Упуская это из виду, Н.Н. Визитей признает правомерным лишь комплексный (целостный) подход к анализу двигательных способностей (физических качеств) человека, при котором учитываются все присущие человеку особенности этих способностей (качеств), выявляемые на основе как естественнонаучной, так и гуманитарной методологии, рассматриваемой в качестве ведущей (такой подход характерен прежде всего для философского анализа в соответствии со спецификой философии как науки о предельных основаниях жизнедеятельности человека). По сути дела, отрицается возможность других – более частных, специализированных подходов к анализу этих способностей (качеств). В связи с этим нелишне напомнить критику А.Н. Леонтьевым тех исследователей, которые единственно возможным и правильным считают комплексный подход к исследованию человека. «Конечно, комплексный подход к человеку является не только возможным, но и научно оправданным, – писал он. – Однако никакое комплексное исследование не в состоянии заменить собой тот или иной специальный раздел знаний, входящий в данный комплекс» [Леонтьев, 1974, с. 88].
Поэтому положение о том, что двигательные способности – это способности не только (и даже не столько) организма (тела) человека, но и компонент человека как личности, вовсе не означает, что при решении некоторых исследовательских задач, на определенном этапе их научного осмысления в науках о физической культуре и спорте не может и не должна использоваться естественнонаучная, а не гуманитарная методология. Зачем отказываться «от использования естественнонаучной методологии в исследовании двигательного действия человека в качестве ведущей», как это предлагает Н.Н. Визитей, при анализе тех аспектов этого действия, которые могут быть выявлены на основе именно естественнонаучной, а не гуманитарной методологии?!
Другое дело, что на определенном этапе научного познания двигательных способностей (когда они рассматриваются как личностные качества) в качестве ведущей должна использоваться гуманитарная методология. К анализу движений человека в гуманитарном, социокультурном, а не только в естественнонаучном аспекте призывали еще Л. Эллфелдт и Э. Метени [Ellfeldt, Metheny, 1958], а также К. Рийсдорп, который писал: «Человеческое движение, понимаемое как человеческое поведение, есть нечто большее. В этом есть личность». Опираясь на это положение, он обосновывал необходимость разработки особой научной дисциплины – гимнологии, объектом которой является «осмысленное и обусловленное движение человека в структуре атлетических состязаний по отношению как к исполнителю, так и к руководителю» [Rijsdorp, 1975, Р. 11]. В нашей стране ряд исследователей – Ю.А. Гагин, СВ. Дмитриев, Д.Д. Донской – в своих работах не только обосновали необходимость гуманитарного, социокультурного подхода к анализу движений, двигательных действий, двигательных способностей человека, но и предприняли многочисленные попытки его реализации на основе построения «антропоцентрической биомеханики» как «социокультурной теории двигательных действий» [Гагин, 1997; Гагин, Дмитриев, 2000; Дмитриев, 1997, 1999, 2005, 2011; Дмитриев, Донской, 1993, 1997][4]. Причем, эти авторы, равно как и К. Рийсдорп, подчеркивают необходимость междисциплинарного, интегративного подхода к анализу движений человека.
Однако при анализе двигательных способностей человека в гуманитарном, социокультурном аспекте нельзя смешивать (отождествлять) эти способности с какими-то другими способностями (качествами) – интеллектуальными, эстетическими, нравственными и т. д., в том числе с политическими, как это делает Н.Н. Визитей.
Еще одно проявление у него «небрежности» в отношении требований логики и методологии научного познания состоит в том, что в ходе критики положений других авторов постоянно используется запрещенный этими требованиями прием: критикуемой стороне приписывается то, что ей вовсе не свойственно. Вот лишь несколько иллюстраций такого подхода.
