опасна, — процедил другой Страж. — Монстр… мутант…
— По-моему она дышит, — проговорил третий.
— Проверь, — резко приказал первый. Старший среди группы. — Всем приготовиться. На всякий случай.
Мужчина, которому приказали проверить, наклонился к девушке и тут же отшатнулся.
Иномирянка неожиданно открыла глаза. Огромные. Чёрные. Дикие.
Совершенно жуткие.
И пристально уставилась на него.
Смазанным, неуловимым для глаза движением, девушка поднялась и замерла. Прищурилась, внимательно рассматривая ошарашенных застывших мужчин. Медленно обернулась вокруг себя.
— Сдавайся, останешься жива, — хрипло проговорил старший. — Против магии ты бессильна, пустышка. Ты же убедилась в этом?
— Сдавайся, — медленно повторила девушка. Голос её звучал странно — глухо, хрипло. — Останешься жива, — она наклонила голову набок и… тихо рассмеялась. Издевательски. Зловеще. И очень довольно.
А потом подняла тонкие израненные руки вверх и резко развела их в стороны. Улыбаясь.
Боевики не успели ничего предпринять, разлетелись по тюремной площадке, телами впечатываясь в стены зданий.
— Сдавайся! — повторила девчонка и снова рассмеялась.
Ненормальная. Всё же спятила. И откуда у неё магия?!
Боевики синхронно направили в девушку магию с разных сторон. Она должна была сбить Стражницу Огдэн с ног и, возможно, убить, но та одним небрежным движением руки отбила их нападение и снова раскидала по площадке. Теперь более жестоко. Многие больше не поднялись.
Смазанное движение… и фигурка в белом исчезла из поля их зрения.
Оставшиеся в живых боевики ошарашенно закрутили разбитыми головами вокруг и вдруг увидели вдалеке маленькую фигурку, — девушка направлялась в центральный корпус, откуда поступил приказ её остановить.
Глава 28
Хотя Сид Умас, начальник Тюрьмы Пустоши, очень хорошо себя контролировал, Майстрим, как сильный эмпат, ощущал энергию этого строгого холодного высокомерного мага и чувствовал, что тот еле сдерживал бешенство.
Чёрные, глубоко посаженные глаза мужчины смотрели на него пронзительно, остро и очень подозрительно, а тонкие нервные губы были сжаты в злую ломаную линию.
Май почувствовал, как ментальные щупальца Умаса попытались проникнуть в его мысли, но ментальный блок не дал хитрому магу это совершить, что того сильно удивило.
— Кто вы такой? — сквозь зубы процедил начальник Тюрьмы, когда Стражи Пустоши, послушно проводив Майстрима в кабинет Умаса, выстроились в ряд за спиной военного мага, всем своим видом показывая безразличие к происходящему. — И что вы сделали с моими людьми?
— Позвольте представиться, — с достоинством проговорил ровенец, слегка поклонившись. — Император Ровении Майстрим Данери. Ваши люди находятся под воздействием магии Жнеца душ, которое скоро пройдёт.
В кабинете повисло молчание. Тяжёлое, осязаемое. Сид Умас, не скрываясь, разглядывал изрядно потрёпанную фигуру высокого широкоплечего мужчины в тёмном тренировочном костюме, который стоял посреди его кабинета, уверенно, спокойно, и нагло заявлял, что он — император одной из самых великих держав мира Арде.
— С таким же успехом вы можете назваться одним из Хранителей мира, — ледяным тоном отреагировал Сид Умас, выражением лица показывая, насколько он поверил незнакомцу.
— Мог бы, конечно. Но зачем, если я — император Ровении, и это соответствует истине? — спокойным тоном ответил нарушитель вековых правил.
— Хотите убедить меня, что император Ровении решил в одиночку прийти к Тюрьме Пустоши с угрозой для жизни, выманил Стражей Пустоши, чтобы завладеть их сознанием и проникнуть на запрещённую территорию? — голос Умаса был полон нескрываемого сарказма.
— Именно, — согласно кивнул Майстрим Данери с невозмутимым выражением на лице. — У меня была цель проникнуть за Стену Спасения, чтобы увидеться с вами и объяснить, что произошла чудовищная ошибка, в результате которой моя невеста, Еления Огдэн, принцесса Земли Фурий, находится здесь в качестве узницы. Уверен, что только встреча лицом к лицу с вами поможет разобраться в данном недоразумении.
Майстрим почувствовал, как мгновенно напрягся человек за столом, увидел, как хищно заострились его неприятные черты лица. Чёрные глаза Умаса сузились, и Маю показалось, что мужчина сейчас изрыгнет пламя изо рта, настолько ядовитой стала мелькнувшая ухмылка.
Он знал, что начальник Тюрьмы Пустоши неприятный и жёсткий человек, знал, кем он был до данной должности, и не думал, что будет легко. Был настроен до конца настаивать на своём, даже под угрозой смерти.
Он до сих пор не мог поверить, что у него получилось попасть за неприступную Стену, что Стражи выполнили его волю, и сейчас он очень близко от Елении. Сердце постоянно пускалось вскачь, тянуло в точном направлении, и он знал, что если пойдёт туда, куда оно звало, то найдёт там Елю.
Но Май сдерживал отчаянный зов сердца, — он отчётливо понимал, что у него остались лишь капли от мощного магического резерва, и он не сможет сейчас вытащить Елению из этой смертельной ловушки. Поэтому должен попытаться разобраться в произошедшем. И потянуть время. Наверняка его хватятся, а Бердайн Огдэн хватит сообразительности догадаться, где он может находиться.
Сид Умас собрался ответить ему, но в это время на весь кабинет заверещал один из многочисленных артефактов связи, лежащих на столе начальника тюрьмы.
— Что? — раздражённо проговорил недовольный маг в артефакт. — Что?! — добавил громче, не скрывая изумления и злости, и очень странно посмотрел на Майстрима, который почувствовал состояние Умаса. — Остановить. И вернуть в лазарет, — сквозь зубы коротко приказал Умас и выключил артефакт, нахмурившись.
— Как вы можете доказать, что являетесь тем, кем назвались? — холодно спросил Сид Умас у Майстрима.
— Могу дать слово чести, — очень серьёзно проговорил ровенец, чувствуя, что его слова вызвали внутреннюю насмешку у начальника тюрьмы. — Моя магия тоже является доказательством. Если вы знаете, что император Ровении является Жнецом душ, то вот вам налицо подтверждение этого, — Май указал на стоящих за ним послушных его воле Стражей. — Документов или императорских регалий, как понимаете, у меня с собой нет.
— Понимаю, — задумчиво проговорил Умас. — Конечно, достаточно вашего слова. Потому что, в принципе, абсолютно неважно, правду вы говорите или лжёте. Межземельные правила, которым подчиняется данная территория, утверждённые Хранителями мира Арде много веков назад, для всех одинаковые. За их наглое и грубое нарушение вы арестованы, и с этой минуты являетесь заключённым Тюрьмы Пустоши. Так и быть, если вам нравится имя «Майстрим Данери» по документам будете проходить под этим именем.
На лице Майстрима не дрогнул ни один мускул. Наоборот, молодой император будто ещё больше выпрямился, а черты напряжённого уставшего лица словно закаменели.
— Господин Умас, прежде, чем решиться на
