уже ответить, но тут Себастьян покидает каюту. В оставшиеся мне, как драйщику, полчаса сна я лежу и рассматриваю ламели верхней койки.
Как он может не верить, что я хотел ей помочь? С другой стороны, Себастьян сам сломал Саманте шею, выставив это как случайность. Он тот еще лжец. Подонок, который любое событие использует с выгодой для себя, даже гибель подружки. Себастьян – серьезное препятствие на пути, но он не помешает мне вернуть Эллу. Я снова обниму ее и буду старшим братом, которым обещал ей стать.
Одевшись, бреду по тихому коридору на камбуз. Впереди из-за угла показывается Китон. Еще один жаворонок. На лбу у нее небольшой пластырь. Бросив на меня хмурый взгляд, Китон идет дальше. Не произносит ни слова.
Вхожу на камбуз. Сквозь иллюминатор льется розовато-оранжевый свет зари. Стоит прогорклый запах пригоревшей овсянки. Себастьян, кашляя, ладонями разгоняет клубы дыма.
– Две минуты, – говорит он. – Потом сможешь поесть.
Может, я и не умею готовить, но Себастьян умудрился показать себя еще хуже. Взять меня драйщиком было и то более удачным выбором Громилы, чем решение поставить его коком.
Сажусь на скамью напротив Китон, но та встает и пересаживается за другой стол. Вынужден признать: это немного неприятно.
Следующим приходит наш штурман. Они с Китон устремляются к плите и там принимаются шептаться. Поглядывают в мою сторону.
Я скрещиваю руки на груди. Какого дьявола, что происходит? Во всем обвинят меня? Не капитана, который приказал лететь в самое сердце смертоносной живой бури? Вот, может, поэтому и не стоит помогать людям? Меня обвиняют в надуманной чуши!
Вклиниваюсь между Китон и Элдоном и протягиваю Себастьяну свой поднос:
– У меня сегодня работы полно, поэтому давай сюда все, что есть.
Ответив злобным взглядом, он наваливает мне в тарелку похожей на зеленый студень «горячей» каши и бросает рядом уголек вместо тоста:
– Приятного аппетита, Конрад.
Я молча ем свою баланду. Хлеб раздирает небо, но все же я не оставляю ни крошки. Мне нужны силы, и неважно, насколько еда пригорела. Закончив, покидаю камбуз и больше никому не говорю ни слова.
Доложившись капитану, принимаюсь вощить выставленные в коридоре ботинки Громилы. Сапожного воска не жалею. От кислотного запаха этой черной мази щиплет ноздри.
Внезапно Громила выглядывает в коридор и смотрит на меня сверху вниз:
– Уже закончил, драйщик?
– Ты оставил мне дюжину пар обуви.
– Так торопись!
О, как же хочется врезать ему кулаком по яйцам. Это несложно, учитывая, что я сижу, а он стоит. Правда, придется потом ночь-другую провести на губе… но удовольствие все окупит.
Громила удаляется за стол, оставив дверь открытой. Перед ним кипы карт и стопки книг по горгантавнам. Несколько минут мы работаем молча. В конце концов он откидывается на спинку кресла и смотрит на меня:
– Думаешь, дядька примет тебя назад, Урвин?
Я кручу в руках ботинок, присматриваясь к его блеску, и наношу еще воска.
– Эй, Урвин?
Так и не дождавшись ответа, Громила с ворчанием утыкается в новые схемы. Оставшись без Пэйшенс, он взял на себя роль стратега. Теперь разрабатывает план следующей охоты.
Проходит несколько минут, и он с отвращением отшвыривает в сторону бумаги. Потом пристально смотрит на коммуникатор. Видимо, ждет сигнала Брайс – она сейчас на вахте – о том, что появился горгантавн.
Даже лучший план – пустышка, если нет добычи.
Я закончил с очередной парой ботинок. Теперь они так блестят, что в них отражается свет ламп.
– Думаешь, семья примет тебя назад, Атвуд?
Он опускает бумаги:
– У моей семьи есть честь.
– Честь? – Я сдерживаю смех.
– Что?
– Ничего.
– Объяснись, драйщик.
Я бросаю на пол ботинок, который начищал:
– Ты крупнее и сильнее, чем я. И все же привел кузенов, чтобы избить меня в Низине. Где же тут честь?
У Громилы проступают желваки на скулах.
– Не хотел встречаться со мной на дуэли, поэтому сжульничал. Сомневаюсь, что тебе что-то известно о чести, капитан.
Он ударяет кулаком по столу:
– Пошел отсюда!
– Но я еще с твоими ботами не закончил.
– ВОН!
И я ухожу, слегка улыбаясь. Может, если ему всегда так в меру дерзить, он будет меня выгонять, избавляя от глупой работы? Вот бы это было так просто…
Жаль, но у Громилы еще полно заданий для меня. Например, зарядить все гарпуны, смазать шарниры турелей, надраить пол в душе, перетаскать консервы с нижней палубы на камбуз, потому что уж банку-то вареных бобов и Себастьяну не испортить.
Надеюсь.
А пока Громила не дает мне поднять головы, «Гладиан» скользит по небесам близ Хорнтроу. Это обширная территория, раскинувшийся на тысячу километров архипелаг поросших джунглями островов и заброшенных приисков. На таких просторах даже стаю горгантавнов нелегко отыскать.
В какой-то момент мы засекаем кальмавна. Солнечный свет отражается от золотистой шкуры чудовища, что рывками движется по небу, подтягивая пятиметровые щупальца. Позднее видим группу шелтавнов, танцующих вокруг корней острова и хватающих клешнями пишонов и птиц.
Когда солнце заходит, команда отправляется спать, однако я лишен роскоши отдыха. И при тусклом свете луны тружусь над собственным проектом. Швабра, ведро и тряпки стоят у люка, а я склонился над тремя треугольниками из эластичной ткани. У меня ушел час на то, чтобы вырезать их ножиком, который я умыкнул с камбуза. Они – ключ к моему восхождению, ключ к тому, чтобы единолично убить горгантавна.
Ловко продев в блестящую ткань металлический прут, собираю ее, словно шторку, и прилаживаю к запястью. Опускаю руку, и ткань распрямляется, полощется на ветру.
В груди просыпается и трепещет надежда. Пусть даже команда отвернулась от меня, у моего безумного плана все еще остается шанс.
Из люка доносится грохот ботинок, слышно, как кто-то берется за поручни трапа. В панике сгребаю изобретение в охапку и кидаюсь на другую сторону палубы. За мгновение до того, как открывается крышка люка, я запихиваю все под тент спасательной шлюпки. Оборачиваюсь и вижу Брайс.
– Конрад.
Я облегченно опускаю плечи:
– Думал, это капитан.
– Разочарован?
– Как посмотреть. Ты дашь мне еще больше заданий?
– Нет, я подышать вышла.
Глянув мне за плечо – на проплывающий мимо остров, что торчит из-за облака, – она подходит к заграждению правого борта и облокачивается о перила. Ее торчащие шипами волосы шевелятся на ветру.
Я встаю рядом, чуть не касаясь ее руки.
Мы молча следим за пурпурным островом. За ужином Элдон рассказал, как некогда на нем укрывалась банда пиратов, восставших против королевы. Они построили собственный город, собрали флот… Теперь от поселения остались только руины в джунглях.
– Когда я была
