Просто ей времени не хватило для чего-то более достойного.
— Господин Неодим, позвольте представить вам лер Свон, — подойдя ближе, сказал Найтэ, и постное лицо целителя выразило недоумение.
— Это она, моя пациентка? — даже уточнил он.
— Да, это лер Свон.
— Здравствуйте, — широко улыбнулась молодая женщина и, присев в неловком книксене, затараторила. — Для меня настоящая неожиданность. Я… я право не знала, что мэтр Тийсберг, но я так рада вам!
Глаза лер Свон сияли, она испытывала искреннее воодушевление — вот ровно такое же по силе, какое разочарование ощущал господин Неодим. Не иначе он представлял себе кого‑то совсем другого. Быть может, редкую красавицу. Он явно не мог понять, что такого в этой замухрышке, раз в качестве специалиста пригласили именно его. Желание поднять расценки отчётливо читалось в его глазах.
— Лер Свон, не иначе как в силу травмы, редко выражает свои мысли более внятно, — глядя как вытягивается лицо целителя, не сдержался от едкого комментария Найтэ.
А затем он начал открывать дверь. При этом тёмный эльф украдкой посмотрел на молодую женщину так, чтобы она поняла — в дальнейшем ей лучше молчать, и Мила Свон действительно закрыла свой рот. Не нашёлся со словами и господин Неодим, или же он не посчитал нужным хоть что-то отвечать такой особе.
«Нет, ну надо же какой отвратительный человек», — подумал про себя Найтэ, и дело было отнюдь не в том, что он посчитал пренебрежительное отношение к его студентке чем‑то неправильным. Отнюдь. Просто господин Неодим крайне не понравился ему самому. За считаные минуты знакомства этот человек начал основательно раздражать дроу и, пожалуй, причиной подобного было то, что целитель принадлежал к тому типу людей, целью жизни которых является исключительная популярность. А Найтэ мало того, что в принципе такое стремление не уважал, так ещё ничем, кроме своего необычного происхождения, похвастаться прилюдно не мог. Чай он был не дурак раскрывать все свои карты какому‑то мотыльку-однодневке. В результате господин Неодим мигом определил последнего из тёмных эльфов в категорию лиц третьего сорта, и это крайне неприятно било по самолюбию Найтэ. Усугублял ситуацию ещё один момент. Не иначе как знаменитого целителя заинтересовали не столько обещанные академией деньги, сколько предложение декана факультета Белой Магии поработать на виду у зарубежных коллег. Господин Неодим вовсю предвкушал свой яркий успех в научном сообществе соседней державы, как вдруг появился любящий поступать по-своему профессор некромантии и это изменило всё. Все его планы полетели в тартарары.
«И сам бы ты в эти же тартарары полетел», — искренне пожелал целителю Найтэ, но, стараясь оставаться вежливым, произнёс другое:
— Добро пожаловать. И будьте осторожны — здесь ступеньки.
В намерении соблюсти правила этикета Найтэ предложил именитому целителю пройти на кафедру первым. И, стоит отметить, господин Неодим спускался по лестнице крайне неспешно. Попутно он с презрением осматривался по сторонам, а потому, едва ступил на пол холла, сразу высказал своё недовольство.
— Ужасно маленькие окна. Если такие же в комнате для ритуалов, то света будет недостаточно.
— Ну что вы, — через силу улыбнулся Найтэ. — Комната для ритуалов более чем хорошо освещена, так как она находится этажом ниже. Там вообще нет окон.
— Этажом ниже? Это что, шутка?
— Нет.
Столь однозначный ответ господин Неодим едва переварил. Он был настолько шокирован услышанным, настолько поражён аскетичной обстановкой, что не сдержал своих эмоций.
— М-да, не думал я, что мне когда-нибудь придётся работать в таких условиях.
Тон голоса господина Неодима ножом прошёлся по нервам тёмного эльфа.
— Зато, так вы испытаете совершенно новый для себя опыт, — съязвил Найтэ как можно вежливее.
— Ну да, ну да, — буркнул целитель, прежде чем хохотнул. — Право слово, действительно! После мне будет что рассказать — заслуженным профессорам Верлонии предлагают ютиться в землянках, ха.
Лицо Найтэ сделалось каменным. К нему никогда не приходила мысль обустраивать свою кафедру так, чтобы она выглядела помпезно. Это здание было его обителью, его домом, и он хотел чувствовать себя уютно в нём. Необычная, уходящая вглубь земли постройка и простота обстановки были данью его желания жить по заветам предков, всё это соответствовало его собственной личности, и как-то за все века его жизни не было ещё такого, чтобы кто-то выражал своё неодобрение увиденным здесь. Глаза всех посетителей, впервые попавших на кафедру некромантии, сверкали интересом, так как обычно люди жаждали увидеть некие необычные вещицы, свойственные культуре дроу. А там, найдя их взглядом, они прямо-таки лучились от восторга.
Сейчас всё было не так. Господин Неодим не то, что не подошёл ближе к столику, на котором стояла необычная коллекция изготовленных из чёрного хрусталя фигурок тёмных эльфийских богов, он вообще нисколько не удостоил её внимания.
— Ваши слова звучат так, будто вы сами не из Верлонии, — вдруг подала голос лер Свон, и поглядевший на неё Найтэ сразу почувствовал неладное. Однако, господин Неодим не знал эту женщину так хорошо, а потому нисколько не насторожился.
— Да, я уроженец одного из древнейших родов Лавратии.
— Оно и заметно, что Лавратии. В Верлонии, знаете ли,…
— Лер Свон, — несмотря на своё желание дослушать, вынужденно прервал молодую женщину Найтэ в строгом тоне. А затем он перевёл взгляд на господина Неодима и предложил. — Давайте не будем терять время. Прошу вас.
Его слова соответствовали настрою целителя, а потому тот принял предложение энергичным кивком головы. И сложно сказать, что именно в этом движении смогло так раздражить Найтэ, раз он изменил маршрут. Быть может, оно стало последней каплей в его чаше терпения. Быть может, это попытка лер Свон защитить его так раззадорила, ведь не только эльфу, а вообще любому мужчине аналогичное было бы не очень-то приятно. Но, как бы то ни было, а Найтэ повёл людей отнюдь не в ту ритуальную комнату, в которую обычно приводил студентов. Вместо этого он уверенно сделал ещё один виток вниз по лестнице и, пройдя по коридору между двух внушительных каменных исполинов, снял магическую блокаду с прохода в совсем другое помещение.
Этот зал тоже являлся комнатой для совершения ритуалов. Её границы, как и границы любых других аналогичных комнат, были укреплены защитными чарами, чтобы ни одна мерзость, нечаянно созданная волшебством, не смогла покинуть место своего создания. Имелись здесь традиционные алтарь и усилители стихий. Вот только, помимо этого, внутри комнаты находилось ещё столько всего необычного, что постное выражение лица у господина Неодима всё же изменилось. За долгие века Найтэ обустроил свою личную комнату для ритуалов по высшему разряду, а потому даже такой избалованный роскошью человек оказался впечатлён. Целитель уважительно цокнул языком и
