сердце у этой девчонки. Такое же сильное, как и её сила духа, как тонкое, но словно стальное тело.
А потом неведомая сила выдернула девчонку с больничной койки, и она побежала.
Побежала?!
Вот только что лежала совершенно без сил, еле шевелила губами, сердце её кричало, и вот она уже бежит…
Неведомая огромная сила лилась по венам иномирянки. Наполняла хрупкое тело. А её маленькое, размером с кулак, сердце… оно казалось огромным. И вело её вперёд.
К тому, кого звали… Май.
Иномирянка летела словно птица, потом вдруг остановилась, и Она случайно прочитала её воспоминания: «…Ты — совершенная машина для убийств…»
Она?! Смертная?!
Как могло в ней сочетаться подобное?! Она могла убивать… И могла так любить?..
Но…
Она вспомнила девушку среди разумных растений. Как иномирянка защищала свою жизнь. И его жизнь тоже. В те мгновения её эмоции звучали тоже сильно, остро. Но по-другому. Совершенно.
А чувство к тому, к кому вело сердце… было иным — невероятным.
И Она тоже захотела сильнее и глубже почувствовать так. Так, как если бы сама..?
Почувствовать не чужие эмоции.
Свои.
Страшно.
Ей.
Такой сильной.
И могущественной.
Глава 27
Она забыла про Смертельные игры и летасы, про живую и вкусную энергию смертников, про их эмоции: страх, гнев, ненависть, ужас… отчаяние и ярость…
И следовала за той, с которой ощущала совсем другое.
Даже в воздухе витало обещание невероятного. Того, чего Она ни разу не испытывала за долгое-долгое время существования.
Из тайников знаний и памяти что-то подобное вспоминалось, но слишком смутно и расплывчато. Как же давно это было? И с Ней ли?
Она шла за ней — хрупкой быстрой фигуркой в белой рубахе, одновременно такой жалкой и такой сильной, которую вело чувство, позволяющее всё преодолевать.
А ещё Она колебалась.
Снова.
Как тогда, много лун назад, когда на Смертельных играх появился сначала Демон, а затем Дух. И это раздражало. Потому что Она уже наслаждалась, а это зудящее чувство мешало.
Колебалась…
Выпить смертную в тот момент, когда та встретится с Маем, к которому так стремилась? И это станет потрясающим для Неё. Высшей точкой наслаждения. Она уже предвкушала… И надолго обеспечит Её вкуснейшими эмоциями.
Вот только…
Она единожды ощутит подобное, а потом снова бесконечное однообразие из тех… других… Она уже осознала это… не таких вкусных и ярких…
Или…
Всё же рискнуть? И чувствовать так всегда?
А если надоест? Всё приедается когда-нибудь. Ведь надоели же Смертельные игры…
Она ещё никогда не пробовала так… и никогда Ей не хотелось стать другой сущностью. Например… вот этой загадочной девушкой. Смертной.
А ведь иномирянка, и правда, смогла Её удивить. Однажды. И продолжала удивлять…
Её.
Девчонка продолжала стремительно передвигаться. Она летела, словно не касалась ногами земли. Сильные крупные мужчины — те, кто вставал у неё на пути, — оставались лежать бессознательными телами. За хрупкой девичьей спиной.
Хрупкая и сильная.
Слабая и смелая.
Решительная.
Иная…
…не из этого мира…
Из другого. Необыкновенного.
Если бы Она могла его выпить…
Неожиданно тонкая фигурка остановилась. Резко. И Она вместе с ней зависла.
Иномирянка выбежала из здания Южного корпуса Тюрьмы. А на выходе её ждали.
Предсказуемо. Но…
Она почувствовала беспокойство. Своё и девчонки.
Боевые Маги. Охранники тюрьмы.
Решительные. Злые. Вооружённые с ног до головы.
Девчонка сорвалась с места. Стремительно. Больше не колеблясь ни секунды. Снова трансформируясь.
Просто невероятно.
Но Она уже поняла, что это стало ошибкой. Роковой. В иномирянке не было магии. Она не могла воевать с магами… С таким количеством хорошо обученных подготовленных магов.
А те…
Нет. Нельзя!
Одновременно, со всех сторон напали на смертную.
Иномирянка была ловка, смела и решительна, но боевая магия заставила её испытать боль. А вскоре она почувствовала её отчаяние. И оно ей не понравилось…
Она видела, как девушка пыталась разорвать смертельное кольцо из магов, обмануть их и вырваться из ловушки.
Иная пыталась.
Она видела, как та упрямо рвалась… К нему. К своему Маю. Как ускользала от магических ударов. Гибкая, опасная, сильная. Снова и снова… Но ударов было слишком много. И все они были сокрушительной силы.
Неожиданно и резко Она осознала, что больше не чувствует того необыкновенного, что исходило из огромного щедрого сердца девчонки. Та, которая обещала невероятное событие в Её жизни, пошатнулась и стала оседать на землю. Медленно и всё ещё сопротивляясь… И всё же она упала и больше не вставала.
Слуги Тюрьмы — те, что считали это ужасное место домом, — переглянулись, обменялись жестами, затем один из них решительно выступил вперёд.
Хочет проверить девчонку? Чье сердце теперь билось еле слышно. Каждый удар словно оглушал Её… Тук… Тук… Тук… Оно останавливалось…
Маги перестарались. И Она поняла, что намеренно… Кто-то из них хотел убить смертную. Один из всех.
Она не чувствовала ничего. Душа смертной уходила туда, где больше ничего и никогда не чувствуют. И это стало огромным разочарованием для Неё.
А ведь Она могла помочь ей. Могла. Но не стала. Когда поняла, чем всё закончится.
А ведь Она сразу всё поняла.
Не помогла. Чтобы больше не колебаться, — это изматывало, раздражало.
Она решилась. В конце концов, что Она теряет? Ничего, кроме…
Хрупкая оболочка смертной девушки могла не выдержать Её мощь. Могла разрушиться. Но тогда для Неё всего лишь всё станет по-прежнему.
А девчонка?..
И Она снова заколебалась. На миг.
Бесит. Нет, не так. Бесит! А время уходит. Нельзя, чтобы душа навсегда покинула тело смертной, — тогда ничего точно не получится.
А сейчас… Может получиться.
Её древнейшая магия наполнит каждую клеточку хрупкого и сильного тела, поможет преодолеть все преграды на пути к нему. Девчонка станет непобедимой.
Вместе с ней.
И Она решилась. Надеясь, что смертное тело всё же окажется сильным и выдержит.
* * *
Странные ощущения.
Тесно. Душно.
Как в этом существуют?
Все эти люди поэтому умеют так чувствовать?
Огромные души… щедрые сердца… в такой маленькой оболочке… Тонкой и хрупкой…
Теперь Они — одно целое.
* * *
Охранник Тюрьмы Пустоши ткнул кончиком ботинка неподвижное тело девушки. Стражница Огдэн не пошевелилась, и мужчина осторожно, всё тем же кончиком ботинка, перевернул девичье тело на спину.
Бледное обескровленное лицо, закрытые глаза, безвольное израненное тело… в задранной больничной рубахе.
Без сознания? Или мертва?
— Надеюсь, мы её не убили, — проворчал один из Стражей. — Нам ясно дали понять, что девушка нужна живой.
— Она была
