Если собака ест из своей миски, она рычит, когда подходит другая собака и пытается принять участие в трапезе. Но если собака воровато ест из чужой миски, она не рычит на ее хозяина, когда тот приближается. Вероятно, во взаимоотношениях диких зверей на привадах происходит нечто подобное. Подкормка, выложенная человеком, это «чужая собственность», и пользующиеся ею не должны иметь особых претензий друг к другу. Однако имеют место столкновения, не всегда носящие ритуальный характер. При решении возникающих конфликтов главным аргументом являются сила и степень агрессивности. Если привада находится вблизи постоянного убежища зверя или он является ее хозяином (потому что жертва была добыта им), право сильного может оспариваться более слабым, но «убежденным в своей правоте». Агрессивность более присуща взрослым особям, из них чаще самцам, в меньшей степени особям младшего возраста, из которых наименее драчливы (например, у бурого медведя) молодые самки.
Во взаимоотношениях на приваде разнополых особей близких видов тоже имеются различия. Например, тигр допускает к пище тигрицу и тигрят. Среди леопардов возможно даже «рьщарство», когда самец насыщается после самки. Лев-самец в обычной ситуации ест первым и лишь потом самка, после которой следуют львята. Враждебность самца по отношению к самке на приваде присуща большинству видов, хотя и не всегда прослежена.
Взаимоотношения на привадах между хищниками, живущими группой или нераспавшимся выводком, большей частью упорядочены на основе заранее установившихся иерархических отношений, которые, однако, могут игнорироваться. Известно, что среди волков возникают у поживы драки. Еще более жестоки отношения кормящихся гиен. И лишь гиеновые собаки, по-видимому, исключение, поскольку им свойственны мирные отношения у туши жертвы. При недостатке пищи агрессивность животных возрастает. Она регулируется очередностью подхода к приваде, преимущество в этом случае у доминантов. При наблюдениях на Аляске за 28 парами падальщиков, состоявшими из сочетания «доминант — подчиненный», 54 % подчиненных особей не кормились на приваде в период пребывания на ней доминанта, которым являлось обычно более крупное животное. Взаимоотношения разных выводков на одной приваде при обилии пищи на ней могут быть, судя по волкам, упорядочены. Однако локальные привады с ограниченным запасом пищи на участке обитания семьи охраняются. Территориальность одиночных хищников при наличии крупной привады, несомненно, нарушается. О каких участках может идти речь, когда возле крупной туши одновременно собирается или отлавливается в короткий срок по нескольку десятков хищников одного вида? Отдельная особь не в силах защитить возникшее пищевое богатство на своем участке и вынуждена мириться с вторжением бесцеремонных, алчущих собратьев.
Однако определенная упорядоченность взаимоотношений на приваде может возникать даже у разных видов. Наблюдали, например, как у туши медведя кормилось 9 колонков, 2 соболя и 4 харзы. По тропинкам соболей бегали колонки, а по тропинкам колонков соболи; по тропам же харз ходили только колонки.
Взаимоотношения копытных зверей на приваде не всегда бывают мирными. Благородным оленям, изюбрам, маралам и особенно пятнистым оленям свойственно агрессивное отношение к более мелким и слабым особям в число которых входят и самки. Не исключены даже смертельные исходы стычек между этими животными. Такое же поведение свойственно кабанам, в меньшей степени агрессивность у кормушки присуща лосю. Конфликты на привадах различных стад между собой прослежены только у кабанов.
Замечено, что на искусственных солонцах, где выкладываются большие куски соли-лизунца (они прочно закреплены), каждое животное имеет свою вылизанную лунку и становится каждый раз с одной и той же стороны, принимая обычную позу. Это постоянство содействует, очевидно, стабильности отношений, препятствует возникновению стычек. Повадившись ходить на приваду, такие звери, как волк, лисица, рысь и росомаха, обычно держатся в ее окрестностях, прокладывая длинные тропы, по которым приходят и уходят с привады. На этих тропах охотники ставят капканы. Горностай, куница, песец, а летом и волки не придерживаются троп.
Весьма враждебны взаимоотношения на приваде среди зайцеобразных. Количество ссор у русаков возрастает к весне, с приближением гона. Среди грызунов степень агрессивности у привады, по-видимому, весьма варьирует. На фоне недружелюбия белок мы наблюдаем довольно терпимые отношения у нутрий, хотя и среди них возможна враждебность, которая возрастает при попадании привады на территорию самки, принесшей щенят.
В отношениях на приваде крупных хищников разных видов нет стандарта. Характер контактов большей частью определяет конкретное соотношение сил. Тигр защищает свою добычу от любого противника, но в то же время имеются наблюдения, когда медведь отгонял тигра от привады. Волки не решаются подойти к пирующему медведю, но в другом случае они атакуют его, заставляя обратиться в бегство. Лев отгоняет от привады гиен, но если их много, вынужден кормиться вместе с ними, а ирбис терпит присутствие на приваде волков. Однако нейтральные отношения могут нарушиться, когда пища на исходе; известен случаи, когда лисицы в конце концов задавили кормившегося с ними первое время песца.
В отсутствие сильного хозяина привады более мелкие хищники нередко посещают ее и кормятся здесь. Примеров тому много. Колонок игнорирует даже тигра и медведя. Известно, что мелкие хищники ждут по следам крупных в надежде поживиться остатками их добычи. Более того, песец иногда неотступно следует за белым медведем, а шакалы лезут к приваде, раздираемой гиенами, за что платятся иной раз жизнью. Но если различия в силе и размерах хищников не столь разительны, более слабый ведет себя осторожнее.
Птиц-падальщиков отгоняют от привады волки, гепарды, львы и другие хищники, но рысь бросает добычу, как только около нее появляется птичий помет. При обилии пищи на приваде одновременно могут находиться несколько животных разных видов: наблюдали одновременно у одной туши собаку, шакала и свинью, в другом случае — корсаков, лисиц и собак. Разные виды зверей могут быть полезны друг другу: например, крупные хищники расчленяют туши, облегчая питание мелким (возле промерзших неповрежденных трупов последние не имеют возможности кормиться). Звери и птицы своими следами, поведением и звуками сигнализируют друг другу о нахождении привады, помогают в нахождении корма.
Во взаимоотношениях копытных зверей на приваде большую роль играют традиции. Косуля на подходит к солонцу, пока там олени, серны стоят, дожидаясь ухода туров, а изюбр и марал не идут, если там лось. Однако при подкормке возможны и трения. Кулан уступает место верблюдам, но отгоняет животных других видов. Пятнистые олени и маралы так же поступают в отношении кабанов и не всегда ладят между собой. Но, по-видимому, более часты мирные отношения. Маралы и лоси не ссорятся, кормясь на озерах, косули пасутся на кукурузном поле вместе с лошадьми.
