незнакомые мне сотрудники сидели, сжавшись в креслах, и даже не обернулись на нас, смотря прямо на сцену с трибуной оратора. Именно там стоял Соколов.
Но я не спешил обращать на него внимание, а осматривал его пленников. Здесь находились и безусые новобранцы, и люди в штатском, и даже уборщицы. Но больше всего меня беспокоили первые ряды. По ровным спинам и знакам отличия на плечах я вычислил действующих офицеров, и некоторые были при полном параде. А это значит, что при них было оружие.
И я очень надеялся, что это будут простые шпаги, а не какие-нибудь пороховые пистоли, которых я еще не видел в этом мире.
— Я вижу, князь, вы не спешили на мое представление! — с обидой сказал он и отвесил мне шутовской поклон.
Зрители в ответ напряженно захохотали.
— Полдня все тут ждем, — меж тем продолжал он. — А приглашение вы получили еще утром! Нехорошо так поступать.
Он пригрозил мне пальцем.
— Что же вы молчите, ваше высочество? Или мне лучше сказать, ваше магичество?
Зал снова грохнул смехом. Многие утирали слезы, смотря на разумника. Крепко же он их обработал.
— Кто бы мог подумать, что вместо плененного разумника, меня здесь ждет выступление шута? — лениво ответил я и спокойно прошелся вдоль рядов напрямую к сцене.
Мои маги двинулись следом, окруженные тонким временным щитом.
Мы прошли всего десяток шагов и замерли у самого последнего ряда. Он и следующий, слава святым наместникам, был пуст.
— Вам разве не смешно? А, по-моему, очень. Шутки высшей пробы, — засмеялся Соколов. — Хотя, главное, что им весело. Не правда ли?
Очередной поток хохота заставил меня поморщиться.
— Вы, как я вижу, с группой поддержки? — не унимался Соколов. — Что они могут нам показать? Танец? Хоровое пение? Фокусы?
Я внимательно смотрел на него и пытался прикинуть, сколько у него осталось сил. Не мог же он держать столько людей под контролем. Или мог?
Встав ближе всех к разумнику, я дополнительно сформировал перед собой защитный экран. Маленький, но сквозь время ни одна сила не пробьется.
Это позволило мне смотреть Соколову в глаза и в глубине души наслаждаться его искренним непониманием во взгляде.
— Прости, ты что-то сказал? — я сделал вид, что не расслышал его слов. — Я понять не могу, чего ты здесь остался? Мог давно уже, поджав хвост, бежать к границе поселения магов.
Лицо Соколова перекосилось. Я наступил на больную мозоль? Какая жалость.
— Степан, зачем тебе все эти люди? Разве это не разговор для нас двоих? — спросил я.
— Буквально сегодня утром, когда меня пытались забрать в службу правопорядка, я вдруг понял, что люблю публику, — он изобразил шутовской поклон. — Без вас, дорогой князь, эта истина для меня навсегда была бы утеряна. Как тебе мои подарки в кабинетах? Вижу, что вы не слишком довольны. Нужно было больше?
— Что тебе нужно? — я не двигался, а лишь продолжал осматривать пленников.
У каждого в руке что-то было. Нож, кинжал, даже трость. По одному я с ними легко справлюсь, но если они навалятся толпой, никакая магия не поможет.
Оставить их просто сидеть я тоже не могу. Неизвестно, что задумал Соколов, и когда эта бомба замедленного действия может разрядиться.
Кстати, о бомбах, надеюсь, их в управлении никто тайком не хранил.
— Я хочу привлечь вас на свою сторону. Вас и ваших прекрасных коллег. Это будет прекрасным началом для возвышения магов.
«Вот это пафос!» — подумал я.
— Смею предположить, что ты хочешь откусить кусок, который не сможешь прожевать. Может, уже покончим с этим представлением и разберемся один на один?
Судя по вздувшейся вене на лбу Соколова, он все еще пытался взять меня под контроль.
Не на того напал!
— А я так рассчитывал на грандиозное шоу, — его глаза азартно блеснули, и он поднял руки вверх. — Вы только представьте! Люди без способностей против магов! Сенсация! Да, зачем представлять? Давайте сразу начнем!
И хлопнул в ладоши.
Я напряженно замер и активировал магию.
С крайнего места третьего ряда встал незнакомый мне мужчина. Военная выправка, скупые и плавные движения. Несмотря на его возраст, без магии я бы не рискнул встать против него на ринге.
— Давайте я его усыплю, — проговорил Левков, встав за плечом.
— Я могу подпалить ему штаны, — встрял Уколов.
— Могу сделать так, что он поскользнется, — добавил Гаврилов.
— Сбить с толку атакой ветра, — отозвался с улыбкой Артем.
— Соколов не успокоится, пока не достанет меня, — наклонив голову, сказал я. — Держитесь пока в стороне, копите силу.
Пока мы разговаривали, вояка приблизился и встал в боевую стойку.
— Ваше высочество, — прошептал он, — я не знаю, что происходит, но я совершенно не могу управлять своим телом. Нам с вами придется драться.
— Понимаю, все в порядке.
Я вдруг подумал, что если каждый из заложников исполнит волю разумника, что его заклинание исчезнет.
Я не успел додумать, как вояка пошел в атаку.
С трудом увернувшись от его кулака, я сдвинулся и ударил его в печень, а потом сделал подножку. На минимальных затратах магии, мои движения были чуть быстрее, чем у обычного человека.
Мой противник не удержался и схватился за ближайшее кресло. Я видел, что он не особо стремился меня атаковать.
— Вы можете сопротивляться магии? — спросил я, беря его в захват.
— Немного, буквально на пределе сил, — прохрипел он, практически не сопротивляясь. — Вы же не убьете меня?
— Нет, конечно же, нет! Тогда заранее прошу прощения за это, — сказал я и кивнул Левкову.
Через мгновение вояка лежал на полу без сознания. Святослав отступил, стараясь незаметно стереть с лица пот.
— Прекрасно! — крикнул со сцены Соколов. — Давайте поаплодируем нашему победителю.
Зал взорвался хлипкими хлопками.
Значит, они не все под его подчинением постоянно. Больше походило, что он внушил им страх и жгучие желание убить меня.
Реакция пленников рассердила Соколова. Он стиснул зубы, но затем выдохнул и продолжил свою речь:
— Да, соглашусь, один противник — это не серьезно. Нужно больше! — и он щелкнул пальцами.
Увидев перед собой троих, я напрягся. Если он продолжит в том же духе, то мне придется биться со всеми. Меня это совершенно не устраивало.
— Что за любовь к дешевым
