вроде с Таней. Серый с Юлей. Я понятно с Гулей.
— Понятно… — задумчиво протянул я.
Перечисленные девчонки все были сплошь из привезенных. И похоже, Второй, молчаливо подразумевал что я буду с Олей.
— Ну ты в деле или что?
— Конечно в деле, — кивнул я решившись.
— Ладно, я пока по остальным пройдусь, у тебя хата как?
— У меня никак, шнурки в стакане на весь день. А что еще и негде?!
— Да пока не ясно, но разберемся.
— Ну да в крайнем случае есть пожарка. — подразумевая пожарные балконы, кивнул я.
— Нет тут нужна хата, ладно все одевайся и вываливайся.
Я был сильно взволнован и даже не позавтракал. Оделся и вывалился. Остальные были далеко не столь стремительны, особенно Колян. Ему надо было, принять душ, почистить зубы. Затем оказалось, что выходить не покушав он никак не может, а ничего нет, так что ему еще надо приготовить. Затем оказалось, что для такого дела Нику необходим его спортивный костюм, а он не постиран. В итоге он что-то искал, приводил в порядок, в общем ни одна девчонка столько не стала бы возиться. Но в итоге к обеду он вышел и сразу решил проблему с местом, до его прихода проблема так и висела в воздухе.
— Все нормально, мать свалила в сад, а я отмазался. — объявил он.
— Ура! — встретили восторженные возгласы.
У Коляна как и у большинства моих знакомых была только мама, про отца спрашивать было не принято. Далее пошли обсуждения что покупать.
— Пиво? — предложил Ваня.
— Ты чего дурак? Какое пиво? У нас серьезное мероприятие. — не согласился Артур второй.
— А что водку что ли?
— Не, водка — это перебор. Тем более девчонки же.
— А их кто-то позвал?
— Лять!
— Что серьезно?! — удивился Колян. — Ну вы даете.
— Ну может они сами пришли бы.
— Ну пока что-то не пришли.
— За Кристиной, Гулей и Танькой слетать не проблема, но за Ольгой и Юлей переться далеко, пока туда-сюда итак уже полдня.
— А все, из-за кого?
— Не будем показывать пальцем, кто-то мыл кроссовки и стирал шнурки.
— Потом еще и гладил шнурки.
— Так что делать будем?
— Так, надо бы съездить… О! Пол проблемы долой — улыбнулся Коля, мы посмотрели в ту же сторону, Оля и Юля сами приехали.
Скорее всего приехали, иначе почему с той стороны? Там остановка, если пешком, то делать такой крюк ни к чему.
— Так, — взял на себя инициативу Коля, — Тогда так, предлагаю вам слетать за остальными, а я с Михой буду закупаться.
— А что будем брать-то?
— Может вино?
— Да фу кислятина.
— Не обязательно кислое, оно и сладкое бывает.
— Нет, покупать мы будем ликер — с видом знатока поднял Колян палец вверх — Это и вкусно, и приятно пить, и градус присутствует.
-А сколько?
— А сколько денег?
— Еще бы закуску надо.
— И запивку.
— К ликеру запивку?
— Нет ну мало ли.
— Надо-надо, у ликеров градус разный бывает в зависимости от вида, мы вообще какой будем брать?
— На месте определимся.
— Юппи может? На запивку.
— Фу сдурел что ли юппи? Колу давай.
— Нафиг колу, спрайт!
— Кола весь вкус перебьет, лучше уж спрайт.
— А на закуску?
— Марс можно или сникерс.
— А мне баунти нравиться — вставил я.
— Не-не-не только сникерс!
Оля и Юля, несколько насторожено отнеслись к идее пирушки. Но в целом идти в гости не отказались, тем более узнав, что придут и другие девчонки. А пока мы с Коляном рванули в палатки. В магазине понятно не отпустят, но кому нужны эти пережитки советского строя — магазины. Все что надо для жизни продается в палатках. В первой палатке, той самой стабильно сжигаемой минимум раз в год, нам отказали.
— Вот поэтому и жгут вашу палатку — пробурчал я.
— Давай до Стекляшки? — спросил Коля.
— Может кого-то попросить?
— Кого?! Ты что упал что ли?
— Ну «Чешется», например? — предложил я.
— А этого… — засмеялся Колян.
История про «Чешется»
«Чешется» встретился нам играющим в карты на подоконнике шестого этажа не так давно. Как обычно мы выбирали подоконники не своих этажей. Тут нарисовался житель этого этажа, слегка датый и с бутылкой портвейна в руках. Жителя я помнил потому как у него был ярко желтый кокер-спаниэль. Мы хотели было уйти выше, но тот нас остановил.
— Да сидите пацаны, я тут постою вы не против, все компания?
— Ладно.
— Во что играете? — поинтересовался настроенный на поговорить мужик.
— В Тысячу со слепым — прояснил Коля.
— По скольку третьего нет — уточнил я.
— Хех, мудрено. Мы все в буру играли. Ну или в очко. А девчонки где ваши вы вроде уже с девчонками? Или как не чешется еще? –определил он свое будущее прозвище.
— Хм, да так. — посмеялись мы.
— Вот, значит нет еще. Вот когда зачешется тогда поймете.
— А у вас сильно чешется? — откровенно стал прикалываться Колян.
— Ага, но я женат и четверо детей. Сорок, лет — вздохнул он.
— Сорок лет женат? — сострил Коля.
— Четверо?! — удивился я.
— Ну условно, это как это, — задумался он, — фигура речи, — во. Двое у меня, но для образности значит «четверо».
— Ясно — кивнули мы.
— Вот представьте, — предложил «Чешется».
— Идете вы по улице, на встречу девушка лет так двадцати, на каблуках, колготки с рисунком, прическа, в общем в вечернем. Она могла бы дефилировать, виляя попой, но неожиданная деталь, — в ее руках коробка! Смотрится весьма забавно, еще асфальт, на улице едва ли способствует хождению на каблуках. Кажется, она сейчас упадет. Вы даже дергаетесь подхватить ее под руку. Так и хочется предложить помощь. Но ты помнишь у тебя «четверо» детей. И вы проходите мимо.
— Мужчина… — вдруг начинает она сама, — простите, мне так неловко. Не знаю, как я так, — разводит она руками. — Не думала, что такая тяжела коробка получила на почте. Я тут рядом совсем живу, вы не поможете мне?
«Четверо