Оценивая состояние разработки ТФК и других наук о физической культуре и спорте (в том числе ТФВ и теории спорта), Н.Н. Визитей выдвигает положение о том, что они находятся в состоянии кризиса, так как у них отсутствует «общетеоретическое основание». Основная причина кризиса состоит якобы в том, что эти науки не принимают во внимание содержательные теоретические разработки в философской антропологии, культурологии, социологии, психологии, и преобладающим в них является естественнонаучное рассмотрение двигательных способностей, физических качеств, физического воспитания, физической культуры. По его мнению, «ментальные парадигмы, используемые сегодня в сфере наук о физической культуре, в частности, те, что реализуются здесь в рамках попыток осмысления сути физического в человеке, по своему характеру антигуманитарны» [Визитей, 2009, с. 6–7, 15, 16]. На этом основании делается вывод о том, что имеет место «господство позитивистского понимания человека в науках физкультурно-спортивной сферы», что ТФК (равно как и ТФВ) является «позитивистски ориентированной наукой» [Визитей, 2009, с. 12, 27]. Причем Н.Н. Визитей утверждает, что преобладание «естественнонаучного рассмотрения физических качеств, физического воспитания, физической культуры» и «антигуманитарный подход» к их пониманию характерны не только для педагогики, но и для философии физической культуры [Визитей, 2009, с. 10].
Вновь в одну кучу смешиваются разные вещи: одна и та же парадигмальная позиция приписывается не только разным исследователям, но и разным дисциплинам, для которых характерны совершенно разные и даже противоположные подходы. Возможно, среди многочисленных исследователей, разрабатывающих педагогические проблемы ТФК, можно найти тех, у кого наблюдается указанное «преобладание» и «антигуманитарный подход». Но упрек в таком подходе вряд ли справедлив в отношении большинства ученых, разрабатывающих ТФК с позиций педагогики. Даже среди них трудно найти тех, кому можно было бы с полным на то основанием приписать «естественнонаучное рассмотрение физических качеств, физического воспитания, физической культуры» и «антигуманитарный подход» к их пониманию. И уж совершенно неприемлем этот упрек в отношении тех, кто занимается философскими проблемами телесности и телесной (физической) культуры. В этом легко убедиться, обратившись к многочисленным (например, указанным выше) отечественным и зарубежным работам по проблемам философии физического воспитания, телесности, телесной (физической) культуры. Однако в обсуждаемой книге отсутствует не только анализ, но даже ссылка на эти работы.
Н.Н. Визитей использует запрещенный в логике и методологии научного исследования прием – приписывает критикуемой стороне то, что ей вовсе не свойственно, и при обсуждении других вопросов. Он с пафосом критикует, например, такое понимание физической культуры, когда ее основным показателем считают физические качества, понимаемые как определенные качества организма (тела) человека: в ТФК «сам феномен ―физическая культура…понимают ограниченно… Одним из выражений этого является то, что об уровне развития физической культуры личности, в частности спортсмена, пытаются судить исключительно по степени развитости физических качеств, которые при этом трактуются в соответствии с традиционными подходами теории физического воспитания – не как личностные качества (не как качества метафизические), а как качества организма. Поэтому мерой физической культуры личности считают, например, сами по себе динамометрические показатели способности человека развивать то или иное мышечное усилие, связанное с преодолением внешнего сопротивления, или время преодоления человеком определенной дистанции и т. п.» [Визитей, 2009, с. 141, 142; см. также с. 26, 28 и др.].
Такое ограниченное понимание физической культуры, возможно присуще людям, не знакомым с положениями ТФК или тем, кто когда-то начинал разработку этой теории. Однако его вряд ли можно обнаружить в современных работах по ТФК более или менее известных ученых. При всех различиях в понимании физической культуры они, как правило, включают в нее лишь такие физические качества, которые являются результатом целенаправленной деятельности по их коррекции в соответствии с определенными социальными идеалами, нормами, ценностями, а также соответствующие знания, интересы, потребности, ценностные ориентации и т. д. [см.: Быховская, 1994, 1996 б; Столяров, 1988 г, д, 2004 d и др.].
Приписывание критикуемой стороне того, что ей не свойственно, проявляется у Н.Н. Визитея и в трактовке спорта. Он критикует тех авторов, которые якобы понимают спорт как воспитательную или игровую деятельность, и противопоставляет им положение о том, что исходная и важнейшая черта спорта – соревнование. Однако данное положение признается и теми авторами, которых он критикует. Другое дело, что они пытаются выделить специфику именно спортивного соревнования.
