было в прошлом веке, в семидесятые годы – годы расцвета нашей социалистической жизни. Но пережитки капитализма ещё кое-где остались и нашу жизнь часто портили.
Прибыл я в конце мая в Одессу на Всесоюзный симпозиум генетиков и селекционеров, добрался до института, где должен проходить симпозиум. Устроился в гостинице и в город. Естественно, приоделся, как следует: напялил на себя фирменные джинсы, кроссовки и маечку с ливерпульской четвёркой.
Погулял в Стамбульском парке, прошёлся по Дерибасовской улочке, и на пляж Аркадия. А там народу – мать родная, больше чем во всём Краснодаре, откуда я прибыл: кто-то играет волейбол, солидные дамы сидят под навесом на топчанах, туда-сюда снуют фотографы с заморскими пальмами с приклеенными к ним попугаями, одесский юмор несётся со всех сторон. И от этого на душе стало безмятежно радостно. А море такое чистое и ласковое.
Нашёл, как мне показалось, весёлое место среди молодёжи. Сбегал в раздевалку, переоделся, сложил вещи около группы девушек, а сам в морскую пучину с головой. Заплыл далеко, хвастаясь, как я хорошо плаваю. Выхожу на берег – своего места не нахожу. Приметных девушек нет, да и мои вещи уплыли. Только под камушками лежат мои трусы в ярких цветочках до самих колен, если одену. А обезьяна очередного фотографа рожи корчит.
Я спрашиваю ближайших отдыхающих:
– А где мои соседи?
Никто ничего не видел, никто ничего не знает. Это и понятно, каждый занят своим загаром у ласкового моря.
Сел я на гальку, смотрю вдаль, и от огорчения море показалось мне не таким уж чистым и ласковым. Перевел взгляд на оставшиеся от моего модного прикида трусы. Боже, как буду добираться до института? Что делать? На дорогу денег-то нет!
Смотрю по сторонам, недалеко воркует влюблённая парочка, я с надеждой к ним. Они сочувственно отнеслись к моей горестной ситуации, парень достал где-то приличную майку, а девушка посоветовала ехать в институт в трусах. Мол, они похожи на шорты, в которых ходят немцы по городу, приехавшие по обмену студентами между СССР и ГДР.
Приоделся, и бегом на троллейбусную остановку. Сел в троллейбус, а денег-то нет, стал в углу, еду зайцем. Буквально через две остановки ко мне подходит кондуктор, велит купить билетик. Я вспомнил разговор на пляже и на немецком стал объясняться с кондуктором. Благо, только недавно сдал кандидатский минимум по иностранному языку на пять. А про себя и думаю – вот, где знания иностранного языка мне и пригодились.
Ничего не понимая, кондуктор отошла, рукой махнула и проворчала:
– Оденутся бесстыжие, как папуасы, да ещё бесплатно норовят проехать.
Я выругался по-немецки, отвернулся от неё, и стал смотреть на граждан города через окно троллейбуса. А сам про себя думаю:
– Пусть бесстыжий, но хоть худо-бедно одетый!
Без всяких приключений я доехал до института и бегом в гостиницу. А в мой номер уже подселили командировочного из Ленинграда.
Познакомились. Виталий оказался кандидатом наук, мастером спорта по самбо. Он удивился и спрашивает, где пробежку делал:
– Я тоже в день пробегаю по десять километров и не меньше.
– Моя пробежка – вынужденная мера. Обчистили на пляже…
И рассказал ему свою утреннюю историю. Он дружески посочувствовал и пообещал мне помочь приобрести новые джинсы и кроссовки через своего родственника. Да такие, что и в Одессе никто не носит. Оказалось, Виталий коренной одессит, но живёт и работает в Ленинграде. Успехи в спорте ещё в студенческие годы помогли ему остаться жить и работать в северной столице. На моих изумлённых глазах он надел кеды и спортивный костюм. На груди его засияли четыре буквы СССР. Сказав, что он отбывает к своим родственникам своим ходом, быстро исчез за дверью. На ночь в нашем гостиничном номере я остался один со своими тяжёлыми думами.
Ночью плохо спал. На следующий день мы встретились в конференц-зале, и мой новый друг сообщил приятную весть – что у его дяди всё, что мне нужно есть: фирменные кроссовки, майки, джинсы и даже модная спортивная сумка. В этот же день вечером мы и отправились к дяде Яше. Короче говоря, купил всё, что мне хотелось и даже в полцены. Я – то цены на эти вещи хорошо знаю, не раз мотался в Новороссийск к матросам дальнего плавания за шмотками. Сложил вещи в фирменную сумку и в гостиницу. Засунул сумку под кровать, подальше от посторонних глаз. Мало ли чего может случиться: один раз обжегся на горячем молоке и на холодную воду дуть будешь.
В день отъезда Виталий напросился меня проводить.
Приехали на железнодорожный вокзал, вещи положили в одну из ячеек в камере хранения. Виталий набирает код замка и говорит, как сейчас помню, любые цифры можно набирать, кроме дня, месяца и года своего рождения. Мол, воры ячейки с таким кодом легко открывают. До отправления поезда оставалось пять часов.
Чтобы время скоротать, прошлись по Приморскому парку, через Стамбульский парк вышли на угол Дерибасовской с Решельевской, зашли в бар «Гамбринус».
Посидели в баре три часика, обменялись адресами, телефонами и пешком по вечерней Одессе на вокзал.
Идём через вокзальную площадь, горячо обсуждая пленарное заседание симпозиума. Никто не мешает далеко смотреть; любоваться вечерней Одессой и молодыми красивыми девушками. В это время замечаю, прямо на нас идёт пара прилично одетых молодых юношей. На одном из них точно такие же кроссовки и джинсы, которые я купил у дяди Яши. В руках этого парня и сумка, один в один моя. Я смотрю недоумённо на Виталия, и слышу:
– Иди спокойно на них!
Я растерялся, но вида не показываю. Только мы поравнялись с ними, Виталий делает резкий прыжок в сторону парней и заламывает руку, тому, кто напялил на себя мою одежду и нёс в руках мою сумку. Тот от боли присел, сумка полетела на булыжную мостовую. Его напарник – наутёк через площадь. Виталий крепко держит вора, а я открываю сумку, вижу там мои вещи. Виталий велит мне расстегнуть джинсы бедолаги и опустить их до колен. «Теперь, – говорит, – ты далеко не убежишь! Снимай, что наворовал!» В общем, раздели его до трусов, и я вспомнил, как еще пару дней назад я своими трусами удивлял изумленных пассажиров троллейбуса. Даже жалко его стало. Отпустили вора с миром, уж слишком он просил помиловать, его в милицию не сдавать. Но при расставании пару тумаков получил. Несмотря на отчаянную мою просьбу не дожидаться отправления поезда, а ещё засветло ехать к дяде Яше, мой новый друг только посмеялся, успокаивая меня не волноваться. Этот забавный случай положил начало долгой и надежной дружбе.
Умная птица
Сообразительность птиц всегда удивляет. Но этот
