от сторожки любопытных.
И сколько бы ни спрашивали у жителей Паддлеби, кто такой Лука и почему он живет в одиночестве в ветхой сторожке на болоте, ответ всегда был один и тот же:
— Лука-Отшельник? Вы спрашиваете о нем, сэр? Тут дело нечисто. Что-то за всем этим кроется, иначе зачем ему сторониться людей? Но не вздумайте пойти к нему на болото, чего доброго, он еще натравит на вас пса.
И все же в Паддлеби нашлись два человека, безбоязненно навещающих Луку-Отшельника в его сторожке. Доктор Дулиттл и я, Том Стаббинс. Странное дело: бульдог Боб ни разу не залаял на нас, наверное, он чувствовал, что мы желаем его хозяину добра.
Вот и в тот день мы шли к болоту. Холодный восточный ветер дул нам в лицо. До сторожки Луки уже было рукой подать, как вдруг О’Скалли насторожился и сказал:
— Что-то тут не так.
— Что не так? — спросил доктор.
— А то не так, что Боб не выбежал нам навстречу. Он уже давно должен был учуять нас. А это что за странный звук?
— Похоже на скрип, — сказал доктор. — Может быть, это скрипит дверь? Лука никогда не смазывал петли.
— Надеюсь, что Боб жив и здоров, — произнес О’Скалли. Но в его голосе слышалось сомнение, и он громко залаял, в надежде, что пес Луки услышит его и ответит.
Однако ответа не последовало. Только ветер шелестел в сухих камышах болота.
Непонятная тревога охватила нас, и мы прибавили шагу. Когда мы наконец добрались до хижины Луки, то увидели, что она пуста.
— Куда же ушел Лука? — удивился я. — Может быть, он вышел прогуляться?
— Нет, — доктор наморщил лоб, — Лука обычно сидит дома: ему не надо выходить, чтобы глотнуть свежего воздуху. А если бы он даже решил пройтись, чтобы размять ноги, то обязательно запер бы дверь. Случилось что-то из ряда вон выходящее. Эй, О’Скалли, что ты делаешь?
— Ничего, — ответил пес, обнюхивая глинобитный пол сторожки. — Ничего особенного. Не стоит об этом и говорить.
— Почему же? — строго сказал доктор. — По-моему, ты что-то скрываешь. Ну-ка, выкладывай, что ты сумел вынюхать. Что тут произошло? Где Лука?
— Не знаю, — недовольно тявкнул О’Скалли. — Здесь нюхай не нюхай, ничего толком не понять. Мне известно не больше, чем вам.
— Позволь тебе не поверить, — продолжал настаивать доктор. — Ты что-то все-таки разнюхал. По глазам вижу, что ты заподозрил что-то неладное. Так что же здесь произошло?
О’Скалли молчал.
Десять минут доктор увещевал его, просил, уговаривал. Все было напрасно: пес не произнес ни слова.
— Так и быть, — сдался в конце концов доктор. — Ни к чему нам больше стоять на холодном ветру. Доподлинно мы знаем только одно — Лука-Отшельник исчез. Пойдем-ка лучше домой обедать.
Мы закутались в плащи и повернули назад. О’Скалли притворился, сделал вид, что ему вздумалось поохотиться на водяных крыс, и шмыгнул в кусты. Но провести доктора ему не удалось.
— Готов дать руку на отсечение, — шепнул мне доктор, как только пес скрылся в зарослях, — он уже догадывается, что произошло. И сейчас он побежал разузнать побольше. Странно, очень странно, что он таится от меня и не хочет сказать ни слова. Я знаю его одиннадцать лет, и ни разу за все это время он так себя не вел. Ума не приложу, что же с ним случилось!
— Вы думаете, ему стала известна тайна Луки-Отшельника? Может быть, он сумел узнать то, о чем шепчутся все жители Паддлеби?
— Я бы не удивился, если бы узнал, что О’Скалли известны все тайны нашего городка, — задумчиво ответил доктор. — Ты не заметил, как он насторожился, когда дверь оказалась открытой, а сторожка — пустой? Он увидел на полу чьи-то следы, обнюхал их и все понял. Но почему он не захотел мне ничего сказать? Почему он молчит? Эй, О’Скалли! Поди сюда! Эй! Куда он убежал? Как сквозь землю провалился. Мне казалось, что он рыщет в зарослях где-то впереди.
— Он только что был вон там, — подтвердил я. — О’Скалли! Где ты?
Но пес не откликался. Мы долго звали его, даже вернулись к сторожке Луки. Пес как в воду канул.
— Наверное, он побежал домой и уже ждет нас там, — сказал я.
Доктор только поднял воротник и прошептал про себя:
— Странно, очень странно.
Глава 3
ТАЙНА
Едва мы переступили порог дома, как доктор позвал Крякки:
— Где О’Скалли? Он уже здесь?
— Вам лучше знать, где носит пса, ведь он ушел из дома вместе с вами, — недовольно ответила утка. Она очень не любила, когда ее отрывали от привычных домашних хлопот. — Я его с самого утра не видела.
— Как только он вернется, тут же скажи мне, — попросил ее доктор. — Дело очень срочное.
— Ничего с О’Скалли не случится, — крякнула утка. — Уж кто-кто, а он не пропадет. Он с детства умел постоять за себя. Мойте руки и садитесь к столу, обед уже готов.
Не успели мы даже прикоснуться к еде, как дверь открылась и на кухню влетел О’Скалли. Если бы он был человеком, то я сказал бы, что на нем лица нет.
— Доктор, — позвал он, — я должен вам кое-что сказать. Вам и Тому, и никому больше. Поэтому давайте пройдем в библиотеку. Нет-нет, Крякки, обед подождет. Скорее, доктор, нельзя терять ни минуты.
Как только мы оказались в библиотеке, пес попросил:
— Доктор, закройте, пожалуйста, дверь на ключ, чтобы нам не помешали.
— Не волнуйся, — сказал доктор, поворачивая ключ в двери, — сюда никто не придет. Ты же знаешь, наши звери умеют себя вести.
Пес с трудом перевел дыхание. Было похоже, что он мчался домой со всех ног.
— Доктор, — начал он, отдышавшись, — я уже давно знаю, кто такой Лука-Отшельник и почему он поселился в сторожке на болоте. Но раньше я не мог сказать вам об этом.
— Почему? — удивился доктор Дулиттл.
— Мне все рассказал Боб, бульдог Луки, а я поклялся самой страшной клятвой, что буду хранить тайну.
— А теперь? — спросил доктор.
— А теперь сам Боб просит меня об этом. Надо спасать Луку. Я побежал
