Читаем без скачивания Ответ большевику Дыбенко - Дарья Кононенко

- Генерал Шкуро,- буркнул Кац в ответ.

- Вусата воша? Не, таракана малюй.

- Тараканы полезные, из них лекарство делают! Моя тетя Двойра пила настойку из тараканов!

Шульга положил вторую сушку обратно. Прогрессор задумчиво почесался под воротником. Никаких идей в голову не приходило. Да еще и сушки с маком, в зубах застревает. Кац дорисовал последнюю лапку и принялся рисовать очередную карикатуру - на этот раз - что-то свиноподобное, стоящее на задних ножках.

- Троцкий? - Шульга навис над сидящим товарищем.

- Бермонт-Авалов.

- Хто? - Шульга даже зубами клацнул.

- Такая латышская контра, - мечтательно протянул Кац.

Шульга подошел, глянул в окошко - чьи-то штаны на веревке, старуха соседнюю хату белит, к Великодню готовится. Тю на вас еще раз.

В хату просунулась босая ступня и застенчиво пошевелила пальцами. Дверь приоткрылась чуточку пошире и Кайданов уставился на агитотдел злыми серыми глазами.

- Самогона - нема, сметаны - нема, сало уже поели, - Шульга усиленно думал над лозунгами, но то, что пришло ему в голову, неминуемо оскорбило бы Каца, и тогда он точно не отдаст три карбованца, хоть они и честно выигранные.

Кайданов не ответил, но перегаром от него несло прилично. Хорошо вчера гулял, двух собак застрелил, десять мисок перебил, Пархоменка послал так, что тот, моторист с Балтфлота, и не ответил сразу. Да и не он один гулял - нарвались на радость неожиданную, обоз белогвардейский. И френчи английские, и тушенка заграничная, с ключиком, даже дурак откроет, так чего б и не гульнуть?

Лось решил устроить перекур, может, на свежем воздухе что-то в голову придет. По улице бегали вооруженные дети. И, насколько прогрессор мог различить без очков, винтовки у них были не деревянные. Жалобно пискнула дверь, из соседней хаты вылез Крысюк. Тоже вчера погулял, правда, более цивилизованно - собак не стрелял, только песни орал, про Катерину, Лось очень надеялся, что в этом кутке села нет ни одной ее тезки, а то неудобно получается.

- Хорошие вы гверы привезли.

Лось злобно чиркнул спичкой о штанину. Спичка, как всегда, не загоралась. Какие мы умные, аж одно немецкое слово знаем. Да разве же прогрессоры виноваты, что так с автоматами вышло? Что надули - это еще не страшно, а вот уже в другом, уже этом, времени проявилась и еще одна вещь, вещь, о которой нельзя было догадаться в начале аж двадцать первого века - нельзя такой патрон сделать. Нечем! Станков нет. И сплавов. Прогрессор не особо понял, при чем тут сплавы, но эта дивная новость перечеркивала и клепание новых АК по деталям принесенных - потому что - никак. Нельзя на таком станке, такими материалами сделать такое оружие. Вот и стали автоматы без патронов - железным хламом и игрушками для детей. Все зря. И еще эти провалы в памяти. Слишком странные, действительно напоминающие макраме - дыры в строго определенных событиях и вещах. Лось не был врачом, да и врачей у него в семье не водилось, одни филологи, но забывать таким образом - невозможно, у человека память не так устроена. Телевизор, ну, это Паша забыл, он его и так не смотрел особо, материал маминого коврика, куклы сестры, цветная фотография, дата полета человека в космос, да, и как его звали? - что-то в них общее. Прогрессор машинально чиркнул спичкой еще раз и чуть не поджег себе штаны. И почему-то вспоминалась фотография какого-то человека в инвалидной коляске. Он тут с какого бока? Бывший студент задумчиво уставился на белье.

   В дальнем конце улицы показался Григоренко, по-прежнему в часовых цепочках. Нет, он человек хороший, и пить с ним тоже хорошо, но расспрашивать надо не его. И не Заболотного, тот как заведет про волю да славу, так даже колбасой не заткнешь. История Украины - дело в данном контексте нужное, но Лось хотел узнать не это. Нужен был кто-то старше, и образованный.

