
Удачное, по мнению Маньяка, место отыскалось, когда враг уже наступал ему на пятки. Полем боя была выбрана стройка. Маньяк за годы своего безденежного студенчества успел не раз поработать разнорабочим на строительстве жилых домов и однажды - заводского цеха, и знал, какой жуткий бедлам творится на стройплощадке, что бы там не строилось. Лестничные пролёты без перил, оконные проёмы без рам, дверные - без дверей. Где-то складированы мешки с цементом и тюки с минеральной ватой, где-то строительный инвентарь. Где-то стены успели сделать, где-то нет. И где и в каком порядке всё это находится – одному прорабу известно.
В таких условиях быстрый и ловкий Маньяк получал солидное преимущество, и был шанс рассеять силы противника – не будут же они всей толпой бегать по стройке, чтобы поймать Маньяка, им придется разделиться. Знать бы только, насколько точно враг может определить его местоположение, как работает дар этого учуявшего Маньяка рейдера. Но это, видимо, придется определять на практике.
Когда преследователи показались из-за поворота улицы, в конце которой и находилась стройплощадка, Маньяк показал им неприличный жест рукой и скрылся на территории стройки. Когда же машины подъехали, он уже был на третьем этаже недостроенного здания.
Тут уверенность Маньяка в собственных силах дала трещину – машин было четыре! Два шахид-мобиля и два грузовика, один из которых был оснащён пулемётом в открытом кузове, а другой - тентованный, то есть, предназначенный для перевозки грузов и пассажиров. Из него-то и начали выпрыгивать бойцы. Много бойцов.
На такую ораву Маньяк никак не рассчитывал. Сейчас бы ему самое время включить голову, а потом и ноги – народу было не меньше тридцати человек. Но Маньяк не зря носил это имя. Да, к его злости добавился страх. Сердце ускорило свой ритм, разгоняя по жилам адреналин, а к страху добавилось предвкушение, Маньяка разбирал азарт. Сойтись накоротке с такой толпой – это да, это вызов! Маньяк решил дать бой преследователям.
Маньяк знал, что у него проблемы со стратегическим мышлением и планированием, но все же хоть какой-то, контурный, так сказать, план старался иметь, а планировать свои действия в данном случае лучше отталкиваясь от действий противника. «Вот как они собираются меня ловить?» - спрашивал себя Маньяк. – «Как вообще можно взять живьём человека, вооружённого автоматическим огнестрельным оружием? При том, что этот человек живьем никого брать не собирается? Резиновые пули? Против нормального автомата? Не рассчитывают же они всерьёз закидать меня этими резинками? Тут даже с моими стрелковыми навыками противостояние получится - ну чисто группа детского сада, пусть и подготовительная группа, вооружённая водяными пистолетиками, против гопника, вооружённого арматуриной. Скорее всего, у них есть люди со специальными дарами, которые могут оглушать на расстоянии, или что-то вроде невидимости, чтоб подкрасться сзади и скрутить…»
Размышления Маньяка прервали преследующие его рейдеры. Не внезапной атакой, к счастью, нет – их командир решил провести что-то вроде небольшого брифинга перед тем, как начать операцию по захвату Маньяка. Машины остановились на расстоянии не менее ста метров от того места, где засел Маньяк, и преследователи не беспокоились о том, что он их услышит. Или им просто было всё равно – план был прост и надёжен. И слышал Маньяк его отчетливо и ясно.
- Так, бойцы, слушаем сюда! – говорил их, по-видимому, командир. Не иначе как для большей значимости он даже забрался в кузов пулемётного грузовика и вещал оттуда, словно с трибуны. - Наш пассажир вон в том недострое и больше никуда не убегает – набегался, видать. Водилы и пулеметчики остаются охранять тачки и контролить недострой со своей стороны. Ну, если пассажир опять побегать решит, чтоб крик подняли… Ну, понятно надеюсь? – толпа, собравшаяся у импровизированной трибуны, согласно загудела, и командир продолжил: - Гонза, Толстый, Масик, Воля, Ведрон и Севуч, вы делитесь на двойки и контролите недострой с трёх оставшихся сторон. Остальные - тоже делимся на двойки, заходим с разных сторон и прочёсываем всё снизу доверху.
- Обязательно на двойки делиться? – раздался вопрос из толпы.
- Кому страшно, девочки, можете и втроём ходить, или даже вчетвером, и за ручки держаться. Мы же всё понимаем. Правда, мужики?
Мужики поддержали шутку нестройными выкриками и смехом, а задавший вопрос рейдер, оскорблённый до глубины души сомнениями в своей мужественности, выкрикнул хриплым срывающимся на фальцет голосом:
- Да кто зассал-то?! Кто зассал?! Я вообще один пойти хочу. Чё я с фраером этим в одного не справлюсь, что ли? Да я ещё до Улья таких на раз-два…
- Успокойся, Кислый! – прервал вопли оскорблённого командир. – Мы все в курсе, какие ты до Улья дела проворачивал и как ментов на болте вертел. Хочешь идти один? Иди. Твоя жизнь – твои проблемы. Остальные, помним: пациент у нас резкий, но кроме как в скорости бега ни в чём не замечен. Ну, тут вы и сами всё видели. Брать его надо только живым – за труп нам никто не заплатит. Ну, только по таксе, как с обычного рейдера на разборку.
Последние слова про разборку рейдеров подтвердили подозрения Маньяка по поводу принадлежности преследователей – это муры. Впрочем, решающего значения это не имело – церемониться с ними он в любом случае не собирался.
Командир муров тем временем продолжал:
- Стрелять только резинками или только по ногам…
- То есть он по нам боевыми и куда попало стрелять будет, а мы резинками или по ногам? – уточнили с нотками сарказма из толпы.
- Он один и вымотался. Иначе не залёг бы тут – дальше побежал бы. Нас 36, – успокоил лидер муров. – Задача шумануть остальным где он. Я только направление и расстояние чую приблизительно. Прижать по возможности. Остальные подтянутся - и возьмём. Чё в первый раз рейдеров живьем берём? Всё, двинулись!
И они двинулись. План их был прост и надёжен. Маньяк и сам на их месте предложил бы что-то подобное. Но и его такая тактика вполне устраивала. На этажах недостроенного здания были частично складированы стройматериалы, в том числе тепло- и гидроизолирующие, а они могли гореть… Также из горючего в наличии имелась пластиковая и картонная упаковка (цемент, например, традиционно хранился в мешках из плотной бумаги). Пока муры рассредоточивались по территории и окружали здание, Маньяк успел организовать два больших и очень дымных костра. Или, скорее, два небольших пожара. Это выдало его текущее местоположение, но отсиживаться на одном месте он и не собирался. Маньяк жаждал крови.