   Лось выпустил спичку, затряс в воздухе обожженной рукой. Нужно закончить с лозунгами, а то товарищ Сердюк опять будет орать как недорезанный. А в хате стоял еще один человек, в драном вицмундире, флотских клешах и постолах. Опаньки. Он уже пришел. Но Сердюк почему-то молчал и внимательно смотрел на карикатуры. К вши в черкеске и свинье в фуражке добавилась змея с узнаваемыми чертами Деникина, и змее этой было непереливки - ее проткнули штыком в средней части тела и наехали на хвост тачанкой. Причем штыком протыкал явно не красноармеец, а кто-то в непонятной форме без погон и странной фуражке. Это интересно, потому что Лось точно помнил, что махновцы сотрудничали с большевиками. Но помнить - это одно, а самому брать тот клятый Мариуполь - это совсем другое. И бывший студент знал, что никаких большевиков в виде Заднепровской дивизии там не было. Может, какие-то рядовые солдаты и симпатизировали ВКП(б), но никакой явной военной помощи от Москвы не было. А Терентьев? Почти всех положил, Ременюка до сих пор жалко, а большевик. А продотряды, которые так успешно вырезал Ворон? Если это помощь, то Лось не Лось, а балерина Ксеншинская. И поэтому нужно было побеседовать с кем-то постарше. Да и интересно все-таки, как при царе люди жили. Сердюк на эту роль не особо подходил, поскольку образование у него было - законченная гимназия и пошел работать! Немцы-колонисты хорошо платят, а сестре приданое тоже нужно. Хотя - а почему это надо выяснять именно у мужчин? Под рукой ведь есть весьма достойный объект - Клавдя-медсестра, вернее, милосердная сестра. Тем более она сейчас временно без ухажера, Ярчук поехал в Одессу, то ли с секретной шпионской миссией, то ли с сугубо личным и даже мещанским желанием купить своей пассии шелковые чулки. Влюбился человек, не иначе, даже шубу свою трофейную отдал. Поскольку из хаты не было слышно дикой ругани и вопля 'Вам в деникинцы вступать надо! Вы им там всю армию до ручки доведете!', то агитотдел справился успешно. Прогрессор осторожненько зашел обратно.

   Кайданов что-то доказывал Сердюку, тот не соглашался.

- Да сделаю я ту доску! Я документы подделывал, и никто не догадался, причем жандармские.

- Побачимо.

- Сказал слепой.

Сердюк промолчал.

Шульга с нежностью смотрел на змею. Прогрессор тоже полюбовался за компанию художественно выпученными глазами и тихонечко ретировался. А то Сердюк сам неугомонный и других подпрягает. Сейчас было не до агитации, нужно было кое-что выяснить. Из фразочки пьянючего Татарчука - 'Большевики - сволочи! Царя расстреляли! А мне - не дали! ' было понятно, что Российская Империя того, закончилась. И вот тут и было кое-что интересное - самостоятельные махновцы, отсутствие большевиков и вражда с ними, даже карикатура с союзником непонятным - что-то тут не то. Нет, учебники истории могут искажать факты, но не настолько же!

   А вот и Клавдя, чинно и спокойно греется на солнышке, как и полагается трезвому в частности и вообще непьющему человеку, глядит себе на вещи постиранные. И Татарчук рядом примостился, жмурится, как кот, - наконец-то потеплело, на весну повернуло. Лось молча повернул обратно. Вот кто-кто, а Татарчук у него симпатий не вызывал - во-первых, бывший офицер, да, всего лишь унтер, но все же. А, во-вторых, он же параноик и может подумать невесть что, если у него спросить такую вещь. И, в-третьих, кто утром выхлебал кувшин кисляка, не поделившись с товарищами? Это попросту невежливо. Мы же втроем пили, а полечился один Татарчук. Так что придется доставать Крысюка странными вопросами, тем более ему как раз в некоторых вещах доверять можно

   Крысюк протирал пулемет тряпкой, ухитряясь при этом курить. Лось с тоской взглянул на тачанку - вот его любимая подушечка с розочкой, вот общий узел с барахлом, шкворень запасной рядышком блестит. Опанас упряжь осматривает, ремни салом смазывает. Счастливые люди.

- Гнат, у меня такой вопрос, - прошипел прогрессор.

- Шо треба?- Крысюк тоже ответил тихо, ездовому некоторые вещи знать совсем не обязательно.

- Ты только не удивляйся. У царя, ну этого, которого расстреляли, сын был?

- Який сын? У Николашки только дочки были, он хотел брата наследником сделать, а тот злякався Керенского,- Крысюк заулыбался, вспомнив веселый семнадцатый год.

Лось ухватился за тачанку. Стивен Хокинг, физик парализованный, был совершенно прав со своим параллельными мирами и разным течением времени в них. Только от этого не легче! А Паше надо отрезать уши тупым ножом, а потом кастрировать, а потом заставить съесть все отрезанное. Технический гений, мать его! Забросил нас в гребаный параллельный мир!

Ездовой резко повернулся в их сторону.

- Шо, у той дамочки в Мариуполе таки люэс?

Лось только позавидовал. Хорошо быть не в курсе дела!

- Нет. Она тут не при чем.

- Тода шо ж вас, дядьку, так перекосило?

- А он мне гроши не отдаст!- Крысюк, в доказательство этому, скрутил дулю и покрутил ею у прогрессора перед носом.

Опанас хмыкнул и вернулся к своему занятию.